Фарм Мед Эксперт комментарии экспертов фармрынка
ВАМ НЕОБХОДИМ АНАЛИТИЧЕСКИЙ КОММЕНТАРИЙ НА ТЕМЫ ФАРМАЦЕВТИЧЕСКИЙ РЫНОК / МЕДИЦИНА / ЗДОРОВЬЕ?
ЗВОНИТЕ: 8 (925) 822-7070
ПИШИТЕ НАШИМ ЭКСПЕРТАМ:info@pharm-expert.ru
Рынок лекарств: актуальные новости и комментарии экспертов
Сегодня:

Синтезированные и доочищенные субстанции – не одно и то же [ссылка]
Иванова Настасья, Директор ООО «Интер-С Групп»
 
Основная стратегическая цель развития фармпромышленности с 2009 года не изменилась: акцент по-прежнему сделан на продолжении курса импортозамещения. Но на первый план теперь вышли разработка оригинальных отечественных препаратов и производство лекарств полного цикла, включая субстанции. Несмотря на сложный экономический фон, государство готово поддержать эти процессы – инвестициями, налоговыми льготами и введением заградительных правовых механизмов, например, правила «второго лишнего», которое дает преференции при госзакупках лишь препаратам, произведенным в нашей стране из отечественных субстанций. У этого механизма есть слабые стороны, в числе которых «вытеснение» иностранных производителей и вероятный дефицит инновационных лекарств. Но сейчас, с точки зрения побуждения производителя заняться субстанциями, применение «второго лишнего» кажется оправданным.
 
Стоит вспомнить, как критиковали правило «третьего лишнего», но во многом именно оно запустило процесс ускоренной локализации производств иностранными фармкомпаниями. И, как результат, отечественная фармотрасль стала одним из локомотивов экономического развития.
 
Пришло время переходить к следующему этапу, снижая неоправданно высокую зависимость отрасли от зарубежного сырья и создавая предпосылки для импортозамещения субстанций. Роль государства в стимулировании перехода фармпроизводств к полному циклу не была ощутимой – и примеры отечественной продукции, произведенной от синтеза до готовой лекарственной формы, немногочисленны. Доля локализованных субстанций сегодня не превышает 12%, вот почему надо активнее стимулировать разработку и производство собственных АФС. Из полезных госпроектов здесь можно вспомнить:
 
– специнвестконтракт с «нулевым» налогом на прибыль и имущество;
 
– программу льготного лизинга оборудования для производства фармсубстанций, которая успела проработать всего два года.
 
Бюджетные средства следует в первую очередь вкладывать в инфраструктуру фармпредприятий. Получившие господдержку компании рано или поздно сами начнут инвестировать: по последним сообщениям, шесть крупных фармпроизводителей готовы вложить в проекты импортозамещения 79 млрд. рублей, стало известно о планах строительства в Брянской области нового фармзавода полного цикла (с инвестициями в 30 млрд. руб.). Также отметим, что в нашей стране есть все условия для производства малотоннажной и среднетоннажной химии и биологических АФС, дающих основу для будущих лекарств. Важно, чтобы госрегулятор не только помог фармпрому договориться с крупными корпорациями на предмет получения сырья для синтеза субстанций, но и оказал поддержку. Ведь производство различной номенклатуры основных лекарственных веществ в малом количестве не будет рентабельным для сельскохозпредприятий или химпрома.
 
Важно иметь в виду, что существует разница (кстати говоря, зафиксированная в сертификате соответствия) между синтезированными фармингредиентами и импортированными и очищенными внутри страны. Покупка дешевой фармсубстанции в Китае, «доочистка» и регистрация ее в качестве российской – норма сегодняшнего дня, мешающая развиваться ответственным производителям, которые готовы вкладываться в технологии синтеза субстанций. В связке с импортонезависимостью стоят вопросы повышения качества лекарств и совершенствования системы контроля качества, а также обеспечение прозрачности движения медикаментов от производителя к потребителю.
 
В ближайшее десятилетие с заводами в Азии будет невозможно конкурировать по цене, поэтому многие эксперты предлагают активнее проводить политику протекционизма – вводить высокие пошлины на импортные ингредиенты. Но пока мы не нарастим свое производство стратегически важных фармсубстанций, протекционизм приведет только к росту цен на лекарства, которые и так ввиду курсового скачка пошли вверх.
 
В список мер государственной поддержки для производителей субстанций, на мой взгляд, можно включить:
 
– введение особого курса валюты для закупки сырья;
 
– безвозмездные субсидии на оборотные средства;
 
– снижение пошлин на регистрацию медпрепаратов;
 
– финансирование инновационных разработок и еще ряд механизмов.
 
Следует уменьшить также нагрузки, связанные с множеством плановых и внеплановых проверок.
 
Конечно, производителям субстанций анонсирована программа субсидирования ставки по долгосрочным инвестиционным кредитам. Но, учитывая сложную геополитическую ситуацию, в ближайшие годы мы вряд ли сможем совершить глобальный прорыв в этом вопросе. В приоритетном порядке нужно наладить производство субстанций в отдельных сегментах: для препаратов программы «Санитарный щит», перечней ЖНВЛП, СЗЛП, иных востребованных лекарств, таких как антибиотики и противовирусные средства. Да и правило «второго лишнего» в первую очередь должно распространяться на закупки стратегически значимых лекпрепаратов. В иных ситуациях, как это было сделано в 2020-м для закупки детских онкопрепаратов, правительство может вводить исключения из правил. Эти и другие меры господдержки должны к 2030 г. увеличить долю российских лекпрепаратов на рынке до двух третей. На мой взгляд, даже в условиях санкций это вполне достижимые показатели.
 
Результатами стратегии «Фарма-2020», целью которой была провозглашена локализация производств зарубежных препаратов, стали реальный рост объемов фармпроизводства и значительное увеличение доли российских лекарств, а экспорт с 2009 года вырос втрое. Трехкратный рост экспорта заложен и в новой стратегии.
 
Однако соотношение дженериков и инновационных лекарств на нашем фармрынке по-прежнему далеко не в пользу последних. Даже в перечне ЖНВЛП из 815 наименований оригинальные препараты представлены лишь по 269 МНН – и только 103 из них принадлежат отечественным производителям.
 
При подготовке новой стратегии были учтены многие замечания профессионального сообщества, но в финальном тексте остались «слабые места»:
 
– нет конкретизации ключевых показателей;
 
– нет четких методик прогнозирования востребованности лекарств и предупреждения дефектуры;
 
– не были затронуты вопросы ценообразования и сбыта продукции.
 
И все же запланированные ключевые показатели Стратегии, даже в своем базовом, неконсервативном сценарии, могут быть достигнуты. В нашей стране уже сформировалась современная фармотрасль: налицо множество примеров успешного внедрения передовых технологий. Одновременно следует продолжать работу по повышению доверия пациента к отечественной фармпродукции, что в долгосрочной перспективе также представляется вполне реальным.
Фарма–2030: стратегические решения для доступности лекарств [ссылка]
Материал издания "Московские Аптеки" с комментариями Настасьи Ивановой.
 
Итоговое оформление госпрограммы переносилось многократно: быстро меняющаяся реальность вносит свои коррективы в долгосрочные планы. Теперь на реализацию "карты стратегического развития" остается не так много времени. И все же за этот период следует максимально приблизиться к поставленным целям: речь, по сути, идет о национальном лекарственном суверенитете.
 
Какие инструменты помогут решить задачи стратегии максимально эффективно и оперативно? Какими решениями и действиями важно успеть дополнить стратегию уже сейчас, включив их в план ее выполнения? Предоставляем слово экспертам — участникам Темы номера, среди которых аналитик, юрист, представители фармпредприятий и профессиональных ассоциаций.
 
Почему необходима "работа над ошибками"?
Незадолго до утверждения итоговой версии стратегии фармсообщество обращалось к регуляторам с коллективным письмом с просьбой вернуть документ на доработку. Некоторые замечания к тексту программы представляются рациональными и могли бы найти отражение в готовящемся плане реализации "Фармы-2030". Так, глава АРФП и руководитель Общественного совета при Росздравнадзоре Виктор Дмитриев отмечает три основных недочета:
 
неполный анализ результатов выполнения программы–предшественницы — "Фармы-2020", в том числе в части создания новых разработок;
малую долю конкретики;
отсутствие связи программы с индикаторами здравоохранения.
Четырнадцать инициатив для результативного выполнения задач "Фармы-2030" представила исполнительный директор Союза профессиональных фармацевтических организаций Лилия Титова. Среди них, например, составление баланса потребностей лекарственного обеспечения и существующего производства препаратов.
 
Есть и другие предложения.  "При подготовке новой стратегии были учтены многие замечания профессионального сообщества, но в финальном тексте остались «слабые места»: нет конкретизации ключевых показателей; нет четких методик прогнозирования востребованности лекарств и предупреждения дефектуры; не были затронуты вопросы ценообразования и сбыта продукции, — комментирует Настасья Иванова, директор ООО "Интер-С Групп". — И все же запланированные ключевые показатели стратегии, даже в своем базовом, неконсервативном сценарии, могут быть достигнуты".
 
"Сейчас самое главное — быстро и тщательно проработать план конкретных мероприятий, — рекомендует Вилена Галкина, директор по взаимодействию с органами государственной власти "ГЕРОФАРМ". — В нем должны найти отражение механизмы формирования справедливых цен на рынке госзаказа и преференций, способствующих развитию локального производства полного цикла, меры по борьбе против «вечнозеленых» патентов, а также методы поддержки экспортных проектов через установление постоянного контакта между регуляторами России и странами экспорта".
 
"Рамочный" характер: плюсы и минусы
Отмеченная многими декларативность фармацевтической стратегии может рассматриваться и как недостаток, и как достоинство. Аргументом в пользу общих описаний является, в частности, предоставляемая ими свобода в выборе методов решения намеченных задач.
 
"Когда проект стратегии появился, представители фармотрасли разделились во мнениях: одни отмечали недостатки ее содержания и необходимость доработки, другие, напротив, обращали внимание в первую очередь на системный характер документа, который в принципе не требует значительной детализации. С позицией последних в целом можно согласиться, так как по своему существу "Фарма-2030" определяет только основные векторы направления развития отрасли и целевые показатели, — считает Таисия Кубрина, юрист практики "Фармацевтика и здравоохранение" "Пепеляев Групп". — В ней и не должно быть конкретных шагов, которые будут совершаться для достижения поставленных целей. Образно говоря, "Фарма-2030" является "пунктом назначения" на карте будущего фармацевтической отрасли. Чтобы до него добраться, можно выбирать различные пути, применять множество механизмов и проводить различные мероприятия, которые регуляторам еще предстоит разработать. Первым в списке таких документов должен стать план мероприятий по реализации стратегии, проект которого Минпромторг представит в ближайшие полгода".
 
С другой стороны, малое количество возможных ограничений может рассматриваться как нехватка ориентиров — и это уже не "плюс", а "минус". "Все "нарисовано крупными мазками", без детализации соответствующих регуляторных механизмов. Зачастую такой подход сильно тормозит реализацию определенных нормативных положений и затягивает принятие решений, — предупреждает Николай Беспалов, директор по развитию аналитической компании RNC Pharma. — А это, естественно, сказывается на общей эффективности программы… Формат декларирования целей и задач тоже очень значим, но без конкретных шагов рассчитывать на эффективную реализацию будет невозможно".
 
Все, что не успели уточнить вчера, нужно проработать сегодня. Например, в ходе подготовки вышеуказанного плана — ведь этот документ является одним из ключевых для "Фармы-2030".
 
Целевые критерии и ключевые направления
В числе параметров выполнения программы — 80-процентная доля "полноцикловых" отечественных препаратов в списке лекарств стратегического значения, 7-процентный подъем доли российских медикаментов в суммарном объеме фармрынка и почти трехкратный рост экспорта.
 
Однако данные критерии правильнее назвать все же не целями, а целевыми показателями. "Достигать поставленных целевых показателей планируется за счет выполнения мер поддержки отрасли по восьми направлениям. Это: совершенствование законодательства в сфере обращения лекарств; обеспечение доступа на фармрынок, включая совершенствование регулирования цен и обеспечение сбыта продукции; системные меры по поддержке организации производства; поддержка экспорта и гармонизация с мировыми практиками; создание общей исследовательской инфраструктуры и систем общего пользования; взаимодействие со смежными отраслями промышленности; контроль производства и продукции; кадровое обеспечение", — поясняет Таисия Кубрина. Перечисленные восемь направлений скорее представляют собой пути к решению основных задач в развитии национального фармпрома, а вышеприведенные критерии — их координаты на "карте будущего". Что касается ключевой цели, то ею, скорее всего, должны быть достижение наибольшей степени лекарственного суверенитета и обеспечение максимальной доступности фармакотерапии для пациентов.
 
Пункт назначения: наука и субстанции как основные цели
У лекарственного суверенитета и доступного лекобеспечения несколько составляющих. Ответы фармсообщества на вопрос, что это за составляющие, в основном схожи. Например, аналитик Николай Беспалов считает первоочередными для современной отечественной фармы следующие три направления:
 
развитие производства субстанций и максимальный набор преференций для производителей, применяющих отечественное сырье;
ускорение доступа инновационных препаратов на национальный фармрынок;
развитие экспорта.
С данной точкой зрения во многом согласен директор по экономике здравоохранения ГК "Р-Фарм" Александр Быков, считая поддержку полноциклового производства препаратов фундаментальной задачей стратегии. "При этом наращивание темпов по разработке и производству в Российской Федерации собственных, в том числе инновационных лекарственных препаратов требует более активного участия государства, создания мер стимулирования и поддержки, а также продолжения работы по снижению административных и регуляторных барьеров в отрасли фармацевтической промышленности. Частично такие меры уже принимаются — более благоприятную обстановку для развития производств, в том числе фармацевтических, обеспечивают особые экономические зоны", — отмечает он.
 
Наука и субстанции — вот два "краеугольных камня" развития современной национальной фармотрасли. Логическим их продолжением выступает расширение лекарственного экспорта, а важнейшими организационными параметрами — ценообразование и структура мер поддержки.
 
О некоторых возможных аспектах стоит рассказать отдельно: профессиональное сообщество подготовило ряд инициатив, касающихся производства АФС и их компонентов, а также научной составляющей, ценового регулирования и экспортного направления. Начнем с фармацевтических субстанций.
 
Восстановить "основную химию"
"Помимо финансовой поддержки, такой как долгосрочное кредитование, крайне необходимо проактивное государственное стимулирование базовой химической промышленности. Ведь именно она выпускает такие компоненты, как кислоты, щелочи, растворители высокого качества и основные реагенты, — замечает Анжелика Змиева, директор по корпоративным коммуникациям и внешним связям компании "ОнкоТаргет". — Эта "основная химия" сегодня практически отсутствует, так как не возрождалась со времен развала Советского Союза. На примере наших коллег из Поднебесной, целесообразно рассмотреть возможность создания инвестпрограммы по передаче части существующих в госсобственности деградированных производственных площадей в собственность частных предприятий — с целью восстановления этих зданий и дальнейшего производства в них фармсубстанций. Разумеется, с участием государства в восстановлении инженерных и вспомогательных систем и объектов".
 
"Синтезировать" и "очистить" — не одно и то же
При этом важно придерживаться верных критериев локализации фармсубстанций. "Существует разница (кстати говоря, зафиксированная в сертификате соответствия) между синтезированными фармингредиентами и импортированными и очищенными внутри страны. Покупка дешевой фармсубстанции в Китае, "доочистка" и регистрация ее в качестве российской — норма сегодняшнего дня, мешающая развиваться ответственным производителям, которые готовы вкладываться в технологии синтеза субстанций, — обращает внимание Настасья Иванова. — В ближайшее десятилетие с заводами в Азии будет невозможно конкурировать по цене, поэтому многие эксперты предлагают активнее проводить политику протекционизма — вводить высокие пошлины на импортные ингредиенты. Но пока мы не нарастим свое производство стратегически важных фармсубстанций, протекционизм приведет только к росту цен на лекарства, которые и так ввиду курсового скачка пошли вверх".
 
Т.е. восстановление отечественного производства АФС нуждается не в ограничительных, а в поддерживающих мерах. О небольшой рентабельности выпуска лекарственных веществ говорилось много — отсюда и стремление российского и зарубежного фармпрома к применению китайских и индийских компонентов. Однако сейчас надежды на международное сотрудничество не должны быть чрезмерными: нужно укреплять собственную промышленность.
 
Причем правильно начать с некоторых основных наименований. Как считает Иванова, прежде всего необходимо наладить выпуск АФС для препаратов программы "Санитарный щит", перечней ЖНВЛП, стратегически значимых лекарств и иных востребованных средств — например, антибактериальных и противовирусных.
 
Не торопится ли "второй лишний"?
В четвертом разделе стратегии предложено с 1 сентября будущего года установить преимущество для закупки лекарств, у которых все этапы производства, включая синтез молекулы, проводятся на территории Евразийского Союза. "На наш взгляд, нужно для химических субстанций установить срок реализации программы не ранее 1 сентября 2025 г., для биотехнологических субстанций — не ранее 1 декабря 2026 г.", — убеждена генеральный директор "ПСК Фарма" Евгения Шапиро. Дело в том, что на организацию производства субстанций методом химсинтеза требуется не мене четырех лет, а для биотехнологических субстанций нужно как минимум шесть лет.
 
"О разработке механизма "второй лишний" в контексте углубления производственного процесса фармпредприятия были проинформированы в позапрошлом 2021-м. И с этого момента начали планировать формирование собственного производства субстанций, — напоминает эксперт. — Т.е. даже с учетом минимальной "пороговой" длительности организации выпуска субстанций химсинтезом в 4 года перейти к обеспечению собственным сырьем фармкомпания, ранее не выпускавшая АФС (или выпускавшая их для ограниченного числа препаратов), сможет только к 2025 г..".
 
НИОКР: инвестиции плюс время
Для научной составляющей фармотрасли предложений прозвучало не столь много, однако это не значит, что она менее важна, чем те же субстанции. Небольшое количество инициатив говорит скорее о том, что с исследовательской сферой специалисты-практики вынуждены соприкасаться реже, чем это требуется.
 
"Что касается отмеченной в стратегии необходимости развивать научную составляющую: инновации — это инвестиции плюс время. И встряски последних лет показывают, что в данном аспекте направление НИОКР может подвергаться рискам. В зависимости от внешних факторов приоритет может смещаться в сторону выпуска наиболее востребованных в настоящий момент лекарств, — подчеркивают в пресс-службе компании "ВЕРТЕКС". — Поэтому важна поддержка тех представителей отрасли, которые помимо выпуска препаратов из списка ЖНВЛП и обеспечения бесперебойного производства всего лекарственного ассортимента продолжают вести научные разработки. Наиболее эффективный инструмент здесь — субсидирование. Другая поддержка также может быть полезной".
 
Интересно также отмеченное в "Фарме-2030" предложение сформировать систему научного консультирования на всех этапах разработки лекарства, в особенности для инновационных препаратов.
 
Ценообразование: баланс всех факторов
Ключ к достижению важнейших целей — развитию национального производства АФС, усилению научно–исследовательской составляющей, расширению лекарственного экспорта и повышению доступности фармакотерапии — ряд экспертов видит в таком организационном вопросе как ценообразование.
 
"Мы уже предлагали установить 12-месячный мораторий на снижение цены фармкомпанией, выпускающей оригинальный препарат, после ввода в обращение первого российского дженерика. Эта инициатива обусловлена обеспокоенностью, что в текущей геополитической ситуации "оригинатор" может снизить цену в несколько раз, сделав отечественное производство воспроизведенного продукта просто нерентабельным, а через пару месяцев заявить о прекращении поставок данного наименования в нашу страну", — объясняет руководитель "ПСК Фарма".
 
Ценовая конкуренция во всех ее проявлениях — только одна из возможных ситуаций. "Если мы хотим формировать собственное производство полного цикла, инвестировать в инновации и развивать направление экспорта, необходимо устанавливать справедливые и рациональные цены на рынке госзаказа, — убеждена Вилена Галкина. — Цены не должны бесконечно стремиться вниз, потому что ни один производитель не может делать препараты все дешевле и дешевле. В таком случае эти лекарства просто попадут в дефектуру. В вопросах ценообразования важны учет и баланс всех факторов, влияющих на себестоимость продукта, оценка возможностей и перспектив отечественных предприятий".
 
С чем сталкиваются национальные экспортеры?
В развитии лекарственного экспорта одной из первых задач представляется снятие барьеров. "Самое сложное, долгое и дорогое — зарегистрировать лекарственный препарат в соответствии с национальными требованиями страны, где планируется его отпуск, или с требованиями межгосударственных объединений, — комментирует "ВЕРТЕКС". — На стимулирование развития экспорта для отечественной фармотрасли «в целом» прежде всего повлияла бы господдержка в этой части".
 
Вилена Галкина отмечает, что компания "ГЕРОФАРМ" сегодня работает с 13 странами ближнего и дальнего зарубежья, включая ЕАЭС, при этом систематически сталкиваясь с одной и той же проблемой: настороженное отношение к госрегуляторике: "«Зачастую зарубежные страны требуют от нас регистрации EMA или FDA, предъявляют повышенные требования к GMP–сертификату, говоря о том, что в нем должно быть прописано соответствие правилам ВОЗ. По последнему из названных вопросов удалось найти понимание в Евразийской экономической комиссии: буквально в июле было принято решение об изменении формы сертификата GMP ЕАЭС с целью зафиксировать соответствие союзных правил GMP требованиям EMA и PIC/S". По остальным аспектам нужна дальнейшая работа.
 
Прогресс в данном направлении, по ее мнению, виден: Минздрав и Минпромторг РФ запрашивают у фармотрасли сведения по конкретным странам, предложения о сотрудничестве, ведут переговоры с иностранными коллегами компании. "Однако эта деятельность должна иметь системный характер, включая четко поставленные цели и задачи. И она требует развития дополнительных компетенций и штатных единиц со стороны регулятора — например, в виде фармацевтических атташе при торгпредствах", — считает Вилена Галкина.
 
Пересмотреть роль торговых представительств рекомендует и Лилия Титова: "Несколько лет назад эти ведомства были переведены из компетенции Минэкономики в компетенцию Минпромторга, и пока что их роль в развитии фармацевтического сегмента экспорта крайне мала. Получить реальную картину происходящего на рынке того или иного государства и примерной потребности в тех или иных препаратов, по сути, невозможно. Поэтому значение торгпредств следует "поднимать", чтобы они находили те "узкие места", с которыми можно справиться при помощи российской фармпромышленности".
 
Все начинается с потребностей
Можно усовершенствовать и другие аспекты. По мнению Александра Быкова, важно также, чтобы стратегия освоения внешних рынков учитывала особенности различных категорий продукции. "В продуктовой линейке предприятий-экспортеров должны быть препараты, отвечающие нуждам здравоохранения развитых стран и, по возможности, средства для лечения тяжелых заболеваний. При этом заявки на регистрацию препаратов, перспективных для реализации в предполагаемой стране-покупателе, необходимо подавать одновременно с началом национальной госрегистрации таких лекарств. Таким образом, успех в освоении зарубежных рынков в значительной степени зависит от продуманной стратегии и системной поддержки государства, а также от инициативности производителей и проведения ими комплексного анализа потребностей иностранных систем здравоохранения", — убежден эксперт.
 
Ведь именно здравоохранение — главный адресат всей деятельности фармотрасли. Наращивая производство препаратов, даже исключительно для внутреннего применения, необходимо четко понимать какие лекарства нужны, в каком объеме и прогнозировать срок их необходимости.
 
"Говоря о фармацевтической промышленности, я бы, наверное, начал с аналитики потребности в каждом конкретном случае. Ведь точный расчет потребности — залог правильной стратегии для каждого производителя. А также гарантия максимального удовлетворения аптечных заявок в адрес дистрибуторов и бездефектурного обеспечения дистрибуторских заказов фармпроизводствами. Как следствие — покупатель-пациент, вовремя получивший свое лекарство", — замечает Сергей Еськин, директор по развитию "ФК ПУЛЬС".
 
О лекарственной доступности
Любопытно, что рыночные механизмы вряд ли способны должным образом распланировать лекарственное обеспечение. А вот экономическая доступность лекарств исключительно важна. В большинстве случаев пациент платит за свое лекарство сам и по этой причине порой вынужден отказываться от необходимого лечения. Или откладывать его начало "до лучших времен", например, до дня зарплаты.
 
"Считаю целесообразным предложить рассмотреть вопрос о государственном софинансировании лекарственной терапии для каждого гражданина нашей страны. Если мы рассматриваем в числе целевых показателей Стратегии "Фарма-2030" снижение заболеваемости, улучшение качества жизни и рост ее продолжительности, то данный шаг позволит реально улучшить эти показатели, — подводит итог Сергей Еськин. — И, конечно, даст существенный стимул для развития отечественной фармы, в т.ч. для создания новых молекул".
 
Софинансирование фармакотерапии — не современный тренд, а хорошо забытый советский опыт. Многие профессионалы отрасли помнят времена, когда цена лекарства в аптеке могла быть кратно меньше его оптовой цены. Данное соотношение поддерживалось благодаря государственным дотациям.
 
Подобный подход соизмерим и с одним из восьми ключевых направлений "Фармы-2030" — совершенствованием ценового регулирования вместе с обеспечением реализации произведенных препаратов.
Необходимо вернуть аптеку в структуру здравоохранения [ссылка]
Необходимо вернуть аптеку в структуру здравоохранения
Иванова Настасья, Директор ООО «Интер-С Групп»
 
Идея создания единого аптечного ведомства – одного регулятора взамен пяти существующих – не нова. Однако в последние месяцы ее начали всерьез обсуждать на самом высоком уровне. Конечно, в нынешних условиях нет необходимости делать Главное аптекоуправление (ГАУ) органом, который занимался бы абсолютно всеми вопросами лекарственного обеспечения (как это было в советское время). Но именно в рамках одной организации, которая несет ответственность напрямую перед Минздравом, будет проще решать вопросы финансирования госзаказа, централизации закупок льготных препаратов, контролировать чистоту госконтрактов, вести регистр пациентов-льготников, следить за отсутствием дефектуры в аптеках и прогнозировать потребности в фармакотерапии в каждом конкретном регионе.
 
Круг полномочий для такого регулятора необходим широкий, но о полном госуправлении аптечной системой речи быть не может: в современных рыночных реалиях это просто невозможно. В первую очередь, новый орган должен поддержать инициативу «Опоры России» и Нацфармпалаты (к слову, одобренную Минздравом) о переходе аптечных организаций к коду ОКВЭД 86.90 «прочая деятельность в области медицины». Современный же статус аптеки согласно сегодняшнему коду 47.73 – специализированный магазин в сфере розничной торговли – противоречит и ФЗ «Об основах охраны здоровья…», и классификаторам ОКСО и ОКЗ, относящим фармацию к области здравоохранения. Это важнейший вопрос, поскольку отсутствие льгот и мер поддержки, характерных для учреждений здравоохранения, провоцирует исчезновение небольших аптек в малых населенных пунктах.
 
По данным опроса, проведенного в одном из крупных специализированных сообществ, более 80% участников выступают за скорейшее возвращение аптеки из сферы ритейла в систему здравоохранения. По данным экспертов, только за 2020 год было закрыто более 4 тысяч аптек. Абсолютное большинство из них были малыми и средними предприятиями. Эта тенденция характерна и для всех последующих лет.
 
Экономическое положение аптек усложнилось отменой ЕНВД с 2021-го, постоянным ростом арендной платы и иных платежей, введением маркировки, ограничениями в наценке на важнейшие лекарства. Добавьте сюда низкую рентабельность фармдеятельности и снижение покупательской способности населения. В зоне риска сегодня – не только единичные аптеки и небольшие аптечные сети, но и рецептурно-производственные отделы.
 
На наш взгляд, следует как можно скорее рассмотреть и вопрос о льготном налогообложении аптеки как социально значимой организации. Согласно тому же соцопросу, о котором рассказала выше, наибольшие опасения фармспециалистов вызывает риск окончательного превращения аптек в торговые предприятия… и дальнейшее обесценивание профессии.
 
Также новому ведомству важно усилить работу по решению вопросов непрерывного фармацевтического образования (оплачивая обучение провизоров и фармацевтов из средств ОМС), обновить систему тарификации оплаты труда и заняться реальным повышением престижа аптечных профессий. Большинство талантливых молодых специалистов предпочитают работе за первым столом должности медпредставителей, сотрудников компаний-фармдистрибуторов или производителей. Остаются нерешенными проблемы унификации законодательства, регулирующего работу аптечной организации, существуют «двойные прочтения» нормативных актов… В т. ч. поэтому нужно активнее внедрять и практику привлечения экспертов разного профиля еще на этапе подготовки проектов документов. Комплексный подход является важнейшим условием эффективного решения проблем современной аптечной отрасли.
 
Тем не менее, есть и иное мнение – не «перекладывать» на государство решение всех вопросов аптечного сегмента (включая закупки необходимых лекарств), а контролировать и финансово стимулировать создание значительных резервов нужных медикаментов на складах коммерческих дистрибуторов.
 
Однако, на наш взгляд, создание единого ведомства-суперрегулятора, действующего с учетом реалий фармрынка, ведомства, способного связать в единую схему госорганы, институты, лекарственные заводы и поставщиков, является наиболее продуктивным подходом к решению существующих проблем в отечественном аптечном сегменте (кстати, сегодня в Госдуме наряду с ГАУ предлагают создать и крупную сеть госаптек).
 
Насколько удачным окажется этот эксперимент, покажет время. Во всяком случае, проект можно реализовать поэтапно. Но в первую очередь необходимо вернуть аптеку в структуру российского здравоохранения (пусть и в более мягкой форме, чем это было в советский период).
Миссия при нехватке ресурсов. О роли современной аптеки [ссылка]
Один недостающий элемент
В классификаторах ОКЗ и ОКСО также отмечено, что аптечные специалисты — работники области здравоохранения. Элемент правовой неясности вносится одним-единственным документом — классификатором ОКВЭД, почему–то причислившим фармацию к области торговли.
 
Когда речь идет об обязанностях аптеки, решающую роль играют другие нормы, непосредственно регламентирующие фармдеятельность. Но как только наступают сложные времена и заходит разговор о необходимости поддержать предприятия, оказавшиеся на грани закрытия, немедленно звучат аргументы о правовом статусе ОКВЭД. На данный парадокс обращают внимание многие эксперты: с точки зрения социальной миссии положение аптечных организаций внутри здравоохранения редко когда оспаривается, а вот в вопросе, например, о необходимых льготах… Здесь напрашивается грустная аналогия: что станет с человеком, если он работает с полной отдачей, при этом питаясь один раз в день и "тратя" на сон не больше пяти часов в сутки?
 
В кризисные периоды небольшие аптеки не выживают лишь потому, что торговой сфере меры поддержки "не положены". В результате падает доступность фармацевтической помощи и нарушается сам процесс лечения для огромного количества пациентов. К слову, производственных аптек, проект восстановления которых активно обсуждается сегодня, в классификаторе ОКВЭД просто–напросто нет.
 
Как можно недооценивать фармацию?
"Аптека — это часть здравоохранения. А сегодняшний неоднозначный взгляд на данный факт вызван несогласованностью между правовыми актами. Между тем, подход к регулированию должен быть единым, — замечает Мария Литвинова, исполнительный директор ААУ (СРО) "СоюзФарма". —Поэтому коды ОКВЭД для фармдеятельности, в настоящий момент относящие ее к торговле, необходимо привести в соответствие со статьей 29 ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан…". Согласно части пятой данной статьи, функционирование аптек относится именно к системе здравоохранения.
 
Помимо того, что данная норма права отражает реальное положение дел, отмечу и формально-юридический критерий: сила закона стоит выше, чем сила утвержденного приказом классификатора".
 
Доказывать очевидные истины порой сложнее всего, но в случае с фармацией эту задачу нельзя "отложить в сторону". Ведь от юридического положения аптеки зависит многое: доступность фармацевтической помощи пациенту служит вкладом в здоровье нации и потому в значительной мере определяет функционирование всех сфер национальной экономики.
 
Чем опасна "торговая" трактовка деятельности аптек?
Конечно, длительные проблемы подобны хроническим заболеваниям: со временем с ними "свыкается" не только небольшой коллектив, но и целое общество. Однако острота вопроса, требующего ответа, от этого не исчезает. Более того, с течением времени ситуация имеет свойство прогрессировать: гастрит становится язвенной болезнью, у пациента с артериальной гипертензией происходит инсульт… А отток кадров из фармации превышает критическую отметку, ставя вопрос уже не о поддержке, а о сохранении розничного сектора фармотрасли.
 
Так, в минувшем году в фармацевтических вузах впервые произошел недобор студентов, причем "на бюджет". Почему профессия провизора теряет свою привлекательность? Почему положение аптеки становится действительно чрезвычайным?
 
"У аптек нет налоговых послаблений. У фармацевтов и провизоров нет никаких льгот — в том числе пенсионных. Трудно говорить о самоуважении специалиста в силу неуверенной принадлежности к системе здравоохранения: престиж фармации сегодня несопоставим с тем, что был при Советском Союзе, — констатирует Ярослав Шульга, руководитель консалтинговой компании Shulga Consulting Group. — Обратите внимание: к единому реестру фармработников мы пришли только в 2023-м. А соответствующий профессиональный праздник — День фармацевта — появился в календаре только в 2021-ом. Просто нет слов…".
 
Это мягко сказано. По сути, современная аптека выполняет свою социальную миссию, будучи вынужденной ежедневно "проверять на себе" некоторые положения теории Чарльза Дарвина. "Модель существования аптечных организаций позволяет функционировать только за счет заработанных средств, других источников финансирования нет. При этом крайне жестокая конкуренция в аптечном сегменте фактически никак не ограничена", — комментирует Роза Ягудина, заведующая кафедрой организации лекарственного обеспечения и фармакоэкономики Первого МГМУ им. И.М. Сеченова. В этих условиях затруднительно не то что накопить резервы (чтобы, по крайней мере, спокойно пережить сложные периоды), но и попросту "остаться на плаву", продолжая вести свою деятельность.
 
Ситуацию усугубляет опять же "торговая" классификация современной фармации: если аптека — не здравоохранение, а всего–навсего ритейл, значит, аптечным делом в состоянии заниматься любой. Даже при отсутствии профильного образования. Допуск непрофессионалов в сферу лекарственной помощи ведет к серии отрицательных последствий.
 
"Во многих странах владеть аптекой может только аптечный работник, — продолжает Роза Ягудина. — Для практикующего фармацевта и провизора — это дело его жизни".
 
Когда труд не ценится в буквальном смысле
"В последнее время правовой статус фармации в системе здравоохранения перешел из неопределенного в почти определенный", — горько иронизирует Наталия Елисеева, председатель правления Ассоциации фармработников Сахалинской области. В СМИ различных регионов регулярно появляются новости о том, что труд провизора и фармацевта стал вознаграждаться ниже в силу того, что коды для фармдеятельности отсутствуют в соответствующей классификации специальностей сферы здравоохранения. Тенденция явно тревожная: в достаточно близкой перспективе такой недальновидный подход может привести к оттоку фармацевтических кадров из медучреждений.
 
В больничных аптеках фармспециалисты буквально страдают, и Наталия Елисеева объясняет, что у них на Сахалине уже есть примеры такой дискредитации: "Фармацевтических работников одной из частных медицинских организаций "понижают" при выплате премий, а собственно за труд им платят как персоналу без медицинского образования — кастеляншам, сестрам–хозяйкам и т.д. При увольнении принятых ранее провизоров сохранение провизорских вакансий не гарантировано".
 
"Наибольшие опасения у фармспециалистов вызывает риск окончательного превращения аптек в торговые предприятия и дальнейшее обесценивание профессии", — подчеркивает Настасья Иванова, директор фармдистрибутора "Интер–С Групп".
 
Не затраты, а вложения
Аргументы против четкого закрепления важной социальной роли аптек вполне очевидны и лежат в финансово–экономической плоскости. Однако поддержка фармации — это не только расходы, но и инвестиции. Ведь каждый рубль, так или иначе вложенный в лечение пациента, приносит национальной экономике кратную отдачу. И целый ряд положительных эффектов.
 
"Игнорирование аптеки как равнозначной части системы здравоохранения приводит к полному отрицанию реального положения дел с лекарственным обеспечением, — обращает внимание Светлана Воскобойник, заместитель директора по правовым вопросам СРО "Ассоциация независимых аптек". — В результате, например, в аптечных "остатках" скапливается значительное количество препаратов для лечения сезонных респираторных заболеваний по причине отсутствия зарегистрированной цены. Лекарства эти востребованы, доброкачественны, но продаже не подлежат, пока цена не будет установлена". При "медицинском" подходе к фармдеятельности ситуация была бы обратной.
 
Четкое положение аптеки внутри сферы здравоохранения помогло бы решить и другие вопросы. Например, включить фармспециалистов в программы привлечения для работы в дальних регионах и сельской местности. "Для врачей на Сахалине такие проекты работают, а вот для провизоров и фармацевтов — не предусмотрены, — замечает Наталия Елисеева. — У нашего ГУОТП "Фармация" местные власти (в том числе районные) просят открыть аптечные пункты на отдаленных и не очень территориях. Это необходимо, но пригласить сотрудников без поддержки из регионального бюджета — без "подъемных" и оплаты жилья — крайне сложно".
 
Готовящаяся программа лекарственного возмещения также требует, чтобы аптека не просто "жила" внутри национального здравоохранения, а была по всем правилам в нем "зарегистрирована". Трудно совместим "торговый" взгляд на аптеку и с развитием цифровой медицины.
 
Социальная миссия равна константе
Ряд ключевых функций фармации актуален (и не может быть выполнен другими отраслями) в любые времена и эпохи. В том числе в условиях рынка. "Кто, если не аптека, обеспечит назначение врача лекарственными препаратами для лечения и профилактики? Кто проверит эффективность и безопасность этих препаратов? Кто, будучи единственным полноценным профессиональным источником информации о лекарстве, объяснит пациентам, как это лекарство применять? Кто расскажет о способах приема, режиме дозирования, терапевтическом действии и противопоказаниях, взаимодействиях медикаментов между собой и с пищей, правилах их хранения в домашних условиях и о многом другом? — предлагает задуматься над вопросами Светлана Воскобойник. — Не говоря уже о том, что в разгар пандемии в условиях высокой загруженности медицинского сектора именно аптечные специалисты обеспечивали жителей нашей страны консультативной и лекарственной помощью, в том числе в тех местностях и населенных пунктах, где возможности попасть на прием к врачу попросту не было. Латентная заболеваемость, не видная из-за проблем доступа к медицине, была снижена именно усилиями фармацевтов и провизоров".
 
Миссия аптеки, ее ответственность перед пациентом и обществом нашла свое отражение и в нормативно–правовом аспекте, напоминает Мария Литвинова. Речь не только о лицензионных требованиях. Именно аптечная организация должна обеспечить население необходимыми лекарствами. Именно в аптеке всегда должен быть в наличии ряд препаратов, утвержденный специальными перечнями. Именно фармация обязана не допускать угрозу вреда здоровью гражданина. Собственно процедуру отпуска медикаментов, медизделий и иного разрешенного аптечного ассортимента (из–за которой фармдеятельность регулярно пытаются приравнять к ритейлу) вправе вести только специалист — провизор или фармацевт. Но никак не продавец. А за неисполнение любого из действующих правил для аптеки и ее сотрудников предусматривается строгая ответственность.
 
Какие уточнения нужны ФРМР?
Необходимость выполнять целый спектр задач для пациента и общества обусловлена самим содержанием фармацевтической помощи. Поэтому очень важно, чтобы в регулировании фармации не возникали правовые коллизии, ставящие в неоднозначное положение как аптеку, так и ее сотрудников. Сегодня, например, требует уточнений ряд особенностей новой процедуры учета фармспециалистов в Федеральном регистре медицинских работников (ФРМР).
 
"На первый взгляд, процесс несложный. Однако на текущий момент есть некоторые несоответствия в регулировании, — объясняет Таисия Кубрина, юрист практики "Фармацевтика и здравоохранение" компании "Пепеляев Групп". — В правилах прописано, что первичный учет, т.е. заведение личного кабинета работника в ФРМР, возложен на аккредитационные комиссии. Такой порядок может поставить аптеки и дистрибуторов в затруднительную ситуацию: выполнение ими лицензионных требований фактически поставлено в подчиненное положение от независящих от них обстоятельств. Заполнить информацию о приеме или увольнении работника (и, соответственно, выполнить лицензионные требования) они смогут только после того, как все сотрудники пройдут аккредитацию, т.е. не раньше, чем через три года. Пока, до конца 2023 года, административные риски в данной области условно минимизированы введенным мораторием на проведение проверок".
 
Есть и другие сложности, связанные со структурой данных о специалистах. Сегодня на аптеку, по сути, стал распространяться весь объем сведений для медучреждений. "Например, вопросы вызывает необходимость вносить в систему сведения о зарплатах. Традиционно такие факты относятся к коммерческой тайне, но при смене места работы информация о зарплате через личный кабинет ФРМР становится доступна новому работодателю, — обращает внимание юрист. — А это может повлечь случаи недобросовестной конкуренции между аптечными организациями на рынке труда специалистов. Зная уровень зарплат у конкурентов, аптечные компании могут проводить более жесткую зарплатную политику в отношении своих сотрудников и применять методы агрессивного "хантинга" кадров у других участников фармрынка. Для самого же фармацевта или провизора останется меньше переговорных возможностей и аргументов в вопросах установления зарплат". Неоднозначное влияние на фармацию может иметь также необходимость внесения в систему данных о временной нетрудоспособности специалистов. Поэтому корректировки в процедуру учета помогут смягчить сложившуюся ситуацию и тем самым предупредить серьезное обострение кадровой проблемы.
 
Сберечь фармацию. Какие шаги нужны для этого?
Сегодня фармацевтической помощи остро необходимы ресурсы для восстановления и развития. Часть этих ресурсов имеет не экономико–финансовую, а организационно-правовую природу.
 
"Оперативные шаги по улучшению положения фармации и доступности лекобеспечения могли бы быть следующими. Во–первых, систематизация регулирующих фармдеятельность правовых актов. Во–вторых, квотирование количества аптек на высококонкурентных территориях. Снижение градуса агрессивной конкуренции поможет поднять и рентабельность аптечной работы. В–третьих, увеличение числа бюджетных мест в фармацевтических вузах и на фармфакультетах. В–четвертых, более плотный диалог образования с работодателями на предмет подготовки кадров. "Сверить часы" жизненно важно: сегодняшняя действительность требует целого ряда компетенций, которым будущих специалистов, к сожалению, не обучают. Или обучают достаточно мало. В–пятых, сокращение фискальной нагрузки на аптечную организацию. Вопрос о налоговых льготах для аптеки также жизненно важен", — убежден Акоп Варпетян, исполнительный директор консалтинговой компании Phabula.
 
Если же система предоставления льгот, субсидий и других мер поддержки будет и далее базироваться на ОКВЭД, то необходимо внести коррективы в данный классификатор и дать аптекам коды в области здравоохранения, подчеркивает Светлана Воскобойник. Достижения этой цели фармация добивается не первый год. Во имя доступности лекарственной помощи пациенту.
 
"Важно работать и с представленностью фармпомощи на тех или иных территориях, — комментирует Татьяна Ходанович, генеральный директор Pharmedu.ru. — Не допуская переизбытка там, где их уже много, и всячески стимулируя открытие новых аптек там, где это необходимо".
 
"Для открытия аптеки в населенном пункте, удаленном от готовых логистических направлений, безусловно, требуется господдержка в виде и субсидий и уменьшения налогового и административного бремени. А если это аптека производственная или ведущая льготный отпуск, включая НС и ПВ, то здесь не помешает льготная аренда на срок до десяти лет, помощь в подведении коммуникаций и т.п., — продолжает представитель СРО "Ассоциация независимых аптек". — Сотрудники аптек, стоящие на страже здоровья граждан точно так же, как медицинские работники, должны иметь возможность получения служебного жилья, земельного участка для строительства дома и т.д. Должны быть доступны также социальная ипотека и льготы по оплате коммунальных услуг и топлива. На провизоров и фармацевтов необходимо распространить возможность досрочного выхода на пенсию, возмещение вреда здоровью (причиненного в процессе профессиональной деятельности), получение доплат и компенсаций (за категорию, выслугу лет и т.п.), участие в системе ведомственных поощрений для получения звания "Ветеран труда". Все это вновь взаимосвязано с однозначностью подхода к статусу фармации в области здравоохранения.
 
ГАпУ: проверенное решение в новых реалиях
В дискуссии о статусе аптеки интересно недавнее предложение депутата Госдумы А.П. Петрова — вернуть в систему здравоохранения Главное аптечное управление. В советскую эпоху оно функционировало более полувека и показало высочайшую эффективность. Для сегодняшних реалий структура и алгоритмы действий ключевого аптечного регулятора могут нуждаться в некоторых корректировках.
 
"Конечно, в нынешних условиях нет необходимости делать ГАпУ органом, который занимался бы абсолютно всеми вопросами лекарственного обеспечения (как это было в советское время). Но именно в рамках одной организации, которая несет ответственность напрямую перед Минздравом, будет проще решать вопросы финансирования госзаказа, централизации закупок льготных препаратов, контролировать чистоту госконтрактов, вести регистр пациентов–льготников, следить за отсутствием дефектуры в аптеках и прогнозировать потребности в фармакотерапии в каждом конкретном регионе, — считает Настасья Иванова. — Круг полномочий для такого регулятора необходим широкий, но о полном госуправлении аптечной системой речи быть не может: в современных рыночных реалиях это просто невозможно". По мнению эксперта, первым шагом нового регулятора должна стать поддержка одобренной Минздравом инициативы "Опоры России" и НацФармпалаты о переходе аптечных организаций к коду ОКВЭД 86.90, относящемуся к сфере здравоохранения.
 
"В нынешних условиях формирование (реанимирование) функционировавшей в прошлом столетии модели такого управления вряд ли будет жизнеспособно. Ведь это ведомство во времена Союза действительно управляло аптеками: оно давало им план, заказывало для них препараты и занималось нормативно-правовым регулированием. Но что будет делать такой регуляторный орган сейчас? — замечает Роза Ягудина. —Поэтому, наверное, более целесообразно не возрождать главное аптечное управление, а уделять больше внимания нормативно–правовому регулированию в фармдеятельности".
 
В нормативно–правовом регулировании аптечного сегмента сегодня необходимо сформировать комплексный подход, который и был одним из основных преимуществ ГАпУ. Большую часть двадцатого столетия аптечные организации рассматривались не только как неотъемлемая часть системы здравоохранения, но и как единое целое, живущее и развивающееся по общим принципам и закономерностям. Это помогало четко регламентировать всю фармацевтическую помощь, одновременно избежав юридических пробелов и коллизий. Такую функцию главного аптекоуправления (функционировавшего ранее как раз в структуре советского Минздрава) действительно важно восстановить и обеспечить возможности для ее полноценного применения.
 
Стоит задуматься и над следующим: не обусловлены ли существующие сложности в фармрегулировании двадцать первого столетия недостаточной однозначностью подхода к положению фармации в здравоохранении?
Здравоохранение должно быть обеспечено большим числом РПО [ссылка]
Здравоохранение должно быть обеспечено большим числом РПО
Иванова Настасья, Директор ООО «Интер-С Групп»
 
Концептуальное значение ФЗ об обращении лекарств переоценить сложно. Однако в 2010-м именно он, наравне с множеством важных и действительно необходимых норм, ввел для производственных аптек запрет на работу с зарегистрированными препаратами. Итог был очевиден: содержать РПО стало нерентабельно. Причем как с точки зрения обеспечения контроля качества, так и с точки зрения изготовления лекформ – себестоимость производства и стоимость конечного продукта были низкими. Кроме того, аптеки получили обязанность приобретать субстанции в «промышленных» количествах, поскольку малых фасовок до последнего времени не предусматривалось.
 
Учитывая, что крупные ритейлеры и фармпроизводители никогда не были заинтересованы в сохранении и развитии производственных аптек, скоро рецептурные отделы начали массово закрываться. И сегодня чуть более одного процента отечественных аптек имеют лицензии на изготовление лекарственных препаратов. А реальным производством занимается менее половины процента (!), и почти все эти аптеки являются государственными или муниципальными. Из этих 0,5%, по данным из Госдумы, еще около четырех десятых балансируют на грани закрытия.
 
Определенную надежду внушает то, что осенью вступает в силу документ, который многие поспешили назвать законом «возрождения производственных аптек». Хотя, на наш взгляд, такие заявления делать пока преждевременно: необходим еще ряд дополнительных инструментов.
 
Безусловно, нормативные акты, стимулирующие организацию производства лекарств по экстемпоральным рецептам для конкретного пациента, исключительно важны и с медицинской, и с социальной точки зрения. Такие препараты действуют более эффективно, в них индивидуально подобраны вспомогательные вещества и форма выпуска, не применяются консерванты. Все эти моменты становятся серьезными преимуществами в лечении детей, пожилых людей и пациентов с редкими заболеваниями. Да и цены на экстемпоральные лекарства в ряде случаев должны быть ниже: не секрет, что из-за отрицательной рентабельности фармзаводы почти не производят препараты с минимальными дозировками, несмотря на всю их социальную востребованность. Поэтому в определенной мере производственные аптеки помогут решить проблему дефектуры, замещая отсутствующий в промышленном выпуске ассортимент простых недорогих лекарств.
 
Новые нормы законодательства учитывают мировую тенденцию, они стимулируют открывать аптечные производства лекарственных форм. Во многих западных странах производственные аптеки востребованы и прибыльны, однако станет ли это направление выгодным у нас – вопрос пока открытый. На сегодня у владельцев аптек нет реальной поддержки для привлечения инвестиций в приобретение оборудования, реактивов, дополнительных площадей, а также для найма редких высококвалифицированных специалистов и создания для них комфортных условий труда. Поэтому, в дополнение к вступающему в действие закону, регулятору важно действенно заинтересовать аптечный сегмент. Например, предложить льготы по налогообложению и компенсацию арендных платежей, оказать содействие в налаживании отношений с центрами контроля качества.
 
Согласно новым нормам, аптечные учреждения смогут изготавливать препараты на основе субстанций и лекарств из отечественного и евразийского реестра, обеспечив качество и безопасность выпускаемых лекформ. Но очевидно, что выполнить все обязательные требования по GMP ни одна аптека не сможет – они разрабатывались для промышленности. Поэтому готовящиеся подзаконные акты должны установить все необходимые правила, проведя четкое разграничение между аптечным изготовлением лекарств и фармацевтическим производством. Такой регламентации, охватывающей все ключевые аспекты функционирования производственных аптек в России, пока еще нет. Однако первый шаг сделан – в конце прошлого года Минпромторг разрешил фасовать субстанции для производственных аптек небольшими, подходящими для них порциями.
 
Тем не менее, претворение новых норм в жизнь рискует столкнуться с большим числом проблем. Среди них нельзя не отметить острую и повсеместную нехватку профильных сотрудников. Работа даже с самыми простыми экстемпоральными медикаментами (например, изменение концентрации действующего вещества) – это тщательный труд провизора-аналитика и провизора-технолога с высокой квалификацией и значимым профессиональным опытом. Кроме того, сами врачи должны уметь правильно написать фармацевту рецептуру такого препарата. Этот навык, в значительной степени утерянный за время массового закрытия производственных аптек, необходимо системно восстанавливать (как в вузах, так и на этапе последипломного образования).
 
Национальное здравоохранение должно быть обеспечено немалым количеством производственных аптек, и это доказано международным опытом. По экспертным данным, в Евросоюзе почти каждое десятое лекарство – препарат аптечного изготовления. И такие лекформы можно заказать в большинстве аптек. В Германии, например, рецептурно-производственный отдел обязан быть в каждом аптечном учреждении. А в другой части света, в США, ежегодно по рецептам врачей изготавливается до сорока миллионов медикаментов. Может быть, в нынешних условиях в России и нет необходимости создавать РПО практически в каждой аптеке (хотя так и было в советское время), но хотя бы 1-2 аптекам в районе такая функция нужна. Все государственные и муниципальные фарморганизации точно должны стать производственными.
 
В заключение хотела бы отметить: производственные аптеки – не просто важный аспект концепции импортозамещения. Это один из первых шагов к системе персонализированной медицины. Она долгое время успешно работала внутри советского здравоохранения и к ней, с учетом современных рыночных отношений, необходимо вернуться.
Комментарий Настасьи Ивановой изданию АИФ: сбой поставок препаратов для АСИТ-терапии [ссылка]
Дефицит препарата «Сталораль», который используется в аллергенспецифической иммунотерапии (АСИТ), прогнозировался, рассказала aif.ru директор фармдистрибьютора «Интер-С Групп» Настасья Иванова.
 
«В декабре-январе многие потребители не смогли найти лекарство в аптеках, в точках онлайн-продаж его также практически не осталось», — сказала Иванова.
 
По словам эксперта, сбой поставок связан как с проблемами на производстве, так и с изменением логистических схем. Однако Настасья Иванова считает, что это временные проблемы, в ближайшее время они, скорее всего, будут устранены.
 
Также она ответила на вопрос, что делать пациентам, если терапию надо начинать сейчас.
 
«Подобрать правильный аналог должен только врач, не стоит полагаться на так называемые «экспертные» перечни в интернете и принимать самостоятельное решение о замене препарата. Как правило, аллергологи предлагают «Фосталь», «Сталлержен», «Алюсталь», «Оралейр», — заявила Иванова.
 
Ранее московский депздрав опроверг сообщения о нехватке препаратов для пациентов с гепатитом С и ВИЧ, уточнив, что лекарства есть в запасе более чем на 5 месяцев.
 
Полный текст комментария:
 
Препараты АСИТ-терапии стали особо востребованы, поскольку эта методика удобна для пациента и доказала свою эффективность. Преимущество АСИТ-терапии заключается в том, что она направлена не на устранение нежелательных симптомов при аллергии, а на ее лечение. По мнению многих пользователей, на сегодняшний момент это лучший вариант лечения аллергии. Уже после двух курсов симптоматика становится менее выраженной, при этом хоть терапия и долговременная, но удобная в применении. Пациенты всё чаще выбирают препараты, применяемые для АСИТ, особенно, когда речь идет о постоянном приеме препаратов, например, при аллергии на пылевого клеща. Приём же антигистаминов в течение длительного времени не желателен.
 
Дефицит Сталораля, как универсального препарата для АСИТ и потому одного из лидеров продаж, прогнозировался – в течение прошлого года поставки препарата снижались, достигнув рекордных показателей в минус 17,5% в упаковках. В декабре-январе многие потребители не смогли найти препарат в аптеках, в точках онлайн-продаж его также практически не осталось. Под конец года Сталораль ожидаемо раскупили, что логично, поскольку фаза терапии начинается за 2-4 месяца до начала сезона цветения деревьев, вызывающих аллергию. На складах дистрибьюторов Сталораля сейчас также нет. Сбой поставок связан как с проблемами на производстве, так и с изменением логистических схем. Это временные проблемы, в ближайшее время они, скорее всего, будут устранены. Пациентам же остается искать аналоги. Но подобрать правильный аналог должен только врач. Замена препарата безопасна, но эффективность нового каждый пациент ощутит на себе сам. Как правило, аллергологи предлагают Фосталь, Сталлержен, Алюсталь, Оралейр. Пациенту не стоит полагаться на т.н. «экспертные» перечни в интернете и принимать самостоятельное решение о замене препарата.
Аргументы и факты: Переходим на очки? Ждёт ли Россию тотальный дефицит контактных линз [ссылка]

Появились сообщения, что скоро контактные линзы могут исчезнуть из продажи либо превратятся в жёсткий дефицит. Одна из крупнейших американских компаний-производителей самых известных линз начала сокращать поставки в Россию. Придётся ли нам переходить на обычные очки?

Кто сегодня производит контактные линзы?

Рынок в основном поделён между пятью компаниями: Johnson& Johnson, Baush&Lomb, CooperVision, Alcon, Ciba Vision. Все они американские. Самая популярная марка — Acuvue. Недавно появились сообщения, что Johnson& Johnson начал сокращать отгрузку линз в РФ.

Хватит ли нам лекарств? Как и чем мы будем лечиться в ближайшие годыВ России есть производство мягких контактных линз в Дубне. Но масштабы его невелики. И до недавнего времени они выпускались только для лечения близорукости и других нарушений зрения у детей и подростков, плюс к этому на заводе выпускаются средства ухода за линзами. Производство открыла российская компания OKVision в 2021 г. На сайте компании написано, что она также импортирует линзы в страны ближнего зарубежья и Азии. Компания является резидентом особой экономической зоны «Дубна». В прошлом году она победила в номинации «Инновация года» за достижения в области новых технологий. Увы, обычных однодневных контактных линз в списке продукции компании пока нет.

Беглый обзор интернета показал, что линзы в продаже есть. В том числе Acuvue. Некоторые упаковки продаются даже со скидками. Есть выбор на «Озоне», в «Сбермегамаркет», netoptika, «Линзмастер» и других площадках. На «Озоне» предлагаются даже отечественные линзы из того самого завода в Дубне OKVision, рассчитанные на 3 месяца ношения. Пара стоит 550 руб. На сайте магазина «Очкарик» предлагаются также линзы азиатских компаний — Сингапура, Тайваня. У некоторых упаковка в 30 штук однодневных линз обойдётся несколько дешевле популярных американских.

Так что тотального дефицита нет. Хоть цены и резко выросли, но купить подходящие линзы можно.

«Реальное импортозамещение не коснулось российского рынка контактных линз, который продолжает глобально зависеть от поставок из-за границы, — говорит директор фармдистрибьютора „Интер-С Групп“ Настасья Иванова. — При этом больше 50% продаж в России обеспечивает бренд Acuvue, принадлежащий американской корпорации Johnson & Johnson. Хотя эта компания в числе первых заявила о поддержке санкций, с рынка линз она не уходит — прекращение поставок изделий медицинского назначения, к которым относятся контактные линзы, пока не обсуждается. Но ограничения отгрузки, квотирование поставок для розницы есть, также производитель увеличил на 25% оптовые цены. Неудивительно, что наши потребители столкнулись и с резким ростом цен, и с дефицитом продукции. Розничные цены на линзы с момента ослабления рубля в среднем выросли на 30-50%, позднее рубль отыграл падение, но цены на старые позиции не вернулись и уже вряд ли вернутся. Держать цены на высоте будут возникшие проблемы с поставками и серьезное изменение логистических процессов. Свой вклад вносит и дефицит: потребители начали покупать линзы впрок упаковками, несмотря на то, что этот товар имеет срок годности, и на несколько лет вперед закупиться не получится. Думаю, существующий дефицит временный, к поставкам уже подключаются производители линз из стран Средней Азии. Наладить же качественное производство в России в ближайшие годы не получится — речь идёт о многомиллионных инвестициях».

Московские аптеки: Нынешняя ситуация станет проверкой фармотрасли на прочность [ссылка]

Иванова Настасья: Нынешняя ситуация станет проверкой фармотрасли на прочность

Директор ООО «Интер-С Групп»

Вопрос лекарственной безопасности страны (в результате, на наш взгляд, достаточно успешной реализации программы импортозамещения) сегодня не стоит так остро, как ещё 10-15 лет назад. Достижений много: локализация западных фармпроизводств, создание собственных крупных фармпредприятий, внедрение на предприятиях современных систем менеджмента, GMP, новых технологий, – плюс значительно выросла доля отечественных лекарств. Следует отметить и то большое внимание, которое правительство уделяет законодательному регулированию и финансированию фармацевтической отрасли. По мнению ряда экспертов, на текущий момент лекарственная безопасность России обеспечена на 80%.

Действительно, история отечественной фармы в последние годы – это история роста. Что хорошо видно на примере фармацевтического кластера Санкт-Петербурга, где за десять лет было привлечено более 300 млн. долларов частных инвестиций, открыто 20 новых фармпроизводств, а большинство уже действующих заводов получили сертификаты GMP. Мы достаточно успешно пережили и пандемию новой коронавирусной инфекции, пару лет назад вызвавшую ажиотажный спрос на лекарства (его рынок достойно выдержал), а также разработали собственные инновационные вакцины.

Данные аналитиков подтверждает Минпромторг: в ведомстве заявляют, что даже в самой кризисной ситуации запасов важнейших лекарств в стране хватит на год, а цены на них зафиксированы и потому сильно не вырастут. Представители российских фармпроизводителей отмечают, что запасов сырья для производства отечественных лекарств хватит надолго, а рынки Индии и Китая, производящие для нас до 80% всех субстанций, по-прежнему открыты. Конечно, рыночные изменения потребуют решения новых логистических задач. Но пока санкции не распространились на лекарственные препараты и изделия медицинского назначения, и с нашего рынка ещё не ушел ни один зарубежный производитель. Правда, ряд фармгигантов уже остановили инвестиции в Россию (Bayer, Pfizer, Eli Lilly, последняя – включая экспорт не-ЖНВЛП), а валютная турбулентность меняет цены практически в ежедневном режиме, кроме того, налицо проблемы, связанные с логистикой поставок препаратов. Мы фиксируем резкое сокращение поставок лекарств из Европы. И сохранить прежние или близкие к прежним объемы импорта не получится. Населению следует подготовиться к дефициту оригинальных инновационных импортных препаратов, которые не имеют отечественных аналогов. По сути, современная ситуация станет проверкой нашей фармотрасли, активно развивавшейся все последние годы, на прочность.

Государство выполняет те шаги, которые помогут снизить ущерб от санкций. Речь идет о новых правилах расчета дефектуры лекарств, которые разрешают повысить предельные зарегистрированные цены для ЖНВЛП. А также – об уменьшении индекса отклонения объема поступления препарата в оборот с 30 до 10%, что снизит риск дефицита и позволит более оперативно реагировать на формирование дефектуры.

Еще одна интересная инициатива: возможность ввоза в Россию и выпуска в обращение зарегистрированных препаратов без выполнения требований к упаковке (речь идет о реализации в упаковках, предназначенных для обращения за границей). Уже введен запрет на вывоз из страны импортной медицинской продукции и лекарств. Планируется обязать фармпроизводителей и дистрибуторов уведомлять ведомство о приостановлении, прекращении производства или ввоза лекарств. Одновременно Генпрокуратура будет проводить регулярные проверки предприятий, касающиеся обоснованности роста цен на медикаменты.

На наш взгляд, регулятор сделает многое, чтобы не допустить глобального дефицита лекарств и резкого роста цен.

– В Госдуме уже предлагают для регулирования фармрынка и госзакупок учредить отдельную госкорпорацию. Создание госкорпорации – вопрос, требующий времени, однако уже сейчас следовало бы изменить условия проведения госпитальных закупок, сократив сроки с полугода-года до одного месяца.

– Также в текущей ситуации было бы полезно ввести процедуру ускоренной регистрации фармпрепаратов. Возможно, стоит поднять вопрос государственного финансирования закупок субстанций для лекарств массового спроса – антибиотиков, противовирусных препаратов, адреноблокаторов.

Эти меры помогут снизить негативный эффект от санкций, помогут фармрынку выжить в экстремальных условиях. Рост цен на некоторые лекарства уже достиг 40%, а при дальнейшем ослаблении рубля он неизбежно продолжится.

По пессимистическому сценарию, как наиболее вероятному сегодня, удорожание только в оптовом звене может достигнуть 40-60%. При этом дефицит медикаментов в аптеках будет усиливаться, в т.ч. из-за паники (люди пытаются купить лекарства по старым ценам и впрок). Не исключаем, что пациенты, которым приём лекарств жизненно необходим, будут готовы даже брать кредиты, чтобы приобрести запас необходимых препаратов.

Вследствие логистических и иных проблем неизбежно произойдет сокращение аптечного ассортимента – и, в первую очередь, это коснется ЖНВЛП, цены на которые зафиксированы регуляторно. При этом далеко не все отечественные препараты смогут в полной мере стать альтернативами импортных. В аптеках уже начались перебои с рядом повседневно применяемых средств для сердечников и гипертоников, пациентов с патологиями щитовидной железы (например, сейчас практически невозможно найти препарат «эутирокс» – левотироксин натрия). Тут же возникает закономерный вопрос: будет ли оштрафована аптека, если она не сможет обеспечить наличие в текущих условиях минимального ассортимента ЖНВЛП?

В целом, следует отметить, что в настоящее время все участники фармрынка работают на грани рентабельности и в этой ситуации важно не нарушать дисциплину платежей. На оптовом рынке изменяется система работы: даже по долгосрочным контрактам требуется не только предоплата, но и допстрахование ответственности. Многие фармацевтические дистрибуторы сейчас «на паузе»: не все понимают, какую цену определить для того или иного препарата.

С западными производителями контракты были, как правило, рублевыми, но иностранцы сегодня не могут сконцентрировать рубли для своих нужд. А отправлять валюту напрямую в нужных объемах мы не имеем возможности. Пока все предполагаемые варианты развития событий представляются негативными...

А оптимистичный сценарий только один – ждать, когда санкции будут сняты или, по крайней мере, ослаблены.

Московские Аптеки: лекарственная безопасность - ответы на вызовы времени [ссылка]

 

Сегодня остро стоит вопрос о национальной лекарственной безопасности. Вопросы о наличии и цене препаратов не сходят с повестки дня. Некоторые лекарства покидают Россию. Проблемы с поставками специфических препаратов уже появились.

Минздрав РФ успокаивает заявлениями о лекарственных запасах. Но к перебоям с поставками субстанций или импортом готовых форм может привести целый ряд разнообразных факторов, и для каждой ситуации будет правильным свое решение.
Как фармацевтическая отрасль и ее участники реагируют на вызовы времени — это выясняет Тема номера.

Что такое лекарственная безопасность?

Прежде всего, определимся с терминами.

"Лекарственная безопасность — очень сложное понятие с огромным количеством составляющих. Основной элемент данной системы — это наличие собственной развитой фармацевтической промышленности с возможностью производства сырьевого компонента в отношении критически важных для здравоохранения позиций: вакцин, инсулинов и т.п., — комментирует Николай Беспалов, директор по развитию аналитической компании RNC Pharma. — По ряду направлений у нас действительно есть собственное и весьма конкурентоспособное производство. Но, конечно, о полной лекарственной безопасности говорить пока не приходится: зависимость от импорта достаточно велика и в отношении готовых препаратов, и в плане поставок фармацевтического сырья".

Таким образом, среди важнейших компонентов национальной лекарственной безопасности — состояние фармацевтической промышленности и степень зависимости от импорта. Оба этих параметра проявляются не только на стадии производства, но и на остальных этапах лекарственного обращения.

"Национальная лекарственная безопасность — это своевременное и бесперебойное обеспечение населения и учреждений здравоохранения нашей страны необходимыми лекарственными препаратами", — подчеркивает Надежда Дараган, председатель Координационного Совета Национальной ассоциации "АПФ". Для врача и пациента понятие лекарственной безопасности сводится к ответу на вопросы: есть ли в наличии необходимые лекарства, и насколько легко их приобрести вовремя.

От Калининграда до Сахалина

Ситуация с ажиотажным спросом на лекарства, по всей видимости, имела региональный акцент только на старте — в последние дни февраля и первые дни марта. "В Сахалинской области произошли те же процессы, что и в центральной части России, — с опозданием недели на две, — рассказывает Наталия Елисеева, председатель Ассоциации фармацевтических работников Сахалинской области. — Традиционно в отдаленных уголках нашей страны — в силу климатических особенностей и транспортных проблем — формируется определенный запас лекарственных препаратов. Этот резерв позволяет отсрочить ажиотаж... Но паника (особенно среди больных с хроническими заболеваниями, не относящихся к льготным категориям), еще и подогретая новостями из ряда регионов, привела к резкому сокращению запасов импортных препаратов, особенно в областном центре, Южно–Сахалинске. Среди этих лекарств — л–тироксин, эутирокс, наком, финлепсин ретард. В настоящее время данные средства пока имеются в районных и отдаленных аптеках, но при сокращении поставок и "молниеносной" реализации через пару недель и там может нарисоваться такая же неутешительная картина. Новые поставки эутирокса и л–тироксина решено отпускать только по рецептам врачей в ограниченном количестве. В настоящее время наше предприятие не может проводить закупки на торгах, т.к. поставщики не выходят с предложениями импортных препаратов, а небольшими партиями отправляют лекарства по ранее заключенным договорам и заявкам, в основном по прежним ценам".

Лекарства и санкции

Прежде всего определимся с понятиями — лекарственное обеспечение, в том числе производство и поставки препаратов, не тема для политических споров и тем более санкций. Гуманность общества проявляется прежде всего в понятии «не навреди».

Посему крайне напрягает реакция некоторых зарубежных фармацевтических производителей на международно-политические изменения и сокращение ассортимента поставок.

Так, Eli Lilly прекращает экспорт неосновных лекарств.

Pfizer выступил со следующим заявлением: "В соответствии с гуманными принципами эмбарго на поставки лекарств вычеркнуто из санкций. Компания Pfizer продолжит поддерживать клинические центры, участвующие в текущих программах клинических исследований, и участников, уже включенных в данные исследования в России, в соответствии со своей неизменной приверженностью интересам пациентов".

Рекламную активность, а также инвестиции в России приостанавливает немецкая Bayer, при этом компания сообщает, что поставки лекарств в Россию и Белоруссию продолжатся в силу этических принципов. С подобной позицией выступили также Abbott, Sanofi, GSK и Novartis. AbbVie приостановил работу только в направлении эстетической медицины, компания не собирается начинать новые клинические испытания в нашей стране.

Обещают продолжать поставки Johnson&Jonhson и Roche. Merk, Boehringer Ingelheim, Gedeon Richter и AstraZeneca ведут работу в прежнем режиме. Dr. Reddy’s сосредотачивает усилия на обеспечении непрерывных поставок лекарств в нашу страну. MSD отметила, что следит за развитием ситуации.

В плановом режиме работает и завод "Санофи Восток" в Орловской области. При этом компания, помимо приостановки рекламной деятельности, прекращает деятельность медийную и исключает все расходы, не связанные с поставками вакцин и базовых препаратов.

Свою работу продолжает и завод "Новартис" в Санкт–Петербурге и производство "Гедеон Рихтер Рус" в Подмосковье.

Также 22 марта, в целях сохранения доступности лекарств для пациента,  во втором и третьем чтениях был принят Госдумой законопроект, разрешающий до 31 декабря 2022 г. ввоз и обращение зарубежных препаратов в иностранных упаковках. Для таких препаратов будут необходимы самоклеющиеся этикетки с информацией на русском языке.

Регуляторная поддержка фармотрасли

В первой половине марта был принят ряд мер, направленных на сохранение доступности лекарств и медицинских изделий. Важно особо отметить новое основание для пересмотра цен производителей на препараты из перечня ЖНВЛП — их разрешается изменить при переменах в курсах зарубежных валют. Еще ряд мер касается особенностей лицензирования различных видов деятельности и продления уже действующих разрешений. Так, согласно постановлению Правительства РФ от 12 марта 2022 №353, на 12 месяцев продлевается госрегистрация препаратов для ветеринарного применения и лицензия на производство лекарственных средств. Еще по ряду разрешительных режимов — среди них регистрация лекарств для медицинского применения и внесение изменений в регистрационное досье — регуляторные органы наделяются правом принять решение по тем или иным изменениям процедуры.

Упрощена процедура закупок у единственного поставщика — в ней, помимо прочего, увеличивается максимальная стоимость приобретенных лекарств и медицинских изделий.

Также установлена возможность корректировать ключевые условия госконтрактов — цену, предмет, сроки и порядок оплаты.

"Государство делает те шаги, которые помогут снизить ущерб от санкций. Речь идет о новых правилах расчета дефектуры лекарств, которые разрешают повысить предельные зарегистрированные цены для ЖНВЛП. А также — об уменьшении индекса отклонения объема поступления препарата в оборот с 30 до 10%, что снизит риск дефицита и позволит более оперативно реагировать на формирование дефектуры, — комментирует ситуацию представитель дистрибуторского звена Настасья Иванова, директор ООО "Интер–С Групп". — Уже введен запрет на вывоз из страны импортной медицинской продукции и лекарств. Планируется обязать фармацевтических производителей и дистрибуторов уведомлять о приостановлении, прекращении производства или ввоза лекарств… На наш взгляд, регулятор сделает многое, чтобы не допустить глобального дефицита лекарств и резкого роста цен".

Какова степень импортозависимости?

"В целом доля импортных лекарств в упаковках составляет около 35%, отечественных — порядка 65%, — приводит данные Виктория Преснякова, исп. директор СРО "Ассоциация независимых аптек", глава Альянса фармацевтических ассоциаций. — А в денежном выражении цифры прямо противоположны, россияне до всплеска продаж тратили до 70% своих средств на иностранные лекарства".

Свою роль здесь играет укоренившийся в общественном сознании стереотип "зарубежное — значит, лучшее". Такой подход передается уже из поколения в поколение.
Наибольшая зависимость от импорта у специфических препаратов.

"Зависимость от импорта лекарств достаточно высока в отношении таких нозологий, как: онкологические заболевания, ВИЧ и гепатит С, сердечно–сосудистые заболевания (например, по антикоагулянтам). Серьезна импортозависимость и для орфанных препаратов, — сообщает Николай Беспалов. — Да и не все вакцины производятся на территории нашей страны. Среди импортных и при этом очень важных для системы здравоохранения — инактивированная вакцина от полиомиелита, локализованная из зарубежного сырья противопневмококковая вакцина, вакцина против ротавируса..."

Как отмечают в Минпромторге, сегодня в нашей стране технологически возможны локальные стадии производства для 656 из 808 препаратов перечня ЖНВЛП. При этом 404 позиции — то есть каждое второе лекарство в перечне — могут производиться в России по полному циклу.

Когда популярные тренды перестают работать

Еще один острый вопрос — субстанции и интермедиаты (компоненты, из которых производятся активные фармацевтические ингредиенты (АФИ), обращает внимание Кирилл Зайцев, заместитель директора по коммерции и логистике медицинского НПК "БИОТИКИ". Данная проблема — не только отечественная.

"До 75% АФИ в нашей стране — это импорт. Субстанции в Россию импортируют преимущественно Китай, Индия, а также некоторые европейские страны. Сразу хочу сказать, что вопрос с "высокой зависимостью от импорта" в данной сфере архисложен с точки зрения поиска оптимального решения. Уже много лет импорт субстанций популярен в целом ряде государств: в области производства АФИ современный мир шел по пути кооперации", — констатирует Ярослав Шульга, руководитель консалтинговой компании и коуч. Иными словами, произошло "страновое разделение труда". В ряде современных источников данный тренд международной экономики был отмечен как прогрессивный.

"С другой стороны, приведенные цифры не могут не пугать, — продолжает Ярослав Шульга. — Особенно если вспомнить достаточно свежий опыт пандемии, когда один–единственный вирус обрушил логистические цепочки. Помните, как два года назад "закрывались" целые страны и континенты? Сегодняшняя ситуация также заставляет задуматься о необходимости "подстраховаться"".

История отечественной фармы — это история роста

В трудной ситуации велик соблазн сделать вывод о множестве недостатков национальной фармацевтической индустрии. Однако такое мнение обоснованным не будет. Небольшой на первый взгляд "плюс" нередко бывает результатом многих лет ежедневной работы по выходу из глубочайшего "минуса".

"Давайте вспомним: советское фармацевтическое наследие было разрушено, зачастую крайне лицемерно, под самыми благовидными предлогами... И не без активного участия западных "партнеров". Не забыты те времена, когда в нашей стране оставалось разве что производство зеленки и йода, — замечает Андрей Горшков, главный исполнительный директор "Озон Хелскеа" (ГК "Озон Фармацевтика"). — Но сегодня отечественная лекарственная промышленность достигла впечатляющих успехов. Созданы новейшие производства".

"Действительно, история отечественной фармы в последние годы — это история роста, — комментирует Настасья Иванова. — Что хорошо видно на примере фармацевтического кластера Санкт–Петербурга, где за десять лет было привлечено более 300 млн. долларов частных инвестиций, открыто 20 новых фармацевтических производств, а большинство уже действующих заводов получили сертификаты GMP".

О картоне, аппаратуре и не только

Безусловно, фармацевтический сектор сделал колоссальные шаги вперед. Однако нельзя забывать, что производство лекарств может стать невозможным из–за одной "небольшой" детали — упаковки.

Фармацевтическая промышленность уже ощущает на себе прекращение поставок картона, производимого в Финляндии, обращает внимание Кирилл Зайцев. "Кроме того, практически все технологическое оборудование для производства лекарственных препаратов, а также для их маркировки является импортным, — констатирует Надежда Дараган. — Многие виды вспомогательных материалов для упаковки закупались также по импорту. Таким образом, видно, что работа по импортозамещению многих видов продукции предстоит большая".

Серьезна степень импортозависимости и для стандартных образцов.

ольшой проблемой для российских производителей стал тот факт, что контроль качества лекарств практически полностью построен на использовании стандартных образцов (СО), поставляемых ведущими фармакопеями иностранных государств, — продолжает исп. директор "АПФ". — А они ввели ограничения на поставки этих СО. Необходимо в кратчайшие сроки организовать собственное производство государственных стандартных образцов РФ, аттестованных Росстандартом, и системы их обращения".

Рост цен: не спешите обвинять аптеку

Серьезны и опасения насчет ценовой доступности лекарств. Удорожание медикаментов складывается из нескольких составляющих, среди которых скачки валютных курсов, ажиотажный спрос и возникшие логистические проблемы.

"О проблемах в отгрузках и росте наценок у дистрибуторов аптеки заявляли не раз. В среднем за первую неделю марта рост цен составил 4%... Это достаточно много. К примеру, за 2021-й год рост составил 3%, — сообщает Виктория Преснякова. — Однако некоторые аптечные сети афишируют иные цифры. Так, Александр Монастырев провел анализ цен в период с 21 по 28 февраля и на одной из отраслевых конференций сообщил такие данные: в компании "Катрен" цены на зарубежные наименования выросли на 42%, а на отечественные — на 70%. В компании "Протек" зарубежные позиции поднялись в цене на 18,5%, а отечественные — на 17%, в "Пульсе" зарубежный ассортимент подорожал на 7%, а отечественный — на 3,5%".

Диапазон впечатляет, причем не только в своих максимальных значениях. При этом аптечные организации, чтобы не допустить дефектуры, вынуждены соглашаться на такие условия, как сокращение отсрочки платежей и даже предоплата.

Данный процесс развивается "по цепочке" — как продолжение тенденции на предшествующих этапах лекарственного обращения. Как замечает Надежда Дараган, в настоящее время большинство иностранных поставщиков перешли на поставку необходимого сырья и оборудования по 100%-й предоплате. Данные перемены трудно назвать благоприятными для фармацевтической отрасли.

"В течение одного рабочего дня одни и те же препараты привозят в аптеку разные поставщики. Вот только цены у них отличаются, — подчеркивает Виктория Преснякова. — Поэтому аптечные специалисты вынуждены проводить переоценку постоянно — в режиме "нон–стоп". Экспертное сообщество обвиняет аптеки в повышении цен, но аптечная наценка не изменилась. Отрасль зависит от курса доллара и евро".

Означенная тенденция явно не близка к своему завершению. "Рост цен на некоторые лекарства уже достиг 40%, а при дальнейшем ослаблении рубля он неизбежно продолжится, — прогнозирует Настасья Иванова. — По пессимистическому сценарию, как наиболее вероятному сегодня, удорожание только в оптовом звене может достигнуть 40-60%. При этом дефицит медикаментов в аптеках будет усиливаться, в т.ч. из–за паники. Не исключаем, что пациенты, которым приём лекарств жизненно необходим, будут готовы даже брать кредиты, чтобы приобрести запас необходимых препаратов".

Изменения валютных курсов рискуют сказаться и на структуре взаимодействий в лекарственном обращении. "В настоящее время все участники фармацевтического рынка работают на грани рентабельности и в этой ситуации важно не нарушать дисциплину платежей. На оптовом рынке изменяется система работы: даже по долгосрочным контрактам требуется не только предоплата, но и допстрахование ответственности, — обращает внимание Настасья Иванова. — Многие фармацевтические дистрибуторы сейчас "на паузе": не все понимают, какую цену определить для того или иного препарата. С западными производителями контракты были, как правило, рублевыми, но иностранцы сегодня не могут сконцентрировать рубли для своих нужд. А отправлять валюту напрямую в нужных объемах мы не имеем возможности".

Насколько подорожают лекарства?

"Рост цен, увы, практически неизбежен. Более того, он уже начался и коснется как готовых лекарств, так и фармацевтических субстанций, — комментирует Николай Беспалов. — Причем для импорта АФИ большая часть контрактов номинирована в валюте (85% всех поставок). Здесь цены повысятся "автоматически". Соответственно, произойдет рост себестоимости производства и придется корректировать цены уже на сами лекарственные препараты. За поставки готовых медикаментов мы платим в основном рублями (95% всех поставок). В этой области цены будут меняться более плавными темпами, но данный процесс тоже из разряда неизбежных". При этом, обращает внимание аналитик, нерешенные вопросы ценового регулирования для препаратов перечня ЖНВЛП могут стать причиной их дефектуры. Однако если получится индексировать цены, то особых проблем не прогнозируется.

"В ближайшее время можно ожидать роста цен, но он будет скорее умеренным. По итогам 2022-го отечественные препараты вряд ли подорожают более чем на 20-30% в сравнении с предыдущим годом, — предполагает Андрей Горшков. — Импортные препараты увеличатся в стоимости более выраженно: думаю, к 2023 году их цена удвоится. Однако названная тенденция не относится к лекарствам из списка ЖНВЛП: здесь рост ожидается в пределах 15% в течение года".

Важно держать в сфере внимания и пессимистический сценарий, согласно которому (как уже говорилось выше) удорожание может достигнуть 40-60% в оптовом звене. Изменение цен на этапе дистрибуции во многом связано с проблемами кредитования. Оптовые компании, в особенности крупнейшие, в силу объемов своей деятельности вынуждены прибегать к банковским заемным средствам, а процентные ставки становятся еще выше.

Меры поддержки: взгляд фармсообщества

Участники Темы номера поделились рядом предложений по поддержке фармацевтической отрасли в сегодняшних условиях. Как обращает внимание Кирилл Зайцев, нынешние значения процентов по кредитам имеют скорее заградительный, чем стимулирующий эффект, поэтому нужны различные механизмы субсидирования для развития производств.

"Необходимо выработать ряд компенсационных мер по субсидированию ключевой ставки для предприятий промышленности — по аналогии с тем, как это было сделано в 2014 году", — подчеркивает Надежда Дараган. Подъем ключевой ставки до 20% привел к серьезному удорожанию заемных средств для организаций. При недостатке ликвидности это чревато не только невозможностью взять кредит, но и остановкой производства.

"Уже сейчас следовало бы изменить условия проведения госпитальных закупок, сократив сроки с полугода–года до одного месяца, — замечает Настасья Иванова. — Также в текущей ситуации было бы полезно ввести процедуру ускоренной регистрации фармацевтических препаратов. Возможно, стоит поднять вопрос государственного финансирования закупок субстанций для лекарств массового спроса – антибиотиков, противовирусных препаратов, адреноблокаторов".

Остро стоит и вопрос о ценах на препараты из списка жизненно важных. Национальная ассоциация "АПФ" предлагает установить заявительный порядок регистрации цен на лекарства данной категории стоимостью до ста рублей, а также провести единовременную индексацию цен на ЖНВЛП в ценовом сегменте 100-150 рублей. Не менее чем на 30%.

"Многие производители прекращают выпуск данных препаратов в связи с тем, что он становится нерентабельным. Прекращая производство нерентабельных препаратов, мы сокращаем рабочие места, уменьшаем налоги, которые должно было получить государство, — замечает Надежда Дараган. — Необходимо проводить оперативную автоматическую индексацию (перерегистрацию) цен производителей ЖНВЛП в связи с изменением курса валют, а не оценки инфляции. Если этого не делать, производство препаратов прекратится, а заместить их зарубежными будет невозможно".

Стратегических решений требуют и фармацевтические субстанции. "Большинству отечественных производителей лекарств пришлось искать альтернативы по поставкам субстанций, а также вспомогательных материалов. Часть предприятий вынуждены были переносить производство на новые площадки или расширять существующие мощности за счет новых линий и лекарственных форм, — комментирует Лилия Титова, исполнительный директор СПФО. —Бесспорно одно — вся товаропроводящая цепочка прилагает максимум усилий, чтобы обеспечить население достаточным количеством лекарств".

Сейчас проходит большое количество мероприятий по анализу и оценке сложившейся ситуации, и в них активно участвует фармацевтическое сообщество. Ситуация непростая. Мы все надеемся, что при правильном выборе ответов на вызовы времени здравоохранение в целом и фармацевтическая отрасль, как его важная составляющая, получат новые возможности для развития и разрешения старых проблем.

Новые известия: В России наблюдается повышенный спрос на средства контрацепции [ссылка]

Россияне в числе прочего бросились раскупать «резиновые изделия №?2». Однако, как утверждают в Министерстве промышленности и торговли Российской Федерации, дефицита этой продукции не предвидится, так как компании-импортеры не заявляли о прекращении поставок.

По информации аналитической компании DSM Group, продажи презервативов в российских аптеках с начала нынешнего года и на настоящий момент увеличились примерно на 11% по сравнению с таким же периодом 2021 года, пишет сайт aif.ru. При этом, по подсчетам экспертов, максимальный рост закупок был отмечен на неделе с 28 февраля по 6 марта.

Как сообщили в Минпромторге, в основном на полках отечественных магазинов продается импортный товар, который производится в Таиланде, Китае, Корее, Индии и Малайзии. А на Российские заводы приходится не более седьмой части всей реализуемой продукции.

Редактор портала Pharm-MedExpert.Ru Иван Данилов рассказал, что самыми популярными в России брендами презервативов являются Durex и Contex, и компания-производитель Reckitt Benckiser пока не собираются уходить с рынка, хотя и находится в Великобритании. По его словам, несмотря на резко выросший спрос, дефицита на рынке барьерной контрацепции в настоящее время не отмечается. Но даже если Durex и Contex исчезнут из продажи, потребители не останутся только с отечественной продукцией, качество которой оставляет желать лучшего.

В свою очередь директор фармдистрибьютора «Интер-С Групп» Настасья Иванова. пояснила, что люди массово закупают презервативы не только из-за желания запастись впрок. Дело в том, что, по словам эксперта, в период перегрузки негативными эмоциями наступает повышение сексуального влечения. Глобальной нехватки этой продукции на рынке пока не образовалось, а временный дефицит — как следствие «потребительской паники» — будет быстро преодолен, подчеркнула Иванова.

АИФ: Презервативы стали дефицитом? Хватит ли всем в России резиновых изделий [ссылка]

Повышенный спрос добрался до «изделий № 2». Но Минпромторг страждущих успокоил — дефицита не прогнозируется.

Закупились впрок
По данным аналитической компании DSM Group, продажи презервативов в аптеках с начала 2022 года к началу марта выросли на 11% в упаковках (почти на 400 тыс. больше) по сравнению с таким же периодом 2021 года. И на 18% в рублях. Причём взрывной рост пришелся на неделю с 28 февраля по 6 марта — потребители раскупили сразу на 80,5 тыс. упаковок больше, чем неделей ранее (прирост 17%). И потратили на 45 млн рублей больше предыдущей недели (рост 32%).

При этом в прошлом году компания фиксировала падение продаж резиновых изделий на 7%. Люди стали экономить в пандемию. А не потому, что потеряли интерес к сексу. Однако нынешние события заставили многих запасаться, предвидя неминуемый рост цен.

Грозит ли России дефицит прокладок, подгузников и других средств гигиены?
Тем не менее Минпромторг сразу заявил, что дефицита подобной продукции в РФ не ожидается. Хотя товар по большей части импортный (на Россию приходится примерно седьмая часть), заводы по изготовлению и производству сырья находятся в Таиланде, Китае, Корее, Индии, Малайзии. И они не заявляли о сокращении или прекращении поставок.

«Два самых популярных в России бренда презервативов — Durex и Contex пока остаются на рынке, — говорит редактор портала Pharm-MedExpert.Ru Иван Данилов. — Вероятность их ухода можно оценить как невысокую, хотя их производитель — компания Reckitt Benckiser и базируется в Великобритании, которая активно поддерживает антироссийские санкции. На текущий момент дефицита на рынке барьерной контрацепции нет, но спрос на эту продукцию значительно вырос. По различным данным, рост продаж в розничных точках за последние три недели составил от 17 до 30% в упаковках, при этом “Озон” зафиксировал рост в 33% в сравнении с концом февраля, а в Wildberries за первую неделю марта отчитались о рекордных 170% по сравнению с этим же периодом годом ранее. Но даже если Durex и Contex исчезнут с прилавков, наши потребители один на один с отечественной продукцией не останутся. Да и не хотелось бы, ведь её качество, по мнению многих экспертов, оставляет желать лучшего. Речь, в первую очередь, о плохом сырье — меньшем количестве смазки, менее износостойких материалах. “Как шарики”, “не конкурентоспособны” — вот характеристики российских презервативов из уст одного из профильных сейлз-менеджеров. Низкая конкурентоспособность отечественных презервативов подтверждается статистикой в отдельно взятом интернет-магазине, где их продажи составляют от 1до 4%. При этом большинство российских брендов производится за рубежом, а единичные производители на территории России зависят от зарубежных поставщиков. Это означает, что цены и на российскую продукцию будут расти, хотя и не такими быстрыми темпами».

Устарели и закрылись


По данным Минпромторга, в РФ производится 100 млн штук презервативов, а импортируется 600 млн. В России барьерную контрацепцию выпускает Армавирский завод резиновых изделий, один из старейших в стране. Сейчас там есть товар под названием «Эрос» четырёх видов — классика, люкс, экстра и арома. И производство полного цикла, начиная от презерватива-сырца — латексной основы. Сырец проверяют под давлением на специальном оборудовании, накладывают смазку и упаковывают в фольгу.

Несколько лет назад производство наладили во Владимирской области в компании «Бергус» (марки «Гладиатор», «Torex» «BAYAN»), там же, к слову, производят и дефицитные сегодня подгузники. А вот в Серпухове завод по производству презервативов уже не работает. Закрылся несколько лет назад и самый первый в СССР завод про производству «изделий № 2» («изделием № 1» в советское время назывались противогазы) — Баковский завод резинотехнических изделий (в районе Одинцово Московской области). Его открыли в 1936 году. А ликвидировали производство в 2019 году из-за убытков — видимо, не выдержал конкуренции с продукцией из Китая, Тайваня и пр. На мощностях завода, ранее занятых презервативами, стали производить косметику (бренд «Красная линия»). До недавнего времени презервативы выпускали также Волжский и Тобольский заводы резиновых изделий. Но и они закрыли линии. Понятно, что привозить из стран Юго-Восточной Азии продукцию из латекса было намного выгоднее, чем закупать оборудование и налаживать производство в РФ. Поэтому многие фирмы занимались только упаковкой.

Секс как антистресс


«Хотя цены выросли в среднем на 20-40%, и это не предел, люди продолжают активно запасаться презервативами, — отмечает директор фармдистрибьютора “Интер-С Групп” Настасья Иванова. — Это происходит не только из-за желания купить впрок. Как утверждают психологи, ещё одна причина — повышение сексуального влечения в период перегрузки отрицательными эмоциями. Глобальной нехватки этой продукции на рынке пока не образовалось, а временный дефицит, как следствие повышенного спроса, так называемой “потребительской паники”, будет быстро преодолен. Даже при самом негативном сценарии без презервативов наш потребитель не останется. Уже сейчас увеличиваются поставки достаточно качественной продукции из Азии (в первую очередь из Китая и Таиланда), есть производства в странах СНГ, да и российские компании в ситуации вынужденного импортозамешения должны будут усилить свои позиции. Правда, сначала им придётся прилично вложиться в рекламу и маркетинг, поскольку сегодня российские бренды мало кто знает, а отношение к ним прохладное. К рекламе уже опосредованно подключилось Роскачество, опубликовав свое исследование, в котором первое и четвертые места отданы именно российским брендам, а Durex и Contex, которые традиционно занимают первые места в многочисленных интернет-рейтингах топ-презервативов, не вошли даже в десятку. Насколько убедят результаты этого исследования потребителей переключиться на российские средства барьерной контрацепции — покажет время. Надо понимать один важный принцип — даже в кризис желание купить более надежные презервативы сильнее желания на них сэкономить».

Аргументы и факты: Без бабушкиных средств. Есть ли в РФ производители памперсов и прокладок? [ссылка]

Если в ковидную эпоху люди в панике смели в полок магазинов гречку и туалетную бумагу и на этом успокоились, то сейчас накрывает волнами. Начали с банкоматов. Теперь дошло до памперсов и прокладок. После ставшего уже традиционным для Запада очередного заявления Procter & Gamble о прекращении инвестиций и сокращении ассортимента люди кинулись скупать средства гигиены и детские подгузники. Дальше наступит очередь пластырей и влажных антисептических салфеток?

«АиФ» разбирался, а есть ли основания так паниковать.

Китайские не хуже?
Самые известные и раскрученные сегодня марки детских подгузников и женских прокладок принадлежат трём американским компаниям — Procter & Gamble (Pampers, Always, Tampax, Naturella, Discreet), SCA Group (Libero), Kimberly Clark (Huggies, Kotex). Все они давно разместили производство в России. Например, Procter & Gamble имеет завод по производству подгузников под Санкт-Петербургом, Kimberly Clark — в городе Ступино Московской области и т. д. Стимулом для этого стал запрет на поставку импортной продукции по государственным контрактам. Ведь те же детские подгузники сейчас закупают роддома и детские больницы, плюс подгузники для детей и взрослых с инвалидностью, которые приобретаются за счёт госсредств. Но даже если эти производства закроются, катастрофы не случится.


«Есть в России крупные заводы-производители, которые работают по контрактному производству, то есть снабжают крупные торговые сети товаром под собственными торговыми марками, — говорит завкафедрой конкурентного права РАНХиГС Андрей Тенишев. — У наших соседей (Казахстан, Узбекистан) тоже немало заводов по производству этой продукции, они регулярно участвуют в выставках детских товаров и обычно предлагают выгодные условия сотрудничества. Значимая часть подгузников вырабатывается в Китае. Кстати, в Китае около 2000 марок подгузников, а на нашем рынке представлено всего около 50. Поэтому маленькие потребители без нужных им товаров точно не останутся».

Как раз перед пандемией в городе Волжском Волгоградской области завод по производству абсорбирующего белья открыла китайская корпорация Хэнань, крупнейший производитель подгузников в Китае. А власти Орловской области сообщили, что в ближайшее время у них может появиться свой производитель детских подгузников. Например, изделия марки «Ola!» — российского производителя, который находится в городе Видное в Подмосковье.

Вообще же, как сообщает Минпромторг, сейчас в России больше 15 предприятий, выпускающих женские прокладки, а также детские и взрослые подгузники. Например, компания Essity с производством 10 млн штук в месяц подгузников Tena Original и 30 млн штук в месяц прокладок Libress имеют запасы необходимого сырья и готовой продукции, что позволит избежать дефицита.

«Бабушкины» средства не понадобятся

Единственный минус — импортное сырье. Но и тут не так печально. Тот же суперабсорбент для прокладок и подгузников и распушённая целлюлоза есть в Китае.

«Следует понимать, что на текущий момент речь о полной остановке поставок из-за границы подгузников и средств гигиены не идет, — считает директор фармдистрибьютора „Интер-С Групп“ Настасья Иванова. — Об уменьшении количества доступных на рынке продуктов, о сокращении ассортимента заявила только американская компания Procter & Gamble, хоть и лидер продаж, но далеко не единственный производитель. На рынке остаётся несколько десятков других компаний, продукция которых по качеству не только не уступает P&G, но и превосходит ее. И речь идет в первую очередь о японских, китайских и корейских производителях. Заодно усилят свои позиции на рынке и российские товары, которые смогут успешно конкурировать с импортом за счет более низкой цены.

Главная проблема не в тотальном исчезновении с рынка продукции, о чем пишут взволнованные мамы на родительских форумах. Это совершенно невозможно. Проблема — в резком росте цены. Временный дефицит — следствие потребительской паники, когда люди начинают массово скупать товары по старым ценам. Сегодня действительно ряд товаров найти сложнее и в розничных точках, и на маркетплейсах, а кое-где даже ввели ограничения на продажу в одни руки. Но это временные трудности. Купить про запас — правильная стратегия, поскольку такая продукция не имеет срока годности, а цены гарантированно вырастут на 30-60%. Рост цен напрямую связан с сокращением поставок, логистическими трудностями и резким ослаблением курса рубля. Но цены вырастут и на отечественные товары, хоть и не так стремительно. Понять это можно, проанализировав компоненты одного “условно отечественного” подгузника. Этот бренд позиционирует себя как российский, но в его составе: абсорбирующий слой из Японии, целлюлоза из США, резинки из Южной Кореи, а упаковка — из Китая. И все эти создающие цену товара “комплектующие” напрямую завязаны на курс валюты».

Эксперт «АиФ» считает, что переходить сейчас на российские бренды — вполне разумная стратегия. Можно и сэкономить, и в качестве не разочароваться. К примеру, согласно исследованию Роскачества, все 29 наиболее популярных марок подгузников, включая производимые в России, удовлетворяют требованиям ГОСТа. Тем не менее, выбирая новый бренд, следует начать с изучения отзывов в интернете и покупки тестового товара.

Похожая ситуация с женскими средствами гигиены — рост цен, временный дефицит из-за ажиотажного спроса, переход на продукты отечественного и иного производства из более низкого ценового сегмента. Поэтому про «бабушкины» методы гигиены, о которых стали в последнее время писать в социальных сетях, можно забыть.

Пластырей и салфеток хватит всем


Не постигнет ли участь прокладок и памперсов влажные гигиенические салфетки, антибактериальные пластыри? Как рассказали «АиФ» представители Росмедпрома, российские производители влажных антисептических, гигиенических салфеток и антисептических гелей (около 20 предприятий в Москве, Подмосковье, Петербурге) могут полностью закрыть не только потребности российского рынка, но и поставлять свою продукцию на экспорт. Все необходимое сырье покупается у российских производителей, за исключением некоторых активных ингредиентов для изготовления пропитки. Их планируется поставлять из стран Юго-Восточной Азии. Все технологии российские. Но вот оборудование до 80-90% импортное. Учитывая такую зависимость, сейчас срочно решается вопрос отечественного станкостроения. Производители надеются также на то, что им разрешат ускоренную регистрацию антисептических и дезинфицирующих средств. Сейчас этот срок составляет от 6 месяцев. Просто гигиенические регистрируются быстрее.

По словам производителей, цены на салфетки и гели они пока повысили незначительно — на 7-10% (подорожание сырья). Остальное — это накрутки магазинов.

Исполнительный директор отечественной компании из Сергиево-Посадского района, которая производит большой спектр современных раневых повязок и пластырей, в том числе и антибактериальных, рассказал, что доля импортного сырья у них незначительна. Максимум 15%, и проблем с поставками пока нет. Есть изделия из полностью отечественного сырья. Ежегодно планово цены повышаются на 5-10%. В этом году планка повысится до 25%. Сейчас компания пересматривает себестоимость и ищет аналоги материалов без потери качества, чтобы удержать рентабельность и повысить цены на продукцию минимально.

В Минпромторге подсчитали запасы «дефицитных» товаров. Сырья для производства средств гигиены закуплено на 3 месяца вперед, и запасов хватит на 6 месяцев. А за это время можно будет наладить поставки из других стран.

АИФ: Дефицита лекарств не будет. Но медикаменты могут подорожать на треть [ссылка]
Источник: АИФ

Как санкции скажутся на лекарственном обеспечении РФ? Хватит ли запасов препаратов? Не грозит ли нам дефицит лекарств и на сколько вырастут цены?

Эти вопросы «АиФ» задал эксперту фармрынка, директору фармдистрибьютора «Интер-С Групп» Настасье Ивановой.

— Ситуация, в которой оказалась экономика России, беспрецедентная, поэтому сделать точный прогноз насчет того, в насколько сложных условиях окажется отечественная фарма в ближайший год, как именно повысятся цены на лекарства, не возьмется ни один эксперт. Санкции, которые начали вводить, носят характер финансовой агрессии, они крайне негативно скажутся на развитии отрасли. Как результат — валютный курс зашкаливает, а это автоматически увеличивает цены на лекарства. Возможно, скачка цен в ближайшие пару недель, пока продаются партии лекарств, закупленные по старым ценам, не будет.

Однако в дальнейшем при условии, что валюта останется такой же волатильной (резко меняется её курс — Ред.), ценники могут «разогнаться» до рекордных отметок в плюс 15-30% к текущей стоимости. Речь идёт в том числе и о российских препаратах, которые создаются из дорожающего импортного сырья. Добавьте к этому стабильный рост затрат на производство, продолжающуюся пандемию коронавируса и традиционные сезонные всплески спроса. И в Европе подорожали электроэнергия и топливо, недостаточно транспорта, ряд маршрутов изменились, образовались огромные очереди на границах.

Рост цен при сохранении высокого валютного курса коснется всех лекарств в аптеке, исключая блок из 808 важнейших препаратов, цены на которые зафиксированы государством. Но и эти цены в исключительном случае могут подвергнуться принудительной корректировке в сторону повышения. Некоторые дистрибьюторы уже занимаются переоценкой ассортимента. Всё это дополнительно подстёгивает «лекарственную инфляцию», поскольку производители, вынужденные продавать свои лекарства по себестоимости или даже ниже её, будут компенсировать потери, повышая стоимость других своих продуктов.

По данным СМИ, ряд аптечных сетей уже заявляют о приостановке поставок лекарств из-за увеличения их цены. Мы не исключаем перебои с поставками некоторых лекарств. Следует быть готовыми к тому, что часть лекарств, произведенных в Европе, совсем исчезнет из аптек, а их заменят более дешевые аналоги из Китая, Индии и России. Да и население в последние дни стало более активно скупать лекарства, опасаясь их дефицита и роста цен. Но остановка производственных мощностей отечественным фармкомпаниям, на наш взгляд, не грозит, и глобального дефицита важнейших лекарств не будет. Безусловно, именно сейчас фармотрасли необходима финансовая поддержка со стороны государства, в том числе ценовыми субсидиями, кредитами, в таком случае рост цен может оказаться не таким критичным. Надо понимать, что стабилизация цен на лекарства — это стабилизация российской экономики, а это в текущих условиях пока кажется невозможным.

«Вопрос одной-двух недель»: как санкции повлияют на цены лекарств в аптеках [ссылка]
Источник: MKset
Представители аптечных сетей сообщили, что новые партии препаратов уже завозятся по повышенной стоимости.

Стоимость лекарств в Башкирии в ближайшее время может существенно увеличиться, сообщили Mkset представители аптечных сетей во вторник, 1 марта. В большинстве аптек пока не стали менять цены на уже завезенные препараты и нелекарственные товары. При этом в аптеках фиксируют рост закупочной стоимости на ряд препаратов.

В аптечной сети «Фармленд» сообщили, что цены на некоторые позиции уже пересматриваются. Там пока не могут спрогнозировать, насколько чувствительным станет подорожание лекарств для розничного покупателя.

«Стоимость по отдельным позициям уже меняется, можно предвидеть [и дальнейшее повышение цен]. Насколько — зависит не от нас, цены повышаем не мы, здесь все идет по цепочке», — сообщил представитель компании.

О том, что «Фармленд» начал поднимать отпускную стоимость лекарства, сообщают и уфимцы, ставшие свидетелями замены ценников в одной из аптек в городе.

В сети «Ригла» также отметили, что стоимость препаратов пока остается прежней, хотя рост оптовых цен не оставляет надежды сохранить их на том же уровне. «Новый товар приходит уже дороже», — прокомментировал представитель компании.

Во всех аптеках затрудняются оценить масштабы предстоящего подорожания. В справочной службе «Эконы» отметили, что цены там пока не пересматривают, но при этом некоторые лекарства временно отсутствуют в ассортименте.

В группе компания «Фармаимпекс», в которую входит аптечная сеть «Экона», сообщили, что стоимость товара зависит от курса валют, который меняется в связи с мировой ситуацией.

«Мы делаем все возможное, чтобы сдерживать еще больший рост цен. Компания „Фармаимпекс“ не занимает никакую сторону в текущей политической ситуации в стране. Главная задача компании — обеспечение населения медицинскими товарами для сохранения и поддержания здоровья вне зависимости от политической и экономической ситуации», — прокомментировали там.

Государственная аптечная сеть «Госаптека» цены на лекарственные препараты не повышает, сообщила замгендиректора по маркетингу и коммерции ГУП «Башфармация» Наргис Ильясова.

«Изменения стоимости товаров, в первую очередь, будут зависеть от производителей и поставщиков, которые сейчас пересматривают цены, если они поднимут цены, то они изменятся и в аптеках. По некоторым позициям поставщики приостанавливают отгрузки», — сообщила она.

При этом замруководителя предприятия подчеркнула, что контролируемые государством цены на жизненно необходимые и важнейшие лекарственные препараты повышаться не будут. В стоимостном выражении эти лекарства составляют половину ассортимента сети.

Ранее гендиректор рязанской сети аптек «Фарма» Александр Миронов сообщил, что ряд дистрибьюторов перестал принимать заказы на поставку новых партий лекарств. Он спрогнозировал, что рост цен на импортные лекарства может достичь 10-15%.

Директор фармдистрибьютора «Интер-С Групп» Настасья Иванова сообщила mkset, что «неизбежный в условиях беспрецедентных санкций рост цен на лекарства» в ближайшее время при наличии геополитических угроз и продолжения обесценивания национальной валюты продолжится. Она затруднилась спрогнозировать его динамику, однако уверена, что изменение стоимости препаратов станет ощутимым уже в течение одной-двух недель.

«Как только будут распроданы партии лекарств, закупленные по старым ценам (это вопрос одной-двух недель), цены могут вырасти до рекордных отметок: от 15 до 30% в зависимости от бренда, страны производства. Оптовые цены пересматриваются прямо сейчас. Жесткие санкции делают рубль слабым, даже отечественные медикаменты растут в цене, поскольку они производятся из постоянно дорожающего импортного сырья. На цены влияет не только девальвация рубля, но и стабильный рост себестоимости, и пандемия коронавируса, и обычные сезонные факторы», — прокомментировала Настасья Иванова.

При этом рост цен коснется не всего аптечного ассортимента. На достаточно большой блок из 808 медикаментов из списка ЖНВЛП (жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов — прим.ред.) ситуация в экономике существенного влияния не окажет.

Цены на эти лекарства регулируются государством, поэтому их стоимость могут скорректировать только в случае, если кризис будет усугубляться.

По мнению эксперта, в целом сложившаяся на рынке ситуация может дополнительно усиливать «лекарственную» инфляцию, когда некоторые производители, чтобы компенсировать потери от замороженных цен, начинают увеличивать стоимость других препаратов.

В компании «Интер-С Групп» также не исключают, что с рынка исчезнут лекарства из нижнего ценового сегмента, некоторые брендовые европейские препараты, на замену которым придут дешевые аналоги из Китая, Индии и России.

Настасья Иванова отмечает, что в последние дни население активно скупает лекарства в аптеках из-за опасений возможного дефицита и желая сэкономить. Однако глобального дефицита основных лекарств в стране не будет, предположила она. Причин для остановки мощностей отечественных фармкомпаний нет, а ситуация на фармрынке, вероятно, останется критической не так долго. Кроме того, государство может оказать поддержку бизнесу кредитами и ценовыми субсидиями — тогда рост цен станет не столь ощутимым.

Московские аптеки: аптечное регулирование: отыскать верные ориентиры [ссылка]

О зарегулированности нормативно–правовой базы фармсообщество трубит давно, о разночтениях в законодательных документах — тоже. К сожалению, остаются определенные "шероховатости", сметающие аптеку с фармацевтического поля, едва ли не в буквальном смысле. Особенно если речь идет о деятельности небольшой аптеки или аптечной сети. Часть законодательных нововведений начинает действовать уже с 1 марта 2022-го, а конкретные вопросы по их исполнению уже появились, о чем говорят и эксперты нашей Темы номера. И главный вопрос — о том, будет ли аптечная деятельность вновь признана частью здравоохранения, — пока остается открытым.

Проверка, оценка, лицензирование

В день начала весны вступают в силу два приказа Минздрава РФ — №1093н и №1094н. Первый из документов касается правил отпуска лекарств, второй — порядка их назначения, то есть всего того, что связано с рецептами, их оформлением и учетом. Но это далеко не все. Следующая группа изменений в правовой базе касается проверочных листов — некоторые правила работы с этими документами корректируются, а еще чек-лист впервые составил Роспотребнадзор. Насколько эффективно выполнена задача — покажет время. Третье нововведение: с 1 марта начинают применяться листы оценочные. Они сопровождают не проверку, а процесс лицензирования. Документацию данного формата нужно будет вести согласно статье 19.1 Федерального закона №99-ФЗ "О лицензировании отдельных видов деятельности". Форму оценочного листа для аптек утверждает лицензирующий орган – Росздравнадзор. Контрольных вопросов в оценочном листе всего 46, значительная часть их посвящена разработке и соблюдению СОП, особенностям хранения лекарств, состоянию помещений, а также кадровой работе. Остается вопрос о критериях оценки. С 1 марта предприятия-лицензиаты самостоятельно вносят ряд сведений в реестр лицензий. Среди них, например, данные о реорганизации или переименовании юрлица, а также о смене ФИО или места жительства индивидуального предпринимателя.

"Веяния времени" + долгосрочные тренды = ?

Даже в юридической сфере новшества не внедряются сами по себе, в отдельности от сложившейся правовой базы. Чем лучше сформирована ее структура, тем легче пройдут изменения. И наоборот — в непростом регуляторном климате, изобилующем неясностями и даже коллизиями, даже самые проработанные нововведения могут функционировать по-иному. Поэтому вопрос о системе регулирования, в которой существует современная фармация, приобретает решающее значение, а при неверном понимании способен привести все к тому же лекарственному коллапсу. Какие особенности нормативно-правовой базы наиболее ощутимы для современной аптеки? Какие детали весенних преобразований стоит в первую очередь принять во внимание? Среди «веяний времени» были отмечены: вопрос об обязательном минимальном ассортименте, проблема деления упаковки, ряд нюансов рецептурного отпуска, повышение госпошлин за регистрацию лекарств и эксперимент по маркировке БАД. Последние два события к аптеке прямо не относятся, однако формируют ту среду, в которой она оказывает фармацевтическую помощь.

№1. Тот самый ранитидин, или еще раз о минимальном ассортименте

"К сожалению, в реальной практике по–прежнему встречаются и коллизии, и "двойные прочтения" тех или иных норм. К примеру, в 2021-м аптеки столкнулись с так называемым "ранитидиновым штормом". Их захлестнули проверки по минимальному ассортименту, в большинстве которых основным нарушением было отсутствие таблеток ранитидина. При этом последние несколько лет препарат регулярно попадал в список недоброкачественных из-за наличия токсичных примесей – нитрозаминов. В 2020-м производители вывели на рынок несколько серий, а в начале 2021-го года все остатки отозвал Росздравнадзор, — рассказывает юрист компании "Пепеляев Групп" Таисия Кубрина. — Отстоять свою позицию об отсутствии вины в споре с проверяющими смогли немногие. В конце года фармация надеялась на пересмотр перечня минимального ассортимента. Минздрав даже приостановил регистрацию всех препаратов и рекомендовал пересмотр, но…". Тем временем проблема перешагнула и в новый 2022 год. Как отмечают фармацевтические инспекторы Ассоциации аптечных учреждений "СоюзФарма" Наталья Чернухина и Виктория Маховская, при проверках до сих пор наблюдаются ситуации, когда отсутствие ранитидина в аптеке считается нарушением. Мелочь? "Организационный момент"? А ведь речь, казалось бы, о небольшой неясности с правовым статусом только одного МНН.

№2. Делить или не делить? Ответ в итоге положительный

Приказ №1093н регулирует одну из важнейших функций аптеки — отпуск лекарств. Несколько месяцев фармсообщество опасалось, что теперь даже выдача их без рецепта будет ограничена невозможностью деления упаковки. "Один из ключевых моментов приказа №1093н, объединившего в себе три старых приказа Минздрава, — косвенный запрет частичного отпуска и нарушения вторичной упаковки, что связано с маркировкой лекарств (нанесением кода), — прокомментировал ранее Иван Данилов, редактор портала Pharm–MedExpert.ru. — Ответственность возможна вплоть до приостановки деятельности аптеки. Прямого запрета нет, — но нет и разрешения. И как поступать провизору в ситуации, когда деление упаковки необходимо по рецепту, — неясно. Отсутствие же разрешения на разделение приведет к росту цен на лекарства… С другой стороны, если на курс лечения требуется 12 капсул, а упаковка содержит 48, то при нынешней низкой покупательной способности населения ее деление – вопрос социальной защиты граждан". В день, когда эта тема готовилась к публикации, один из наших экспертов сообщил о письме Минздрава РФ №25-4/И/2-2643, подписанном заместителем министра здравоохранения Сергеем Глаголевым, которым подтверждается, что запрет на деление упаковки при отпуске лекарств приказом №1093н не установлен и в связи с этим разъясняется порядок работы с системой МДЛП при частичной реализации медикаментов в розничном секторе. "И в январе, и в феврале аптеки готовились к запрету деления. Однако такое ограничение было бы неправильным по отношению к пациенту, то есть к населению в целом. Есть множество примеров, когда размер упаковки многократно больше, чем количество препарата на курс лечения, — констатирует Анастасия Филиппова, председатель Ассоциации развития фармотрасли "Аптечное дело". — Тот же сенаде производится только упаковкой на пятьсот таблеток — такое количество человеку вряд ли понадобится. Стоит обратить внимание и на другие лекарства, с которыми сложилась та же ситуация". Отрадно, что найдено решение для одной из острейших проблем современного аптечного регулирования. И оно очень кстати. Ведь речь шла о самом главном — о доступности лекарственной помощи.

№3. Рецепты по новым правилам: о русском языке и не только

В рецептурном отпуске произойдет целая серия изменений. Некоторые из них можно приветствовать — такие, как, например, обязанность медорганизации обеспечить своевременное переоформление неправильно оформленного рецепта. Нельзя не отметить и одно из наиболее дискуссионных положений нового приказа №1094н — возможность оформлять рецепты на русском языке. "Скажите, что изменится после смены латыни на русский, а латиницы — на кириллицу? — предлагает задуматься Акоп Варпетян, директор по развитию аптечной сети "36,6–Здоровье" из Тверской области. — Или мы расписываемся во всеобщей безграмотности? И идем по пути упрощения, которое нанесет еще больший ущерб, многократно расширив границы незнания и непрофессионализма?" В ААУ "СоюзФарма" с иронией замечают: о русскоязычных рецептах со временем можно будет написать юмористическую книгу. Фармспециалист в состоянии прочесть назначение врача, составленное по латыни, ведь это неотъемлемая часть его профессиональных знаний и навыков. Сложности рецептурного отпуска вовсе не в этом. "В оформлении рецепта — много деталей, которые из приказа в приказ переписываются по-разному. Отсюда и ошибки, — замечает Наталия Елисеева, председатель Ассоциации фармацевтических работников Сахалинской области. — Возраст — дата рождения или число полных лет? Почтовый адрес — с индексом или без него? Срок действия рецепта — в месяцах или днях? Плюс даты на штампе и в самом рецепте... Ко всем изменениям в составляющих документа о врачебном назначении аптеке приходится адаптироваться опытным путем — и не всегда этот процесс проходит безболезненно". Переход на новые бланки действительно требует внимания, подтверждают фармацевтические инспекторы ассоциации "СоюзФарма". Особенно остро может встать вопрос о препаратах, подлежащих ПКУ, и правильной записи в журнал, соответственно. Что касается продления срока действия старых форм, то сегодня о нем известно лишь в отношении НС и ПВ Списка II. "Возможно, полезным было бы введение электронных рецептов, но при соблюдении ряда условий. Во–первых, электронные назначения не должны вести к дополнительным затратам ни для аптек, ни для поликлиник, больниц, и ФАПов. Это должна быть единая государственная система бесплатного пользования, — считает Анастасия Филиппова. — Во–вторых, исключать бумажные рецептурные бланки нельзя. Они должны сохраниться, что особенно важно в малых населенных пунктах и отдаленных районах". Нестабильность интернет–соединения никто не отменял. Сами же проблемы документооборота от его формата мало зависят — как правило, те сложности, которые наблюдались на бумаге, сохраняются и в электронном варианте. ИТ и организационно–правовые вопросы — сферы все-таки разные. "Что касается рецептурного отпуска, то и врачи, и провизоры оказались в одной и той же ситуации: работа с документами отнимает колоссальное количество сил и времени. По сути, доктор не видит пациента. Прибавим к этому дефицит кадров. Отсюда и сегодняшние проблемы", — подчеркивают Виктория Маховская и Наталья Чернухина. Трудности с рецептами в аптеке — зеркальное отражение системных проблем здравоохранения. "Сложность в рецептурном отпуске только одна: низкая доступность врачебного приема, — резюмирует Акоп Варпетян. —– И нужно решать данную проблему".

№4. Звенья одной цепи

Рассматривать ситуацию в аптеке, не изучая положение дел на производстве лекарств и в фармацевтической дистрибуции, — значит, увидеть далеко не полную картину. Вопрос о делении упаковки стал острым не случайно, а в силу экономической ситуации. Сказаться на доступности лечения могут и новые нормы об увеличении госпошлины за регистрацию препаратов. "Рост сборов за регистрацию лекарств и внесение изменений в досье, дополнение перечня индикаторов риска (равно как и внесение дополнительных позиций в перечень ЖНВЛП и возможный пересмотр цен на эти наименования) могут повлечь желание производителя и, соответственно, фармдистрибутора пересмотреть свой портфель, — прогнозирует Настасья Иванова, директор фармдистрибутора "Интер–С Групп". — И производство, и оптовая организация вынуждены минимизировать издержки. А это в итоге может привести к выводу части препаратов из обращения. Таким образом, доступность лекарств для покупателя–пациента станет меньшей". Здесь стоит вспомнить не только о старых лекарствах, но и о новых. Уникальное изобретение может просто–напросто не преодолеть регистрационный барьер, и производитель, понимая это, вынужден будет отказаться от его разработки еще на старте. Не оптимистичны и прогнозы насчет обязательной маркировки биодобавок (эксперимент по маркировке стартовал 1 мая 2021 г. и продлится до 31 августа 2022 г.) и медицинских изделий (Постановление Правительства предписывает провести эксперимент по маркировке с 15 февраля 2022 г. по 28 февраля 2023 г. и устанавливает порядок его проведения). Однако здесь возможны ИТ–решения: например, организация взаимодействия между системами МДЛП и МИ или возможность операций с БАДами в "лекарственной" инфосистеме маркировки. Что касается хронических проблем в фармацевтическом регулировании, то их список не менее обширен.

Барьеры коммуникации

Любой документ призван донести информацию до своего читателя, и содержащиеся в нем сведения должны быть поняты верно и точно. Однако на практике так происходит не всегда, отмечают наши эксперты. "Любая добросовестная аптека старается сделать все возможное, чтобы выполнять установленные требования на сто процентов. Но когда аптечное предприятие решает эту задачу, серьезным препятствием становятся трудности интерпретации юридических норм", — комментирует Александр Миронов, генеральный директор рязанской аптечной сети "Аптека Фарма". Главная проблема современного документа – в степени его читаемости, замечают и фарминспекторы ассоциации "СоюзФарма". Человеку с высшим образованием неюридического профиля достаточно сложно понять сегодняшние правовые акты, особенно если они претерпели серию изменений. А четкое понимание юридической информации в наши дни — залог выживания для аптечного предприятия. Профессионалы отрасли недостаточно задействованы в составлении документов — отсюда и сложности с четкостью формулировок, считает Наталия Елисеева. "Новые приказы пишутся без участия практикующих аптечных специалистов. И, более того, к работе над документами не приглашены преподаватели профильных фармацевтических курсов в вузах и колледжах. А вот потом, когда приказы выходят в свет и становятся обязательными для применения, руководители аптек и профессора университетов могут изучить детали", — подчеркивает председатель Ассоциации фармработников Сахалинской области. Однако этот этап — уже не подготовительный, и даже в случае двойных прочтений норма остается обязательной до момента ее корректировки. Отсюда и проблемы правоприменения. "Как можно оценить требование прокуратуры о наличии журналов ведения в аптеках, в которых никогда не было таких препаратов — и, более того, не было условий для их отпуска и хранения? — задает вопрос Наталия Елисеева. — А внедрение новых форм журналов посреди календарного года?"

Еще раз о правовых коллизиях

Чем объемнее и более комплексная нормативно–правовая база, тем выше вероятность "нестыковок" между новыми и прежними документами. Таисия Кубрина приводит пример, когда в проверочном листе по лицензионным требованиям указан приказ Минздравсоцразвития РФ от 26.08.2010 №735н, но с 1 марта вместо него будет действовать приказ Минздрава №1093н. Юрист приводит и другой пример, замечая: "Приказ ведомства №378н о порядке ведения журналов ПКУ, правовой статус которого в настоящее время не определен. Документ не был включен в так называемый "белый список" нормативных актов (постановление Правительства №2467), на которые не действует "регуляторная гильотина", и формально не является обязательным к применению и оценке при контроле (ч. 3 ст. 15 ФЗ-247)". Особенно показателен в данном аспекте вопрос о хранении лекарств, замечает Антонина Феоктистова, зам. директора по развитию по учебному блоку компании Pharma.Global. Соблюдая ряд документов, регулирующих данный процесс, аптека и фармдистрибутор, тем не менее, должны разработать СОП по данному вопросу. "Содержание этого внутреннего документа должно быть весьма обширным. Во-первых, нужно описать порядок действий сотрудников при хранении и перевозке лекарств, а также процедуры обслуживания и поверки измерительных приборов и оборудования, — рассказывает Феоктистова. — Далее потребуется изложить выполнение таких процессов, как ведение и хранение записей и отчетов, прием, транспортировка, размещение лекарственных препаратов — и, разумеется, организация контроля соблюдения самой СОП". Интересна и коллизия между приказами №706н Минздравсоцразвития и №646н Минздрава, касающаяся стеллажных карт. Из пунктов 10 и 11 первого приказа следует, что эти документы должны содержать сведения о наименовании ЛП, его форме выпуска, дозировке, номере и серии, а также сроке годности и производителе. А вот пункт 29 Правил Надлежащей практики хранения и перевозки лекарств (утв. ведомственным приказом №646н) содержание стеллажных карт никак не регулирует.

Единство требований как фундамент правовой базы

Правила должны быть общими для всех, иначе это уже не нормы, а варианты. Как отметили наши эксперты, единство требований сегодня особенно важно. "Наблюдается определенный дисбаланс: многие независимые аптеки и малые сети не наделены достаточным ресурсом для соблюдения всего перечня действующих нормативов, а ряд крупных сетевых компаний, напротив, получают конкурентное преимущество за счет большого штата юристов и приводят четкие обоснования даже для тех случаев, когда соблюдение нормативных актов — под вопросом", — комментирует Александр Миронов. При отсутствии двойных прочтений и неясностей такая ситуация была бы невозможна. Еще сложнее обстоят дела в тех сегментах фармотрасли, в которые пришло много новых участников. "Классическую аптеку регулирует масса документов, и сама аптека изо всех сил старается выполнить их требования. Однако у нас появились "пришельцы" в наш рынок — игроки из других отраслей. Они могут игнорировать сложившиеся правила абсолютно и действовать "по удобству", в связи с затруднительностью контроля или его невозможностью, — констатирует Акоп Варпетян. — Но ведь все должны работать в единых условиях, особенно если речь о лекарстве и помощи пациенту!" Фармацевтическая помощь оказывается все–таки не по алгоритмам интернет–ритейла, а по своим, присущим именно ей, правилам. Свою роль играет и отсутствие единого подхода к работе фармации, обращают внимание в фарминспекторате ААУ "СоюзФарма". Причиной этому стал неопределенный правовой статус аптеки. Оказавшись между торговлей и здравоохранением, аптечное предприятие очутилось в центре внимания самых разных регуляторов, и процесс изучения нормативно–правовой базы выстроить сложно.

"Медицинский" статус аптеки гармонизирует и систему регулирования

Единство требований, четкость и однозначность формулировок, а также отсутствие правовых коллизий — вот те главные принципы, реализации которых в нормативной базе ожидает аптечное сообщество. Документ должен быть понятен не только специалисту с дипломом юриста, но и профессионалам всех остальных отраслей, включая медицину и фармацию. Иными словами, необходим системный подход, успешным примером которого стало когда-то Главное аптечное управление. Как выполнить эту задачу на практике? Сделать ситуацию менее острой может реализация некоторых норм закона "О государственном контроле (надзоре)". В правовом акте предусмотрена, в частности, возможность засчитывать те проверочные мероприятия, которые провела в аптеке саморегулируемая организация (сегодня такой статус имеют некоторые фармацевтические объединения). Если инициатива будет реализована — аптекам станет легче. Правда, останутся вопросы и о читаемости документов, и об участии фармацевтических специалистов в их составлении. Первым шагом к решению поставленных задач может стать также госпрограмма по разъяснению положений НПА и обучению фармацевтов и провизоров их правильному применению. Однако сегодняшняя ситуация с большой вероятностью требует оперативных решений. "Самое главное — аптекам станет намного проще, если мы будем признаны частью здравоохранения, — подводят итог Виктория Маховская и Наталья Чернухина. — Популярное в девяностые мнение о том, что наиболее комфортны условия в сфере ритейла, оказалось огромным заблуждением. Многие считали, что в торговле легче — и популяризировали это мнение. А оказалось совсем наоборот. Аптеке нужно вернуться в ту отрасль, к которой она относится и по традиции, и по своей сути". Тогда и коллизий в регулировании станет меньше. "Нестыковки" в документах часто соответствуют "нестыковкам" в реальности — и порой одно верное структурное решение снимает целый комплекс противоречий. Законодательные акты

Перемены в фармотрасли влияют на доступность лекарства // Мнение Настасьи Ивановой [ссылка]

Иванова Настасья

Директор ООО "Интер–С Групп"

За последние годы фармотрасль испытала воздействие множества факторов. В их числе экономические последствия пандемии, сокращение доходов населения, рост цен на лекарства, внедрение систем маркировки. Все это привело к изменению покупательского поведения и трансформации лекарственного рынка.

А разрешение онлайн-продаж безрецептурных препаратов вызвало бум в этом сегменте. На текущий момент его динамика значительно опережает темпы роста в сегменте аптечном. Наблюдается и переход покупателей–пациентов из аптеки в онлайн, что напрямую сказывается на финансовом состоянии фармацевтических учреждений. В первую очередь, проблемы испытывают представители небольших аптечных сетей и независимые аптеки. Можно говорить и о дальнейшем усилении этой тенденции. Кроме того, на развитие фармсектора окажут влияние те изменения в законодательстве, которые вступают в силу в 2022 году. А это:
  • удорожание процедур регистрации лекарств и внесения изменений в досье (нормы действуют уже с 1 января);
  • расширение перечня ЖНВЛП;
  • определение порядка формирования цен на лекарства в составе данного перечня, притом, что в регионах изменились предельные размеры и оптовых, и розничных надбавок;
  • запуск в Москве эксперимента по выдаче льготных лекарств в коммерческих аптеках по электронным рецептам;
  • новые показатели в перечне индикаторов риска нарушения обязательных требований при контроле над обращением лекарств (эти дополнения внес Минздрав).
Каким будет влияние новых перемен в правовой базе? Рост сборов за регистрацию лекарств и внесение изменений в досье, дополнение перечня индикаторов риска (равно как и внесение дополнительных позиций в перечень ЖНВЛП и возможный пересмотр цен на эти наименования) могут повлечь желание производителя и, соответственно, фармдистрибутора пересмотреть свой портфель. И производство, и оптовая организация вынуждены минимизировать издержки. А это в итоге может привести к выводу части препаратов из обращения. Таким образом, лекарства для покупателя-пациента станут менее доступны. Внедрение системы прослеживаемости для биодобавок — несмотря на достаточно спорные данные о проценте фальсификата в этом сегменте — может стать вообще губительным для мини- и микробизнеса. Об этом не раз говорили на различных встречах и конференциях представители многих ассоциаций. Все названные перемены могут сказаться на доступности лекарств для конечного покупателя, то есть пациента… Уменьшить отрицательное влияние перечисленных факторов могли бы помочь некоторые дополнительные меры. Так, например, многие представители фармотрасли имеют в своем портфеле и лекарства, и биодобавки. Обязательная маркировка для препаратов и БАД реализована или будет реализована в разных системах — МДЛП и ГИС МТ. Однако важно предусмотреть возможность применять одну систему для обоих типов продукции либо организовать взаимодействие двух названных систем на ИТ–уровне. Следует предусмотреть и возможность вывести лекарства и логистические операции с ними из-под действия муниципальных ограничений. А это, например, Постановление №379-ПП "Об ограничении движения грузового автотранспорта в городе Москве…". Лекарственное обращение — это единый процесс, делить его на сегменты можно лишь условно. Трудности у производителя и дистрибутора отражаются, как правило, и на аптеке. Поэтому перед принятием всех нововведений в фармацевтической сфере необходим весьма тщательный анализ и публичное обсуждение с участием профессионалов отрасли.
Как поступить, если деление упаковки необходимо по рецепту? // Мнение Ивана Данилова [ссылка]

Как поступить, если деление упаковки необходимо по рецепту? // Мнение специалиста

Деятельность аптек традиционно регламентируется большим числом различных законодательных и подзаконных актов. Например, организация хранения лекарств — ключевой момент в работе любой аптечной организации — регулировалась десятками НПА.

Данилов Иван
Редактор портала Pharm–MedExpert.ru

В текстах этих документов находились противоречия, ряд положений дублировался, а некоторые термины имели различную интерпретацию.

В рамках нынешней законодательной реформы действующая правовая база пересматривается, разрабатываются новые нормативные акты. С 1 марта утрачивает силу целый ряд документов, касающихся вопросов назначения и отпуска медикаментов. И одновременно начинают действовать ключевые для аптечных организаций приказы Минздрава – №1093н (по правилам отпуска и работы с требованиями–накладными) и №1094н (по порядку назначения лекарств).

Изучение и правильное применение меняющегося законодательства — вопрос очень и очень важный. Не стоит забывать, что проверки аптечных предприятий со стороны регуляторов идут в постоянном режиме, а Минздрав сообщает, что каждая третья организация в нашей стране так или иначе нарушает нормы, регламентирующие порядок обращения лекарственных средств. Вот почему сотрудникам аптек необходимо внимательно ознакомиться с постановлением Правительства №2467. Оно касается т.н. "регуляторной гильотины": значительная часть важнейших для аптек документов перестает действовать. Срок действия актов, определяющих вопросов обращения наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, будет продлен до 1 марта. Старые сроки обслуживания рецептов будут действовать до 1 сентября. А некоторые документы продолжат регламентировать работу фармучреждений до конца этого года.

Среди документов, которые сохраняют свою силу, важно отметить: постановление №1081 о лицензировании фармдеятельности; правила НАП; а также приказы, регламентирующие изготовление, хранение и отпуск лекарств, их ввод в гражданский оборот, регулирование цен на препараты в перечне жизненно необходимых и важнейших.

Еще в прошлом году Минздрав обнародовал большой список проектов приказов, которые должны были вступить в силу с 1 марта, но на данный момент из них приняты не все. Тем не менее, изменения в работе аптек продолжаются. Их нельзя назвать кардинальными, в основном речь идет о систематизации и объединении правовых актов, о приведении их в соответствие друг с другом. Один из ключевых моментов Пр. №1093н, объединившего в себе три старых приказа Минздрава, — косвенный запрет частичного отпуска и нарушения вторичной упаковки, что связано с маркировкой лекарств (нанесением кода). Ответственность возможна вплоть до приостановки деятельности аптеки. Прямого запрета нет — но нет и разрешения. И как поступать провизору в ситуации, когда деление упаковки необходимо по рецепту, — неясно. Отсутствие же разрешения на деление упаковки приведет к росту цен на лекарства. Ведь, например, реализация по блистерам потребует нанесения идентификатора на каждый из них. А еще — отдельной инструкции и дополнительной работы аптечных специалистов, которые были бы рады избавиться от "пересорта".

С другой стороны, если на курс лечения требуется 12 капсул, а упаковка содержит 48, то при нынешней низкой покупательной способности населения ее деление — вопрос социальной защиты граждан.

Проблему деления упаковки сегодня обсуждают в социальных сетях сотни и тысячи провизоров и фармацевтов – и мнений множество. При этом в конце прошлого года депутаты Госдумы обратились к правительству с предложением обязать аптеки продавать лекарства при желании покупателя поштучно (блистерами или ампулами), не нарушая первичную упаковку.

В Пр. №1093н (в сравнении с Пр. №403н) также присутствует целый ряд изменений, в том числе: расширение перечня организаций, которые могут отпускать лекарства, изменение порядка работы с рядом форм и препаратов; уточнение списка медикаментов, которые можно отпускать по электронным рецептам; вопросы получения рецептов и лекарств для инкурабельных больных; изменение норм, связанных с отпуском иммунобиологических лекарств, отпуском НС и ПВ списка II по требованиям медорганизаций, а также корректировка норм, связанных с хранением этих требований в аптеке.

Что касается Пр. №1094н, то он также стал шагом по оптимизации правовой базы, объединив в себе 7 документов, — хотя, на наш взгляд, идеально было бы соединить в один правовой акт и вопросы отпуска лекарств, и вопросы их назначения. Впервые в приказе Минздрава мы видим норму об ответственности медработника за неправильно выписанный рецепт, а именно, — обязанность своевременно его переоформить. Еще ряд нововведений в этом приказе касаются порядка оформления рецептурных бланков, дозировок и способов применения ЛП, форм рецептурных бланков и сроков их действия (включая введение трех исключений по срокам действия для льготных рецептов) и т.д. В целом, можно отметить, что новые приказы, на наш взгляд, положительно скажутся на качестве фармацевтического обслуживания населения.

РБК: Выпуск лекарств в Башкирии вырос более чем в два раза [ссылка]
Источник: РБК

За январь—октябрь в Башкирии вырос выпуск лекарств, в сравнении с 10 месяцами прошлого года он увеличился в 2,3 раза. Об этом сообщили в Башстате. В целом индекс промпроизводства в Башкирии с начала года составил 104,5%, что на полпроцента ниже, чем общероссийский показатель.

По сравнению с январем—октябрем 2020 года увеличились объемы выпуска в обрабатывающем (на 5,6%) и энергетическом (6,9%) производстве, а также в сфере водоснабжения и водоотведения, управлении отходами и ликвидации загрязнений (на 24%). В сырьевом секторе отмечено снижение на 6,3%: добыча нефти уменьшилась на 4,8%, других полезных ископаемых — на 7,9%.

Высокие темпы роста отмечены в производстве бумаги и картона (в 2,2 раза), мебели (на 67,7%), металлических изделий (на 35,9%). Увеличились объемы оказанных полиграфических услуг (на 45,7%) и обработка древесины (на 20,1%). Производство автотранспортных средств выросло на 24,5%, при этом автобусов стали выпускать в 7,6 раза больше, автобетоновозов — в 1,8 раза. Рост отмечен в изготовлении изделий из кожи, электротехнического оборудования и в металлургии.

В ряде отраслей индексы значительно снизились. Так, производство медицинских инструментов и оборудования упало в 3,4 раза, компьютеров и оптических изделий изготовили на 39,3% меньше. На 10,7% сократился выпуск летательных аппаратов. В текстильной отрасли индекс снизился на 5,2%, в основном — из-за падения производства нетканых материалов (на 23%) и стеганых одеял (в 3,8 раза).

По мнению директора фармдистрибьютора «Интер-С Групп» Настасьи Ивановой, в Башкирии причинами «незаурядного» роста выпуска лекарств стали завершение модернизации ряда производств, увеличение объема инвестиций и усиление темпов изготовления медикаментов на ведущих отраслевых предприятиях. Особенно показательным был рост в первом полугодии, в июле индекс промышленного производства в отрасли фармацевтики Башкирии составил 440% к аналогичному периоду прошлого года.

«Зафиксирован рост производства лекарств для лечения пищеварительного тракта, органов дыхательной и нервной систем, а также инфекционных заболеваний. Важную роль сыграли локализация и старт выпуска в Башкирии вакцин "Спутник V" и "Спутник Лайт". Увеличение темпов производства вакцин от коронавируса — вопрос государственной важности, напрямую связанный с осложнением эпидемиологической ситуации в стране. В целом, за последние два года фармрынок, обгоняя все прогнозы аналитиков, показывает небывало высокие темпы роста, и на это значительно влияет реакция потребителя на распространение короновируса», — прокомментировала она.

В целом, по данным Росстата, по стране в 2020 году производство медпродукции увеличилось на рекордные 23%. По итогам 2021 года эксперт ожидает сопоставимых показателей.

Директор по развитию RNC Pharma Николай Беспалов в разговоре с РБК Уфа сообщил, что в целом динамика по российскому фармацевтическому рынку достаточно высокая. В прошлом и текущем году производство лекарств развивалось за счет выпуска вакцин и препаратов, связанных с лечением коронавирусной инфекции или ее последствий.

«Вакцины в этом отношении имеют первоочередное значение — это достаточно приличные объемы и достаточно внушительные денежные средства. Но речь идет не только о них: есть антикоагулянты, которые активно применяются для лечения последствий коронавирусной инфекции, есть препараты, которые предотвращают возникновение более тяжелых побочных эффектов в виде цитокинового шторма и так далее. И, конечно в выигрыше те компании, которые смогли тем или иным образом воспользоваться ситуацией с коронавирусной инфекцией», — прокомментировал он.

Эксперт также отметил, что в прошлом году спрос на лекарства рос в основном в низком ценовом сегменте (на такие препараты, как парацетамол, спиртовые антисептики и т. д.), в 2021 году на рынке чаще стали закупаться достаточно дорогие лекарства, в том числе — за счет государственных средств.

Как сообщал РБК Уфа, в январе—сентябре индекс промпроизводства в республике показал рост и составил 104,5% по сравнению с аналогичным периодом 2020 года. Наибольшие темпы роста наблюдались в производстве бумаги и бумажных изделий, лекарственных средств, мебели, полиграфии и металлических изделий. Ранее глава региона Радий Хабиров отмечал, что из-за засухи в республике «ожидаемо проседает» сельское хозяйство — в этой сфере производство за январь—сентябрь упало на 14,1%.

ПРАЙМ: Эксперты объяснили, почему лекарства подорожают [ссылка]

Директор фармдистрибьютора "Интер-С Групп" Настасья Иванова

объяснила, что повышение цен на лекарства, составляющие основу ассортимента любой аптеки, связано с многими факторами: постоянным ростом себестоимости производства, нестабильным курсом рубля, тотальной зависимостью отечественного фармрынка от импорта.

При этом есть большой блок важнейших лекарственных препаратов, около 800 позиций, цены на которые фиксирует государство, и их рост можно назвать минимальным. Но производителям поставлять свою фармпродукцию по низким ценам невыгодно, и чтобы компенсировать потери, многие производители повышают стоимость других своих препаратов, тем самым усиливая «лекарственную» инфляцию.

Иванова отметила, что дальнейший рост цен на лекарства неминуем — он будет связан как с сезонным фактором, так и с окончанием партий, закупленных по старым ценам.

По ее мнению, для преодоления этого кризиса необходимо увеличивать государственное финансирование, в том числе организовать софинансирование государством закупки импортных субстанций. Также нужно вводить систему лекарственного страхования, что обеспечило бы получение гражданами даже дорогостоящих лекарств бесплатно или с большой скидкой, сказала она.

"Но глобально только стабилизация российской экономики может привести к стабилизации цен на лекарства", — подчеркнула эксперт.

Инфляция на фармацевтическом рынке находится на достаточно высоком уровне,

рассказал эксперт фармрынка, директор по развитию компании RNC Pharma Николай Беспалов.

По его словам, цены на препараты за последние два года росли темпами, опережающими инфляцию в целом по экономике. "Начиная с лета ситуация выправляется, но динамика здесь относительно скромная, к тому же осенью вслед за всплеском заболеваемости, очевидно, последует и рост цен", — отметил он.

Эксперт выделил несколько причин этого. Во-первых, цены на сырье в большинстве случаев фиксированы в валюте, и любая нестабильность на валютном рынке автоматически приводит к их повышению. Второе — это эпидемия коронавирусной инфекции, во время которой спрос на отдельные виды лекарств резко возрос, а вместе с ним — и их стоимость.

"Третье — наши внутрироссийские реалии, в частности, оказывает влияние введение маркировки на лекарства, расходы на которые производители неизбежно закладывают в стоимость", — заключил Беспалов.

Аргументы и факты: Как снизить цены на лекарства? [ссылка]

В аптеки уже страшно заходить. Цифры на ценниках — будто температура у тяжелобольного человека. Кто вылечит цены на лекарства?

По подсчётам аналитиков рынка, по итогам этого года лекарства подорожают как минимум на 8%, превысив официальную инфляцию. И это — во время пандемии, когда у значительной части людей ухудшилось материальное положение.

Настасья Иванова, директор фармдистрибьютора «Интер-С Групп»:

Повышение цен на лекарства, составляющие основу ассортимента любой аптеки, связано с множеством факторов: постоянным ростом себестоимости производства, нестабильным курсом рубля, тотальной зависимостью отечественного фармрынка от импорта.

Однако есть большой блок важнейших лекарственных препаратов (800 позиций), цены на которые фиксирует государство, и их рост можно назвать минимальным. Для граждан это благо, а вот производителям поставлять свою фармпродукцию по низким ценам невыгодно. Чтобы компенсировать потери, многие производители повышают стоимость других своих препаратов, тем самым усиливая «лекарственную» инфляцию. В результате в аптеках ежегодно уменьшается количество недорогих лекарств. Да и самим аптекам выгоднее продавать дорогие препараты. Но! Падение доходов населения и продолжающийся рост цен привели к тому, что в текущем году продажи в аптеках упали на 15%. Замкнутый круг: увеличение издержек и нестабильная экономика приводят к росту цен на лекарства, а потребители перестают их покупать. В итоге все участники рынка терпят убытки, государство недополучает налоги, а пациенты — необходимые медикаменты. Да и банкротство аптек за последний год участилось, особенно в удалённых населённых пунктах. А попытки выжить в условиях кризиса не всегда идут на пользу потребителю.
Есть примеры, когда аптечные сети заключают договоры с производителями, и более дешёвый препарат-конкурент «исчезает» с полки, а провизор настойчиво предлагает покупателю дорогой аналог.

К сожалению, дальнейший рост цен на лекарства неминуем, он будет связан как с сезонным фактором, так и с окончанием партий, закупленных по старым ценам. Для преодоления этого кризиса необходимо увеличивать государственное финансирование, в том числе организовать софинансирование государством закупки импортных субстанций. А также вводить систему лекарственного страхования, что обеспечило бы получение гражданами даже дорогостоящих лекарств бесплатно или с большой скидкой. Но глобально только стабилизация российской экономики может привести к стабилизации цен на лекарства.

Gazeta.Ru: Эксперты фармрынка усомнились в целесообразности переименования вакцины AstraZeneca [ссылка]
Источник: Gazeta.Ru

«Хуже не будет»: поможет ли AstraZeneca переименование вакцины

Вакцина против коронавируса англо-шведской фармкомпании AstraZeneca теперь будет называться Vaxzevria — переименование произошло на фоне сообщений об опасных осложнениях у людей, сделавших прививку. Однако эксперты фармрынка убеждены, что такая мера не поможет бренду вернуть общественное доверие.

Британско-шведская компания AstraZeneca, которая совместно с Оксфордским университетом разработала вакцину от коронавируса, изменила название препарата на Vaxzevria. Об этом говорится в пресс-релизе Шведского управления медицинских препаратов. Смена названия вакцины не несет каких-либо других изменений. При этом уточняется, что медикам необходимо знать о данном переименовании, поскольку упаковка и маркировка препарата могут отличаться от первоначальной.

Европейское агентство лекарственных средств (ЕМА) одобрило новое название вакцины 25 марта — после того, как рассмотрело заявку, поданную компанией AstraZeneca. «Vaxzevria — это вакцина для профилактики коронавирусной инфекции (COVID-19), вызываемой вирусом SARS-CoV-2, у людей в возрасте 18 лет и старше», — отмечается в сообщении ЕМА.

Переименование вакцины произошло на фоне скандала, разразившегося в Европе и других странах, использующих эту вакцину, когда стало известно о нескольких десятках случаев тромбоза и нарушения свертываемости крови у привитых. В том числе было зафиксировано несколько смертей. После того как ЕМА и ВОЗ, проведя проверку фактов, заявили, что риск от использования вакцины намного меньше приносимой ею пользы, большинство стран вакцинацию возобновили.

Однако некоторые государства — в частности Норвегия, Швеция, Финляндия и Исландия — не торопятся отменять мораторий. А в других государствах, например в Канаде, внесли в инструкцию по применению препарата предупреждение о риске осложнений — возникновении тромбоза. Там также решили не прививать им граждан старше 55 лет.

Эксперты фармрынка усомнились в целесообразности переименования вакцины AstraZeneca

Переименование вакцины компании AstraZeneca никак не изменит отношение людей к продукту, большинство вакцин ассоциируются именно с компаниями-производителями, отмечает эксперт фармацевтического рынка и директор по развитию компании RNC Pharma Николай Беспалов.

«Хотя кардинально ситуацию вокруг продукта это не улучшит, хуже уже точно не будет. Просто нужно понимать, что ребрендинга в данной ситуации будет недостаточно. Здесь нужно очень серьезно работать с имиджем препарата, а также каким-то образом убедить и профсообщество, и обывателей в том, что лекарство безопасно и эффективно», — рассуждает собеседник «Газеты.Ru».

С ним согласна эксперт фармрынка, директор фармдистрибьютора «Интер-С Групп» Настасья Иванова. «Негативный информационный фон вокруг препарата — не исключено, что искусственно подогреваемый — привел общественное мнение к отрицанию вакцины, — поясняет она «Газете.Ru» — И переименование препарата, проведенное в кратчайшие сроки, кардинально ситуацию вряд ли изменит. И обычные граждане, и правительства стран, которые принимают решения о закупке медпрепаратов, все равно узнают о переименовании вакцины с «сомнительной репутацией» и расценят это как уловку».

Беспалов вместе с тем не припоминает случаев, когда с помощью ребрендинга фарпроизводителям удавалось вернуть препарату доверие. Однако он добавляет, что бывали случаи, когда препарат, оказавшийся либо опасным, либо неэффективным в отношении одной проблематики, после стадии дополнительных клинических исследований перепозиционировал себя и под другим брендом возвращался на рынок.

Аргументы и факты: Почему в аптеках стало невозможно купить ртутные термометры? [ссылка]

Куда исчезли ртутные градусники?

«Основная причина исчезновения из продажи ртутных термометров – прекращение их производства. В 2014 году Россия присоединилась к международной конвенции о ртути, взяв на себя обязательства остановить производство, импорт или экспорт ртутных термометров с 2020 года, — объясняет директор фармдистрибьютора „Интер-С Групп“ Настасья Иванова. — С осени прошлого года производство ртутьсодержащей продукции в нашей стране было запрещено, аптеки и интернет-магазины распродавали остатки товара, а цена на такие термометры, с учетом пандемийной ситуации, повысилась в 10 раз. В 2021 году в аптеках можно будет купить лишь безртутные, электронные и инфракрасные термометры, стоимость которых всегда была на порядок выше «классических». Но, если в цене потребители, безусловно, проиграли, то в безопасности и экологичности, они выиграли. Как известно, при повреждении ртутного градусника всегда существовал риск отравления ртутными парами, в первую очередь, это было опасно для детей. Следовало как можно скорее собрать ртуть и провести демеркуризацию помещения при помощи марганцовки и хлора. Поскольку ртуть вредна и для окружающей среды, и для людей, этот процесс был небезопасен, он часто приводил к головным болям. Правила полного удаления ртути были настолько сложны, что многие люди обращались в специализированные компании».

Почему в аптеках стало невозможно купить ртутные термометры?

«После исчезновения с рынка ртутных градусников в продаже останется ещё три вида термометров, безвредных для человека. Безртутные градусники показывают точную температуру тела, они содержат нетоксичный сплав металлов на основе галлия. Единственный их недостаток – сложность при встряхивании, — уточняет редактор портала Pharm-MedExpert.Ru Иван Данилов. — К электронным термометрам не будет претензий, если купить известную торговую марку, а не дешёвый китайский градусник (солидный производитель гарантирует погрешность всего 0,1°С). Вытаскивать термометр рекомендуется не сразу после звукового сигнала, а через 2–3 мин. — тогда можно получить максимально верные данные. нфракрасные термометры, которыми на расстоянии измеряют температуру в торговых центрах и общественных учреждениях, также достаточно точны, однако их стоимость ещё более высока. Прекращение производства ртутных термометров – это важный момент программы безртутного здравоохранения, в равной мере такая же судьба ждет и ртутные тонометры для измерения артериального давления».

АИФ: Лечиться нечем. Почему в аптеках так и не купить некоторых лекарств? [ссылка]

Проблема с нехваткой лекарств в России существовала всегда. Но до последнего времени она касалась лишь некоторых категорий хронических больных и льготников в отдельных регионах. Например, когда диабетики не могли получить инсулин или онкобольные — дорогостоящие препараты. Однако с осени проблема приобрела чудовищный масштаб. Из аптек исчезли антибиотики, антикоагулянты и другие препараты. И решить вопрос пока власти не могут. В итоге сейчас, по данным Всероссийского союза пациентов, в России возник дефицит сразу 42 лекарств из группы жизненно важных и необходимых, необходимых для лечения хронических больных. Лекарства не могут получить больные муковисцидозом, рассеянным склерозом, раком и др. Виноват коронавирус? Скорее, неправильное лечение и назначение лекарств. Например, COVID-19 антибиотиками не лечится, бактериальные осложнения возникают крайне редко. Однако антибиотики теперь дефицит. Потому что их все равно выписывали всем подряд. «Моя подруга заболела ковид, и ей сразу назначили антибиотики, — рассказывает жительница одного из регионов Татьяна. — На вопрос, зачем именно антибиотики, ответили, что больше ничего нет. С трудом через знакомых удалось найти антикоагулянты, которые помогли». Как только какое-то из лекарств появлялось в рекомендациях Минздрава по лечению коронавируса, оно тут же пропало из аптек. Так, метилпреднизолон используется при лечении ревматологических заболеваний. Однако, по словам экспертов, проблемы в определении фактической потребности в лекарствах и их рациональном распределении между больными коронавирусной инфекцией и «обычными» пациентами — не единственная причина дефицита десятков лекарств.

ВОПРОС-ОТВЕТ

Как изменятся правила составления перечня жизненно важных лекарств?

«Среди них — недостаточное бюджетное финансирование, которое стало более заметным на фоне как увеличившихся затрат системы здравоохранения во время пандемии, так и в целом повышения цен на медикаменты, — считает эксперт фармрынка, директор фармдистрибьютора „Интер-С Групп“ Настасья Иванова. — А рост цен на все лекарства, а не только важнейшие, во многом связан с импортозависимостью отечественного фармрынка, падением курса рубля и повышением себестоимости производства лекарств. Есть проблемы и в системе медицинского снабжения, о чем говорил на пресс-конференции президент. Ситуацию усугубили сбои в системе маркировки лекарств. Внёс свою лепту и неоптимальный механизм формирования отпускных цен на важнейшие препараты, который приводит к тому, что предельно допустимые цены на медикаменты не меняются годами, и производителю становится невыгодно их выпускать или поставлять в нашу страну. Косвенная, но немаловажная причина дефицита — отсутствие выверенной системы оценки взаимозаменяемости препаратов. Все эти моменты влияют на качество лекарственного обеспечения в стране».

Отсюда понятно, как решать проблему. «Нужно нарастить объемы производства препаратов, — продолжает Настасья Иванова, — увеличить государственное финансирование, изменить методику расчёта максимальных цен для производителей жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов (ЖНВЛП). ФАС уже пересматривает в сторону увеличения предельные отпускные цены на некоторые жизненно важные препараты. Наконец, нужно отладить до конца систему маркировки лекарств».

https://aif.ru/health/life/lechitsya_nechem_pochemu_v_aptekah_tak_i_ne_kupit_nekotoryh_lekarstv

Ведомости: преимущества и недостатки вакцины Флю-М и Флю-М Тетра [ссылка]

Настасья Иванова, директор фармдистрибьютора «Интер-С Групп», комментарий для издания Ведомости:

На фоне пандемии короновируса тема вакцинации от гриппа приобретает особое значение. Спрос на вакцины, в первую очередь импортные, очень высокий: одновременное заражение гриппом и короновирусом может привести к сложнейшим последствиям. Люди по-прежнему разбиты на три лагеря: те, кто прививаться категорически не готовы, те, кто прививается исключительно импортными вакцинами, считая их более качественными и безопасными, и те, кто прививается российскими бесплатными вакцинами, не задумываясь и полагаясь на мнение врача. Флю-М в некоторой степени может объединить 2 и 3 группы потребителей, поскольку эта вакцина имеет достаточно безопасный состав (аналог французской Ваксигрип), является общедоступной (бесплатная прививка в поликлинике), да, и в целом, выбор вакцин в этом году гораздо меньший, чем обычно. Флю-М - это по-прежнему трехвалентная вакцина, содержащая расщеплённые штаммы вирусов гриппа А (H1N1), А (H3N2) и В, состав вакцины соответствует рекомендациям ВОЗ на текущий сезон. Среди преимуществ вакцины можно выделить: безопасный состав, доступность, отсутствие иммуномодуляторов (эффективность которых в вакцинах весьма сомнительна) и высокое содержание антигенов (15 мкг вместо «стандартных» для российских вакцин 5 мкг). Кроме того, по отзывам пациентов, прививка легко переносится организмом, имеет минимум побочных эффектов. Стоить отметить, что в состав вакцины входит Тритон Х-100 (Тиомерсал) - консервант на основе ртути. На сайте ВОЗ Тиомерсалу посвящен целый раздел, в котором дается четкий ответ о безопасности данного компонента и его поддержке дальнейшего использования в качестве консерванта для вакцин. Флю-М достаточно быстро вошла в тройку лидеров в сегменте госзакупок противогриппозных вакцин, однако уровень доверия к российским вакцинам у отечественных потребителей по-прежнему остается достаточно низким.  Люди, имеющие возможность заплатить за прививку, как правило, выбирают импортные вакцины. Во-первых, в обществе, в целом, культивируется мнение, что такие вакцины более безопасны и эффективны. Во-вторых, большинство импортных вакцин  являются четырёхвалентными и действительно защищают от большего количества вирусов. Перспективы выхода Флю-М на международный рынок можно оценить как неоднозначные. В развивающихся странах, государствах ближнего зарубежья шансов завоевать рынок у Флю-М больше, на Западе трехвалентная вакцина из России потребителя не заинтересует.

Шанс на спасение или маркетинговый ход: в аптеки поступило лекарство от коронавируса [ссылка]
Источник: СибДепо

Минимальная цена препарата 11 999 рублей. Корреспондент Сибдепо привлёк экспертов из Москвы, чтобы выяснить, что это за лекарство, помогает ли оно вылечить COVID-19? Какие у него есть побочные эффекты и кому нужно его принимать.

В аптеках Кузбасса появился препарат от коронавируса «Коронавир» с основным действующим веществом в составе – фавипиравиром. В одной упаковке 50 таблеток.
На момент публикации, согласно данным сервиса поиска лекарств 009.рф, «Коронавир» имеется в продаже в нескольких аптеках Кемерова и Новокузнецка, в одной или двух аптеках Белова, Междуреченска и Прокопьевска. В остальных городах доступна услуга заказа и доставки. Стоит этот препарат от 11 999 до 19 800 руб. Последняя цена — это заказ и доставка по городам России и СНГ.
Обзвонив ряд аптек, корреспондент Сибдепо, действительно, убедился, что препарат появился в продаже. В одних учреждениях его могут продать без рецепта. В других «желательно с рецептом», но под заказ и с обязательно предоплатой не менее 10 тысяч рублей.


Три российские компании воспроизвели разработку учёных из Японии

По словам руководителя пресс-службы Ассоциации российских фармацевтических производителей (АРФП) Валентины Пожарской, именно сейчас появилось огромное количество вопросов о первых зарегистрированных для розничной продажи лекарствах от новой коронавирусной инфекции, а также их высокой цене.
Официальный представитель АРФП пояснила, что пациенты, инфицированные SARS-CoV-2, получали и получают поддерживающую патогенетическую и симптоматическую терапию.

«Все используемые ранее лекарства для лечения COVID-19, это репозиционируемые препараты, то есть они были разработаны для других целей. Всех пациентов перед началом лечения об этом информировали и брали добровольное согласие, что их будут лечить препаратом офф-лейбл. В России лечение, включая лекарственное обеспечение, пациентов, заразившихся COVID-19, как амбулаторно, так и в стационаре проводится за счет средств бюджетов разных уровней, то есть бесплатно», — подчеркнула Валентина Пожарская.

 

Кроме того, в России действительно появились лекарства для лечения новой коронавирусной инфекции.

«Все зарегистрированные препараты произведены на основе действующего вещества фавипиравир. Это разработка японских учёных, которая вышла из-под патентной защиты. И теперь производить аналогичные лекарственные средства могут все желающие. В России три компании воспроизвели, провели все необходимые клинические исследования и зарегистрировали антиковидные препараты. В частности, член АРФП – компания «Р-Фарм»», — пояснила руководитель пресс-службы АРФП.

По словам Пожарской, фавипиравир стал первым препаратом для терапии коронавирусной инфекции в России, продающимся в аптеках и доступным широкому кругу амбулаторных пациентов. Основанием для одобрения послужили итоговые результаты клинического исследования III фазы, проведённого в популяции пациентов с COVID-19 лёгкого и среднетяжёлого течения, которые наблюдались в амбулаторном и госпитальном сегментах.

«Наша общая задача заключается в том, чтобы доказавший свою эффективность препарат был доступен для каждого нуждающегося в нём пациента вне зависимости от того, проходит ли он лечение в стационаре или изолирован дома», – цитирует слова председателя совета директоров «Р-Фарм» Алексея Репика пресс-служба АРФП.

Кроме того, производство нового лекарственного препарата и вывод его на рынок — длительный и дорогой процесс. Цена складывается из затрат на научные исследования, производство, клинические и доклинические исследования.
«Недавно вступили в силу изменения в правила формирования перечней: препараты, входящие во временные методические рекомендации «Профилактика, диагностика и лечение новой коронавирусной инфекции», утвержденные Минздравом, включаются в перечень ЖНВЛП вне очереди. Фавипиравир как раз в них входит, и соответственно, в ближайшее время будет включен в перечень. После этого на него будет автоматически сформирована реестровая цена, которая предварительно пройдет процедуру экономического анализа ФАС России», — передаёт слова генерального директора АРФП Виктора Дмитриева его пресс-служба.

Специалисты Ассоциации российских фармацевтических производителей пояснили, что люди могут следить за информацией о потенциально эффективных лекарствах. Но принимать их самостоятельно не рекомендуется. Лечение новой коронавирусной инфекции стоит в полной мере доверить врачам, поскольку только они видят полную картину заболевания и возможные противопоказания к применению отдельных препаратов.


При тяжёлых формах не эффективный, при беременности запрещённый

Однако директор фармдистрибьютора «Интер-С Групп» Настасья Иванова придерживается иного взгляда на проблему появления нового препарата. Уточним, что компания занимается поставками лекарственных препаратов известного производителя во все федеральные округа России.

По словам Настасьи Ивановой, фавипиравир – экспериментальный препарат, ранее некоторое время применявшийся для лечения различных РНК-вирусов: многих штаммов вирусов гриппа и лихорадок.

«Поскольку на текущий момент конкретного лекарства для лечения COVID-19 нет, в лабораториях по всему миру исследуют препараты, показавшие активность против вирусов разных типов. Среди наиболее обсуждаемых — ремдесивир и фавипиравир. Фавипиравир можно считать достаточно эффективным средством для лечения коронавируса, но только в том случае, если начать его применение в самом начале заболевания. Препарат убирает основные симптомы заболевания: быстро снижает температуру, облегчает приступы кашля, у пациентов наблюдается улучшение лёгочной функции, снижается вирусная нагрузка в тканях. Но в случаях, если заболевание протекает в состояниях средней тяжести и тяжёлой стадии или с осложнениями, эффективность применения препарата недостаточно доказана», — рассказала директор фармдистрибьютора «Интер-С Групп».

Настасья Иванова подчеркнула, что до сих пор нет полной информации и о побочных эффектах фавипиравира. Однако, ещё при применении препарата при лечении РНК-вирусов отмечалась его токсичность.

«Ряд специалистов отмечали возможное негативное влияние препарата на фертильность и нежелательность его использования во время беременности. По этой причине ряд стран отказались от применения препарата, в том числе США, где данный препарат был разработан, и Япония, где он был зарегистрирован. Главная проблема всех экспериментальных лекарств против коронавируса заключается в недостаточности клинических данных, которые говорили бы о гарантированной эффективности и безопасности препарата, и на данном этапе приходится делать выбор: спасение жизни человека или возможные побочные эффекты», — пояснила руководитель фармдистрибьютора «Интер-С Групп».

И подчеркнула, что препараты, в состав которых входит фавипиравир, можно будет получить только по выписанному врачом рецепту. Без рекомендации врача применять данные препараты, с учетом вышесказанного, опасно и недопустимо.
«В профилактике и терапии коронавируса применяются противовирусные и иммуномоделирующие средства, поскольку эти препараты активизируют иммунную систему организма. Однако, их применение может вызвать побочные эффекты, у многих лекарств есть противопоказания. Кроме того, бесконтрольное использование таких лекарств может привести к ухудшению здоровья», — сообщила Настасья Иванова.

«Сляпали на коленке»: с таким же успехом можно выпить витамин «С»

Елена Григоренко — эксперт Агентства экспертизы и аналитики фармрынка «Сигнум маркет аксесс» полагает, что противовирусные препараты малоэффективны.

«От вирусов только вакцины. Но здесь другой случай — японцы придумали фавипиравир как средство для гриппа, но не пустили его в широкое применение, поскольку обнаружили ряд побочных эффектов, которые более тяжёлые, чем сам вирус гриппа и стали дальше исследовать (не применять!) продукт.

Наши компании «сляпали на коленке», поскольку для ковид-препаратов Постановлением правительства 441 предусмотрена очень быстрая регистрация, данных мало, эффективность спорная. Производители понимают, что срок реализации у них очень короткий — пока идёт пандемия. После никому препарат будет не нужен, поэтому продвигают его изо всех сил и ценообразование высокое также этим оправдывают», — сообщила эксперт Агентства экспертизы и аналитики фармрынка «Сигнум маркет аксесс».

По словам Елены Григоренко, вся полнота ответственности лежит не на компаниях, а на регуляторе — МЗ РФ, раз они дают разрешение на регистрацию, значит им и отвечать за результат.
«На пациентов действует эффект плацебо – «препарат дорогой, новый, сейчас выпью и точно выздоровею», поэтому есть ощущение, что поможет, но с таким же успехом можно выпить витаминку «С» или «Д» от них хотя бы точно не станет хуже», — подчеркнула эксперт Агентства экспертизы и аналитики фармрынка «Сигнум маркет аксесс».

Инструкция: сколько? кому? а что после?
После общения с экспертами, корреспондент Сибдепо ознакомился с инструкцией по применению лекарственного препарата «Коронавир». Документ, заверенный печатью Минздрава России, имеется в распоряжении редакции.


Показания к применению:

Лечение новой коронавирусной инфекции (COVID-19).
Способ применения и дозы:

Внутрь, за 30 мин до еды.
Для лечения новой коронавирусной инфекции, вызванной вирусом SARS-CoV-2 (COVID-19), применяется следующий режим дозирования: по 1800 мг 2 раза в день в 1-й день терапии, далее по 800 мг 2 раза в день со 2-го по 10-й день терапии.
В упаковке содержится 50 таблеток, в каждой по 200,0 мг фавипиравира. Таким образом, на 10-дневный курс лечения понадобиться 72 таблетки.

Также в инструкции сообщается, что препарат следует применять с осторожностью при управлении транспортными средствами, а также при работе с механизмами.

С 13 марта и по 7 октября 2020 года в Кемеровской области зафиксировали 11 193 случаев заболевания коронавирусной инфекцией. 7 835 человек уже вылечились. 131 пациент скончался. Всего в регионе медицинскую помощь получают 3 277 пациентов с диагнозом COVID-19. В медицинских стационарах, в обсерваторах и на домашней 14-дневной изоляции находятся 2 388 человек.

Город N: Все аптеки подключились к системе маркировки, на очереди частные клиники [ссылка]
Источник: Город N

С 1 июля стала обязательной маркировка лекарств в системе «Честный знак». Все местные аптеки и дистрибьюторы уже подключились к системе, сейчас идет процесс подключения частных клиник и кабинетов. Введение системы маркировки, по замыслу властей, позволит защитить рынок от фальсификата и схем вторичного оборота лекарств.

По словам руководителя территориального органа Росздравнадзора по Ростовской области Татьяны Полинской, к системе «Честный знак» подключились все работающие фармкомпании в Ростовской области. На данный момент это 626 организаций (аптеки и дистрибьюторы). Сейчас идет процесс подключения к системе частных клиник и кабинетов.

Правительство дополнило лицензионные требования для медицинских и фармацевтических организаций новым пунктом — обязательная передача данных в систему мониторинга движения лекарственных препаратов. Соответственно, все организации, имеющие лицензию на фармацевтическую или медицинскую деятельность — от крупных аптечных сетей до частных медицинских кабинетов, — независимо от форм собственности должны подключиться к системе маркировки.

За несвоевременное внесение данных в систему мониторинга движения лекарственных препаратов для медицинского применения либо внесение в нее недостоверных данных предусмотрена административная ответственность по ст. 6.34 КоАП РФ, штрафные санкции для юрлиц до 100 тысяч рублей.

— Пока у нас в регионе не было случаев привлечения к административной ответственности, — говорит Татьяна Полинская.

По данным сайта «Честный знак», в России лекарственные препараты маркируют с 2017 года. Это происходило в рамках эксперимента, но с 1 июля маркировка стала обязательной. Для этого на каждую пачку препарата наносится штрих-код Data Matrix, который содержит основную информацию о товаре. Как пояснили N в региональном Росздравнадзоре, лекарства маркирует производитель. Промаркированные лекарства еще не дошли до аптек в Ростовской области. Лекарства, которые сейчас в обороте без маркировки, смогут продаваться до конца срока годности.

По замыслу, маркировка защитит рынок от фальсификата и сделает невозможной реализацию схем «повторного вброса» лекарств. Покупатели получат возможность самостоятельно проверять легальность препарата с помощью мобильного приложения на смартфоне. При сканировании кода на упаковке можно увидеть информацию о названии лекарства, производителе, комплектации упаковки, сроке годности, статусе кода и др.

Как пишет «РБК», доля контрафакта в аптечном ретейле относительно невелика и не превышает 0,1% рынка.

По словам директора фармдистрибьютора «Интер-С Групп» Настасьи Ивановой, проблема фальсификата и контрафакта на отечественном фармрынке продолжает оставаться актуальной, хотя ее масштаб в полной мере оценить трудно.

— Росздравнадзор говорит о мизерных показателях в тысячные доли процента, эксперты оценивают их долю на рынке в десятки раз больше, — комментирует она. — Конечно, фальсифицированные лекарственные средства на рынке присутствуют, и именно на борьбу с ними направлена маркировка медикаментов. С самого начала фармбизнес достаточно настороженно отнесся к самой идее введения маркировки. Отмечая ее бесспорную полезность, многие эксперты предупреждали о сложностях, связанных как с внедрением и финансированием этой инициативы, так и о возможном подорожании лекарств. Однако в целом можно признать эксперимент удачным. Пациент получил уверенность в том, что приобрел легальный, неконтрафактный препарат, а уверенность в этом вопросе является одним из важнейших факторов лечения. Это особенно важно в свете введения в России онлайн-торговли лекарствами.

Она добавляет, что помимо борьбы с контрафактом новая система направлена и на решение достаточно больного вопроса экономии бюджетных средств. Маркировка поставит крест на вторичном рынке лекарств: в последнее время нередки случаи, когда препараты для госпитальных нужд оказывались в свободной продаже в аптеках. Возможности заново продать медикаменты с маркировкой у недобросовестных продавцов не будет: маркировка поставит заслон перед нелегальными медикаментами, на рынке не останется места для торговых точек, в которых незаконно перепродают лекарства. При этом введение маркировки не оказывает непосредственное влияние на «вымывание» с рынка дешевых лекарств: этот процесс продолжается уже несколько лет и вызван другими причинами.

По словам Настасьи Ивановой, в целом участники рынка успели подготовиться к введению маркировки, даже несмотря на пандемию коронавируса. Тем не менее, как показывают первые две недели работы системы, локальные проблемы остаются.

— Государство идет навстречу: в виде исключения будут выдаваться временные разрешения на оборот лекарств без маркировки, а маркировку некоторых лекарств и медицинских изделий вообще разрешили продлить до октября без введения каких-либо административных санкций, — комментирует она. — Эти решения позволят избежать дефицита лекарств. Однако остаются и другие проблемы: не во всех аптеках до сих пор присутствует интернет, есть разовые жалобы на сбои в системе маркировки, которые не позволяют выдать льготный препарат, и т. д.

Аргументы и факты: Правда, что США скупили все лекарства от COVID-19? [ссылка]

СМи облетела сенсационная новость: США скупили почти весь мировой запас препарата для лечения COVID-19 «Ремдесивир». Россия же готовится экспортировать свою новинку — «авифавир».

«Ремдесивир» — экспериментальный противовирусный препарат, успешно применявшийся для лечения лихорадки Эбола, смертность от которой достигала 50%, — говорит директор фармдистрибьютора «Интер-С Групп» Настасья Иванова. — Поскольку конкретного лекарства для лечения COVID-19 нет, в лабораториях по всему миру исследуют препараты, ранее показавшие активность против вирусов разных типов. Данные по применению препарата в США, Китае, Чехии показывают: в течение первых суток у пациентов наблюдается улучшение лёгочной функции, снижается вирусная нагрузка в тканях, исчезают основные симптомы заболевания, побочные реакции, как правило, не наблюдаются. Клинические исследования препарата проводились в основном в группе пациентов с тяжёлой формой заболевания. Препарат снизил количество летальных исходов. В дополнение к внутривенному введению препарата производитель готовит исследования лекарства в более удобной форме вдыхаемого аэрозоля. Курс лечения — 5 дней, пациент получает 6 доз препарата. Цена одной ампулы — 390 долл., стоимость курса — 2340 долл. (почти 170 тыс. руб.). На рынке уже появился индийский дженерик «Ремдесивира», он в 5 раз дешевле американского оригинала. На самом деле в России «Ремдесивир» также можно купить в открытом доступе, в поисковых системах нетрудно найти несколько десятков подобных предложений.

Но, как всегда, есть одно но. «Ряд специалистов уже заявили, что применение препарата может потенциально вызывать развитие раковых опухолей, — отмечает редактор фармпортала Pharm-MedExpert.Ru Иван Данилов. — Препарат требует дальнейших исследований на значительно большем количестве пациентов».

Ещё одна новинка для лечения COVID-19 — российский «Авифавир» в виде таблеток, аналог японского противовирусного «Фавипиравира». По заявлениям разработчиков, благодаря препарату сроки лечения сокращаются вдвое. В конце мая он получил разрешение Минздрава и в июне начал поставляться в клиники. Эксперты уверены: применение не до конца исследованных препаратов оправданно только у пациентов в критическом состоянии. «По факту коронавирус оказался не так катастрофически опасен, — напоминает фармэксперт И. Данилов. — Заболевание затронуло не более 10–20% населения при истинной летальности в 0,64%, а активность COVID-19 начала снижаться».

https://aif.ru/health/coronavirus/pravda_chto_ssha_skupili_vse_lekarstva_ot_covid-19

The Insider: Минздрав одобрил третий препарат для лечения коронавируса [ссылка]
Источник: The Insider

The Insider: Минздрав одобрил третий препарат для лечения коронавируса

Минздрав России одобрил для лечения коронавируса третий препарат — «Коронавир». Об этом сообщает «Интерфакс» со ссылкой на госреестр лекарственных средств.

В оборот препарат должен поступить 1 января следующего года. У «Коронавира» то же действующее вещество, что и у других лекарств, одобренных Минздравом для лечения коронавируса, — «Фавипиравир».

Ранее для лечения коронавируса Минздрав одобрил «Авифавир» и «Арепливир».

Минздрав России зарегистрировал «Фавипиравир» в конце мая, отметив, что, по предварительной оценке, его эффективность составила «около 90%». Препарат разработан Российским фондом прямых инвестиций (РФПИ) и компанией «Химрар» из Химок на основе японского лекарства для лечения гриппа с таким же названием, «Фавипиравир», известного также под коммерческим брендом «Авиган».

Как заявил на встрече с президентом Владимиром Путиным глава РФПИ Кирилл Дмитриев, в России японский препарат «чуть-чуть модифицировали». "Фавипиравир" («Авиган») был зарегистрирован в Японии в 2014 году как средство от гриппа. Производитель — компания Fujifilm Toyama Chemical. Как пишет DW, сам процесс регистрации был трудным и занял три года, что было связано с одним из побочных действий — уродствами у новорожденных. Поэтому препарат противопоказан беременным и кормящим матерям. Такое же ограничение на применение действительно и для российских препаратов.

О препарате рассказала The Insider Настасья Иванова, директор фармдистрибьютора «Интер-С Групп»: «Фавипиравир – экспериментальный препарат, ранее некоторое время применявшийся для лечения различных РНК-вирусов: многих штаммов вирусов гриппа и лихорадок. Поскольку на текущий момент конкретного лекарства для лечения COVID-19 нет, в лабораториях по всему миру исследуют препараты, показавшие активность против вирусов разных типов. Среди наиболее обсуждаемых — ремдесивир и фавипиравир. Фавипиравир можно считать достаточно эффективным средством для лечения коронавируса, но только в том случае, если начать его применение в самом начале заболевания, препарат убирает основные симптомы заболевания: быстро снижает температуру, облегчает приступы кашля, у пациентов наблюдается улучшение легочной функции, снижается вирусная нагрузка в тканях. Но в случаях, если заболевание протекает в состояниях средней тяжести и тяжелой стадии или с осложнениями, эффективность применения препарата недостаточно доказана. До сих пор нет полной информации и о побочных эффектах фавипиравира, однако, еще при применении препарата при лечении РНК-вирусов отмечалась его «токсичность»: ряд специалистов отмечали возможное негативное влияние препарата на фертильность и нежелательность его использования вовремя беременности. По этой причине ряд стран отказались от применения препарата. Главная проблема всех экспериментальных лекарств против коронавируса заключается в недостаточности клинических данных, которые говорили бы о гарантированной эффективности и безопасности препарата, и на данном этапе приходится делать выбор: спасение жизни человека или возможные побочные эффекты».

Аргументы и факты: Почему цены на лекарства для жителей одной страны разные? [ссылка]

По результатам исследования цен на лекарства, самая низкая средняя стоимость аптечки – в Москве, самая высокая – в Петербурге. Есть различия и по видам препаратов. Так, анальгетики дешевле всего в Омске, а дороже – в Новосибирске. В Челябинске самые высокие цены на лекарства от простуды. Почему страна одна, болеют все одинаково, а цены на таблетки разные?

Комментарий эксперта, директора компании "Интер-С Групп" Настасьи Ивановой:

В советское время в аптеках разных городов стоимость лекарств была, как правило, одинаковой, а цены на медикаменты считались самыми низкими в Европе. Государство и сегодня регулирует цены на 700 важнейших лекарств, от парацетамола до инсулина. Стоимость любого из таких жизненно-необходимых препаратов складывается из цены производителя, которая устанавливается государством и одинакова во всех регионах, и региональных надбавок. Именно эти надбавки во многом формируют разные цены в разных городах на одинаковые медикаменты. Цена, казалось бы, одинаковых препаратов может разниться и в силу легальных причин: разные производители, фасовка, наличие скидочных программ, оригинальный препарат или копия и т.д. Если вы видите, что цена на лекарство завышена, нет смысла разбираться с работником аптеки – обращаться нужно в Росздравнадзор, ФАС. В каждой аптеке должен быть справочник, по которому можно проверить цены производителя на любой препарат из списка важнейших и максимальный уровень надбавки. Наценку на все другие лекарства каждая аптека  может устанавливать ту, какую считает нужной. Контрольные закупки в аптеках показывают, что ценовые максимумы на важнейшие лекарства часто не соблюдаются. В погоне за прибылью некоторые собственники аптек идут на прямое нарушение закона. Жестко ограничивая рост цен на такой социально-значимый товар, как лекарства, государство должно организовать и реально работающую систему пресечения правонарушений. Но, к сожалению, именно госконтроль за ростом  цен стал одной из причин «вымывания» с рынка большого количества недорогих, но эффективных отечественных лекарств в самой «социальной» ценовой категории - до 100 руб. Важным шагом помощи гражданам могла бы стать система всеобщего лекарственного страхования, что обеспечило бы получение пациентами даже дорогих лекарств бесплатно или со значительной скидкой. Однако эта программа до сих пор не готова.

АИФ, июнь 2020 г.

Коммерсант: Пандемию накроет Курганом. В Зауралье запустят производство препаратов для борьбы с новой инфекцией [ссылка]
Источник: Коммерсант

Курганское предприятие «Велфарм» планирует запустить новую линию по производству препаратов для борьбы с коронавирусом в рамках проекта «Противодействие эпидемическим заболеваниям».

Речь идет о рентгеноконтрастных средствах, необходимых для ранней диагностики заболеваний дыхательной системы. Линию запустят в течение трех-четырех месяцев. Также на заводе на 20–30% увеличат производство препаратов, применяемых для профилактики и лечения пациентов с COVID-19. Ожидается, что с реализацией проекта выручка завода вырастет до 2 млрд руб., налоговые платежи составят 100 млн руб. Эксперты считают, что увеличение производства этих препаратов и средств оправданно, но подчеркивают, что идеально работающей схемы лечения пациентов с коронавирусом до сих пор нет.

В Кургане ООО «Велфарм» планирует запустить новую линию по производству препаратов для борьбы с коронавирусом, а также увеличить выпуск ряда лекарств, которые применяются для профилактики и лечения инфекции. «Действующий производитель оперативно отреагировал на запрос рынка по производству определенной группы препаратов, направленных на борьбу с вирусом, его мутациями, а также с проявлениями в виде осложнений у больных. Разработан проект “Противодействие эпидемическим заболеваниям: выпуск противовирусных препаратов, расширение производства препаратов, купирующих симптомы, освоение производства рентгеноконтрастных препаратов диагностики заболеваний”. Ключевыми триггерами проекта, развития номенклатуры и производства являются: эффективная и быстрая диагностика, лечение симптомов, снижение фактора летальных исходов»,— сообщает департамент промышленности и транспорта Курганской области. Проект рассчитан на два года. Уже в течение трех-четырех месяцев на заводе планируется оборудовать новую линию по производству инъекционных препаратов диагностической группы — рентгеноконтрастных средств «Йоверсоль», «Йогексол», «Йопромид». Они необходимы для ранней и точной диагностики заболеваний дыхательной системы, применяются для улучшения визуализации внутренних органов и анатомических структур при проведении рентгеновской компьютерной томографии и рентгенографии.

Кроме того, в течение ближайших двух месяцев на заводе планируется увеличить на 20–30% объемы производства уже выпускаемых препаратов. Это лекарства максимально широкого спектра действия с концентрацией на лечении вирусных заболеваний и болезней дыхательных путей, препараты для профилактики — иммуномодуляторы, иммуностимулирующие препараты, а также против основных и наиболее часто встречающихся симптомов у пациентов с коронавирусом — анальгетики, муколитики, антибиотики, отхаркивающие, противовирусные и противомикробные. Два основных на сегодня, по данным департамента промышленности, лекарственных средства — «Моксифлоксацин» и «Азитромицин», находятся в приоритетном производстве на предприятии.

Представители департамента промышленности региона считают, что в целом проект способен оказать позитивное влияние на экономику Курганской области.

Ожидается, что выручка компании от продаж лекарств за два года реализации проекта достигнет 2 млрд руб., а налоговые платежи в региональный и федеральные бюджеты превысят 100 млн руб.

В ООО «Велфарм» не смогли предоставить оперативный комментарий по поводу объема инвестиций, необходимых на реализацию проекта: сотрудники, уполномоченные общаться со СМИ, работают удаленно и не отвечают на письменные запросы. Их телефоны в компании не дают.

Фармацевтический завод «Велфарм» был запущен в Кургане в 2016 году. Юридическое лицо зарегистрировано в Москве. Предприятие входит в состав Курганского медицинского кластера. Выпускает более 80 препаратов, в том числе, входящих в перечень жизненно-необходимых и важнейших лекарств. В 2019 году началось строительство корпуса по изготовлению активных фармацевтических субстанций. По данным Kartoteka.ru, 70% доли уставного капитала ООО «Велфарм» принадлежит Людмиле Щербаковой, еще 30%

компании Bright way, которой на 100% владеет также госпожа Щербакова. Согласно финансовой отчетности, в 2018 году чистая прибыль компании увеличилась почти на 18% до 32,1 млн руб., выручка от продажи — на 31% до 1,9 млрд руб., прибыль от продажи почти не изменилась и составила 111 млн руб.

«Увеличение производства данных препаратов, как рентгеноконтрастных, так и противовирусных, в текущей ситуации оправданно и будет востребовано. Тем не менее, на данный момент нет препаратов, которые смогли бы доказательно победить коронавирус. Пока речь идет о различных рекомендациях и схемах лечения со стороны Всемирной организации здравоохранения, Минздрава и специализированных учреждений. Такие препараты могут потенциально применяться для медикаментозной профилактики коронавируса, которая проводится в первые 48 часов после контакта с больным, или как часть комплексного лечения. Однако, вакцины или идеальной работающей схемы лечения пока не существует. Как правило, лечение заключается в поддерживающей терапии. Тот же “Моксифлоксацин”, как правило, используется при лечении тяжелых инфекций, антибиотик “Азитромицин” назначается для лечения бактериальных инфекций, и в чистом виде на коронавирус они воздействовать не могут”,— говорит директор фармдистрибьютора «Интер-С Групп» Настасья Иванова.

По мнению директора по развитию RNC Pharma Николая Беспалова, «Велфарм» пытается «попиариться» на теме коронавируса. «Сейчас эта тема используется самыми разными участниками рынка. Кто-то предполагает разработать вакцину, кто-то заявляет о разработке специфических препаратов. “Велфарм” вот подключился в отношении темы диагностики. Компьютерная томография сейчас является одним из основных средств диагностики тяжелых поражений легких, которые могут стать результатом заболевания коронавирусом. Начинания компании прекрасны, но глобально они ситуацию не изменят, и более того, большая часть заявленных препаратов появится на рынке уже после того, как ситуация с эпидемией будет разрешена. Так что в известном смысле это попытка пиара, возможно способ привлечения инвестиций»,— считает эксперт. По его данным, сегодня на российском рынке представлен пока только один аналог препарата с международным непатентованным наименованием (МНН) «Йоверсол», чуть больше аналогов по йопромиду, но больше всего у йогексола — представлено пять компаний, из которых две российских. «Общий объем продаж препаратов по трем МНН составляет в год порядка 4 млрд руб. в оптовых ценах, при этом за год рынок заметно вырос, примерно на 60% в натуральном выражении и на 20% в рублевом эквиваленте — проходит импортозамещение, а кроме того “Байер” скорректировал цены в сторону уменьшения»,— говорит господин Беспалов.

https://www.kommersant.ru/doc/4317928

Известия: Аптечный пунктик: в РФ могут возникнуть проблемы с производством лекарств [ссылка]
Источник: Известия

Остатков китайского фармсырья для некоторых препаратов хватит до апреля

Приостановка поставок китайского фармсырья в Россию может привести к проблемам с производством антибиотиков, жаропонижающих и даже препаратов из списка ЖНВЛП. Как сообщили «Известиям» в ТПП, запасов сырья для некоторых лекарств хватит до апреля. Если ситуация в Поднебесной не стабилизируется, это может привести к росту цен и даже исчезновению части препаратов, считают эксперты. Представители фарминдустрии говорят о необходимости поиска новых поставщиков, например, в Индии.

Китайская зависимость


В Россию в 2019 году ввезли 13,2 тыс. т китайского фармсырья для изготовления лекарств, что на 1,2 тыс. т больше по сравнению с предыдущим годом, посчитали аналитики RNS Pharma. Прошлогодний прирост ввезенных субстанций связан с тем, что в начале осени 2019 года отечественные производители создавали запасы в ожидании новой системы маркировки фармсырья, которая заработала с 1 января 2020 года.

Однако из-за эпидемии COVID-19 и связанными с ней карантинными мерами работа многих фармацевтических заводов КНР была приостановлена. По оценке RNS Pharma, только из провинции Хубей, где сложилась наиболее проблемная ситуация, ежегодно в Россию поставляется порядка 1,5 тыс. т сырья.

В РФ непосредственно в 2019 году в производстве лекарств использовалось 52% фармсубстанций из Китая, еще 26% приходится на Индию, уточнили в RNS Pharma. Но по факту значительный объем индийского сырья тоже зависит от КНР. Китай поставляет в Индию субстанции, а там зачастую просто переклеивают этикетки.

Запасов фармпрома, тех самых 1,2 тыс. т, по расчетам аналитиков, хватит примерно на пять недель.

— Простой китайских предприятий в пределах месяца, наверное, критичным не будет. Тем более что запасы активных фармацевтических ингредиентов есть не только у производителей, но и в товаропроводящей цепочке. Но если ситуация не изменится, то могут начаться серьезные проблемы, — заключили эксперты.

В компании DSM Group, также занимающейся аналитикой фармрынка, рассказали «Известиям», что за прошлый год в Россию поставили китайских субстанций на 23 млрд рублей. По сведениям аналитиков, наша страна получает из Китая 400 действующих веществ для изготовления препаратов.

В Минпромторге «Известиям» сообщили, что КНР является традиционным поставщиком фармацевтических субстанций для всего мира, в том числе и для России. В основном это сырье массового спроса, которое используют в воспроизведенных препаратах, например, антибиотиках.

Цена выросла более чем на треть


— Согласно анализу сегмента жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов (ЖНВЛП), ежегодно в России обращается около 6 800 препаратов. Более половины (55%) из них производят в России. При изготовлении 3 700 таких препаратов используют китайское сырье, причем лишь по пяти субстанциям КНР является единственным источником. В остальных случаях у производителей есть возможность использовать поставщиков из других стран, — заявили в ведомстве.

В Минпромторге также заметили, что зная об остановке предприятий в Китае на период лунного Нового года, российские производители ежегодно закупают впрок достаточный объем субстанций. Поэтому сегодня рисков с производством препаратов нет.

Цены вверх

На фоне сообщений о распространении коронавируса граждане раскупают средства защиты от пыли
Одних китайских субстанций из имеющихся запасов может хватить и на год, а дефицит других мы можем ощутить уже в начале апреля, заявил «Известиям» член комитета Торгово-промышленной палаты по предпринимательству в здравоохранении и медпромышленности, гендиректор Ассоциации российских фармпроизводителей Виктор Дмитриев.

— В России все производители в той или иной сфере зависимы от субстанций из Китая. На сегодняшний день поставки приостановлены по двум причинам: из-за закрытия основной массы предприятий в КНР и из-за ограничений на пересечение российских границ. Учитывая такой риск, прорабатываются меры для предотвращения дефицита. Решать проблему планируется либо поставками из других стран, либо увеличением производства субстанций внутри страны, — пояснил эксперт. — Из-за того, что Китай и Индия стали мировыми лидерами по производству лекарственного сырья, проблема возникнет не только у нас, но и в других странах, в том числе в США.

Инвестбанки, аналитики и регуляторы ухудшили оценки последствий от эпидемии коронавируса
Виктор Дмитриев отметил, что в России зарегистрировано порядка 16 тыс. наименований лекарств, и большую часть из них производят из китайского сырья. Говорить о том, что лекарства могут исчезнуть из продажи, пока рано. Но чем дольше в КНР длится кризис, тем риск развития такого сценария выше.

Остановка китайских заводов может привести и к росту цен на лекарства, считает гендиректор компании DSM Group Сергей Шуляк.

— Среди лекарств с использованием китайского сырья в лидерах — парацетамол, аскорбиновая кислота, анальгин и ибупрофен. Промышленность КНР уже начала восстанавливаться, есть вероятность, что мы не успеем потратить все запасы до возобновления поставок. Но если работа фармзаводов не возобновится в течение нескольких месяцев, начнутся проблемы, — сказал «Известиям» эксперт.

По его словам, если ситуация усугубится, то заказывать субстанции российские производители будут в Индии.

Сложившаяся ситуация с поставками фармсырья угрожает исчезновением из продажи препаратов категории ЖНВЛП, уверен редактор фармпортала Pharm-MedExpert.Ru Иван Данилов.

— Дефицит сырья, смена производителя субстанции, изменение логистики и, как результат, рост себестоимости приведут к ситуации, когда производители могут начать массово отказываться от производства ЖНВЛП себе в убыток. И такие препараты исчезнут с российского рынка, — заявил «Известиям» Иван Данилов.

Уменьшение поставок китайских субстанций подтвердила и директор фармдистрибьютора «Интер-С Групп» Настасья Иванова. По ее словам, в целом зависимость России от такого фармсырья превышает 50%, что можно оценить как глобальную.

— Безусловно, в такой сильно зарегулированной сфере как фарма быстро заменить китайские субстанции на индийские не удастся. Есть надежда, что эта ситуация подстегнет процесс роста локального производства фармсырья и усилит господдержку производства отечественных субстанций, — отметила эксперт.

Источник «Известий», знакомый с фармацевтическим рынком, пояснил, что, судя по прогнозам, цены на субстанции однозначно будут расти, потому что китайцам придется компенсировать понесенные потери. Кроме того, неизвестно, откроются ли все заводы и когда именно. Если поставщиков станет меньше, а потребность останется прежней, то это приведет к росту цен.

Коммерсант: Копия — это оригинал. Дорогие лекарства законодательно заменят дешевыми [ссылка]
Источник: Коммерсант

Госдума приняла в первом чтении законопроект о взаимозаменяемости лекарств. Этот документ предполагает внесение изменений в Федеральный закон «Об обращении лекарственных средств» (№61-ФЗ). По прогнозам депутатов, если законопроект будет принят, то к 2021 году около 70% иностранных лекарств в нашей стране будет заменено российскими аналогами. Однако врачи и экспертное сообщество отнеслись к такой инициативе настороженно.

Основные претензии экспертов таковы: закон может спровоцировать коррупцию, дешевле не всегда лучше, да и то, что будет дешевле, не факт.

Первый заместитель председателя комитета Госдумы по охране здоровья Федот Тумусов заявил Русфонду, что в законопроекте коррупциогенность сведена к минимуму:


— Законопроект уточняет понятия «взаимозаменяемый лекарственный препарат», «оригинальный лекарственный препарат», «воспроизведенный лекарственный препарат». Таким образом, человеческий фактор сводится к минимуму: все должно происходить автоматически. Кроме того, вся система станет прозрачней. Сейчас не существует установленного порядка взаимозаменяемости, поэтому, например, фармацевт сам определяет, может ли какое-то лекарство заменить оригинал, рекомендовать этот препарат или другой. Он заинтересован продавать лекарство, которое дороже стоит. Но это даже не коррупция, это просто бизнес.

— Взаимозаменяемость лекарств — сложный и неоднозначный вопрос,— отметила Настасья Иванова, директор фармдистрибьютора «Интер-С Групп».— Дискуссии на эту тему ведутся уже больше десяти лет. Взаимозаменяемость — это в первую очередь возможность замены оригинального, как правило, импортного препарата на его более дешевый российский аналог, а более низкая стоимость воспроизведенного препарата позволит обеспечить им большее число пациентов. Но это не всегда оптимально. К примеру, лечение более дорогим оригинальным препаратом нивалин в конечном итоге оказывается выгоднее, чем использование его дешевых аналогов, после приема которых пациенты страдают от побочных эффектов.

Законопроект также, по идее, должен создать дополнительные условия для поддержки отечественных фармпроизводителей, выпускающих дженерики (в России более 3/4 рынка приходится на долю воспроизведенных препаратов) и имеющих преимущество при участии в госзакупках. Однако совершенно неочевидно, что цены на лекарства на тендерах в этом случае снизятся.

— Дешевле не всегда лучше,— считает детский невролог Центра врожденной патологии клиники Глобал Медикал Систем (GMS Clinic, Москва) Мария Островская.— Довольно часто бывает, что меняем дорогой заграничный препарат на более дешевый российский аналог и состояние пациента ухудшается. Есть и второй вопрос, на который законодатели пока не дали ответа: будет ли при определении взаимозаменяемости учитываться форма выпуска препарата? Например, есть отечественные таблетки для взрослых, а сироп или суспензия для детей у нас не производится. Как быть тогда? Крошить таблетки, чтобы дать ребенку? Это не вариант, потому что в этом случае очень сложно соблюсти дозировку. Кроме того, таблетки обычно горькие, ребенка тошнит после их приема. А иногда ребенок в таком состоянии, что вообще не может глотать.

Островская уверена, что любые ограничения — это скорее плохо, чем хорошо, а у пациентов и врачей всегда должен быть выбор.

Второе чтение законопроекта состоится через месяц. Федот Тумусов пообещал, что депутаты учтут все поправки и замечания.

https://www.kommersant.ru/doc/4127884

Деловой Петербург: Фарма запрета. Как фармкомпании отстаивают свои патенты в суде [ссылка]
Правительство России ежегодно выделяет миллиарды рублей на закупку лекарств для лечения редких заболеваний. Рынок привлекает как отечественных, так и зарубежных производителей медицинских препаратов. Это приводит к высокой конкуренции и тихим фармацевтическим "войнам", проходящим преимущественно в залах судов. В одной из таких схваток удача оказалась на стороне петербургского "Биокада". Летом 2018–го фармкомпания "Биокад" Дмитрия Морозова (на фото справа) обратилась в Роспатент с возражениями против действия на территории России евразийского патента ЕА № 19998, принадлежащего израильской Yeda Research and development Co Ltd (Yeda) под руководством Каре Шульца (на фото слева). Патент использован при разработке лекарства от рассеянного склероза — "Копаксона", изготавливаемого ООО "Тева" (российская "дочка" израильской Teva Pharmaceutical Industries Ltd). В январе Роспатент согласился и прекратил действие патента №19998 в России (не прошел проверку на новизну — обязательное условие, суть сводится к режиму и дозировке приема лекарства). "Оспаривание евразийского патента влечет прекращение действия правовой охраны изобретения по такому патенту в нашей стране, и оно становится доступным для использования любыми лицами в России, если нет иных запатентованных решений", — поясняет юрист практики "Интеллектуальная собственность и информационные технологии" юркомпании "Борениус" Вера Зотова. Патентный поверенный кандидат фармацевтических наук Людмила Травушкина добавляет: ранее аналогичное решение поэтому же патенту было принято в США, а вот в Европе — другое: там, по словам эксперта, наоборот, отметили изобретательский уровень патента. Но в апреле этого года Yeda в Суде по интеллектуальным правам (СИП) оспорила решение уже Роспатента. С 2008 года в России действует федеральная программа "7 высокозатратных нозологий" (ВЗН). С этого года в нее дополнительно включено пять заболеваний. Согласно этой программе, государство за счет бюджетных средств обеспечивает дорогостоящими лекарствами больных — в том числе рассеянным склерозом. Как рассказала "ДП" патентный поверенный Людмила Травушкина, сегодня на российском рынке зарегистрировано пять препаратов с международным непатентованным названием (МНН) глатирамера ацетат. Они представляют собой заполненный раствором препарата шприц для подкожной инъекции для однократного применения с дозой препарата 20 мг или 40 мг. Так, ООО "Тева" зарегистрировало в марте 2010 года "Копаксон–Тева", а в сентябре 2015–го — "Копаксон", "Биокад" в октябре 2018 года — "Тимексон", "Р–Фарм" и "Ф–Синтез", в апреле 2016– го — "Глатират" и "Аксоглатиран ФС". Все препараты — полные аналоги (дженерики), то есть их лекарственная форма, терапевтическое действие и активное вещество одинаковы. По словам Людмилы Травушкиной, на практике дженерики могут не соответствовать качеству оригинального препарата, а их стоимость не всегда адекватна качеству. "Копаксон" и его аналоги входят в число препаратов–иммуномодуляторов, которые больные рассеянным склерозом должны принимать на протяжении длительного времени. Первым поставщиком на российский рынок глатирамера ацетата была компания "Тева", которая до 2016 года единолично удовлетворяла потребность Минздрава в этом лекарстве (контракты на сумму около 5 млрд рублей). Но уже в августе 2016 года аукцион на поставку глатирамера ацетата выиграла отечественная "Р–Фарм" на сумму почти 1 млрд рублей (834,5 млн).

Дешевые аналоги

Однако в последние годы экономия бюджетных средств становится определяющим фактором для выбора победителя тендера, а вопрос взаимозаменяемости оригинального препарата и его аналога уходит на второй план, говорит директор фармдистрибьютора "Интер–С Групп" Настасья Иванова. По ее оценке, государству выгодно, когда дорогостоящий импортный препарат заменяется дешевым отечественным дженериком. "Да и "Теве" после введения правила третьего лишнего (преференции российским производителям при госзакупках. — Ред.), при жестком надзоре со стороны антимонопольной службы, без собственного локализованного производства и при наличии трех российских дженериков выигрывать конкурсы стало сложнее", — отмечает эксперт. По оценке маркетингового агентства DSM Group, в 2018 году около 22 % средств госпрограммы приходится на закупки препаратов против рассеянного склероза. Таким образом, правительство РФ на одного заболевшего выделяет около 205 тыс. рублей в год. При этом объемы закупок государством глатирамера снизились почти втрое как в стоимостном выражении — с 3,49 млрд рублей в 2017–м до 1,06 млрд рублей в 2018–м, так и по количеству упаковок препарата — с 219,7 тыс. штук в 2017–м до 131,5 тыс. штук в 2018 году. "Копаксон" и "Тимексон" — прямые аналоги и по действующему веществу, и по форме выпуска. Оба выпускаются в дозировке 20 мг / мл и 40 мг / мл, добавляет директор по развитию аналитической компании RNC Pharma ("АРЭНС И Фарма") Николай Беспалов. По его оценке, за январь– август 2019 года доля "Тимексона" на общем рынке в упаковках составила 88,2 %, "Глатирата" — 10,4 %, "Копаксона" — 1,4 %. По данным открытых источников, на данный момент "Тимексон" при продаже в розницу стоит от 8 тыс. рублей за упаковку, "Глатират" — около 28 тыс., "Копаксон" — от 23 тыс. В августе этого года представители Yeda и "Биокад", который в данном деле фигурирует как третье лицо (самостоятельных требований не заявляет, но решение суда может задеть его права), просили о перерыве в процессе — в связи с переговорами о мирном урегулировании спора. СИП согласился, обязав "переговорщиков" предоставить ему до 30 сентября текст мирового соглашения. Антон Пчелкин, младший юрист практики интеллектуальной собственности и товарных знаков "Пепеляев Групп", говорит, что текст мирового соглашения публикуется судом. "Однако зачастую стороны представляют на утверждение суда текст мирового соглашения, содержащий лишь общие формулировки об урегулировании спора, не раскрывая при этом конкретные условия, на которых они договорились", — добавляет юрист. "Если компании договорятся и поделят рынок, то в соглашение могут включить технологические объяснения — например, "Биокад" будет производить препарат по собственной технологии, не пересекающейся с техническим регламентом компании Yeda, отраженным в описании изобретения", — предполагает Людмила Травушкина. Компании "Биокад" и "Тева" не ответили на запрос "Делового Петербурга".

Перспективы спора

По оценке опрошенных "ДП" юристов, практика по подобным спорам неоднородна: решение может быть принято в пользу как иностранной компании–правообладателя, так и российского игрока фармрынка. При этом, как говорит руководитель патентной практики PATENTUS Алексей Михайлов, СИП отменяет не больше 30 % решений Роспатента. "У Роспатента нет установки защищать компании, находящиеся в конкретной юрисдикции. Все зависит от фактических обстоятельств дела, от того, насколько тщательно был проведен патентный поиск — проверка новизны, насколько грамотно составлена формула изобретения, защищаемая патентом, и т. п.", — поясняет Ирина Косовская, заместитель руководителя практики интеллектуальной собственности / ТМТ АБ "Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры". Николай Медведев, старший юрист практики интеллектуальной собственности и товарных знаков "Пепеляев Групп", добавляет, что в последние годы увеличилось число оспариваний патентов, относящихся к лекарственным средствам. "Вместе с тем общее количество таких споров относительно невелико и составляет примерно 20–30 в год. Бoльшая часть из них — это споры между российскими и иностранными компаниями", — резюмирует эксперт.

В контексте

Российские фармкомпании проявили интерес к созданию дорогостоящих препаратов для лечения редких заболеваний после того, как государство стало закупать их в значительных объемах. Желая снизить расходы, власти хотят заменить импорт на "свое". Но лучше ли аналоги для пациентов? Новый препарат при выходе на рынок защищен авторским правом на определенный срок. Однажды этот срок закончится, и другие компании смогут выпускать дженерики с тем же составом в основе. Как правило, воспроизведенные препараты значительно дешевле оригинальных, потому что в их цену не включены необходимые разработки и испытания, которые могли длиться годами. При этом они могут быть менее эффективными и безопасными — например, вызывать больше побочных эффектов или действовать медленнее. Государство, разрабатывая программы по закупке лекарств за счет бюджета, вынуждено делать выбор: закупать оригинал, который из–за своей дороговизны достанется не всем (и может еще подорожать из–за непрогнозируемого ослабления рубля), либо охватить большее число пациентов, но лечить их аналогами и дженериками. Российские производители обратили внимание на рынок дорогостоящих препаратов после того, как в Кремле приняли многомиллиардные госпрограммы, такие как "7 (12) нозологий", по которой препараты закупают для страдающих редкими заболеваниями. Курс лечения может стоить до нескольких сотен тысяч рублей в год и длиться годами. Например, при рассеянном склерозе разрушается миелиновая оболочка ("изоляция" нервов), и последующие расстройства усугубляются с годами. По некоторым данным, им мог страдать советский писатель Николай Островский (автор романа "Как закалялась сталь"), который не дожил до 40 лет. Сейчас при лекарственной поддержке можно добиться более или менее стабильной ремиссии. Власти же заинтересованы в большем охвате помощью и в сокращении расходов государства — а значит, в производстве лекарств на территории России. Производителям дают понять, что дорогие препараты будут закупать в достаточно больших объемах. Однако пока что даже крупные игроки российского фармрынка не могут конкурировать с иностранными разработчиками. Захотят ли они делать значительные инвестиции в дорогостоящую разработку новых препаратов с нуля? Или работа со сложным продуктом будет им интересна только для продажи аналогов на рынке госзакупок? И насколько эффективны лекарства, если главный критерий их закупки — цена? Пациентам ведь нет дела до фармацевтических войн. Им нужно качественное лекарство, с минимумом побочных эффектов, по приемлемой цене. https://www.dp.ru/a/2019/09/25/Farma_zapreta
Важнейшие и жизненно необходимые: из российских аптек исчезают лекарства [ссылка]
Источник: miloserdie.ru
Почему государственное регулирование цен на лекарства из списка ЖНВЛП приводит к утечке лекарств из российского фармацевтического рынка Лекарства, которых нет В последние несколько лет эксперты не перестают говорить об исчезновении лекарств из российских аптек. Примерная цифра, которую называют, около 700 наименований, среди которых также и бренды лекарств из списка жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов (ЖНВЛП). – На сегодня у нас 700 лекарственных препаратов находятся в заявке на вывод с российского рынка. Из 15 000 хотят разом убрать 700. Это очень много! Это аномальная цифра. В частности, об этом нам заявили японские компании, – сообщал в интервью «Фонтанке» в июле этого года член думского комитета по охране здоровья Александр Петров. Чуть позже первый замруководителя фракции «Единая Россия» в Госдуме Андрей Исаев в интервью АГН «Москва» сообщил уже о 900 лекарственных средствах. Однако из-за того, что учет препаратов, исчезнувших с фармацевтического рынка, никто не ведет, эксперты затрудняются назвать все наименования. – У меня нет оснований не доверять этим данным, потому что и ранее, еще 1,5 года назад, директор департамента лекарственного обеспечения и регулирования обращения медицинских изделий Елена Максимкина говорила о 147 ушедших с рынка препаратах, и это было новым явлением для нас. Однако мы до сих пор не можем сказать, какие конкретно лекарства ушли с рынка – эта информация не конкретизирована и не обнародована. Мы можем назвать отдельные лекарства, которых нет, но далеко не все, – говорит Александр Саверский, президент общероссийской общественной организации «Лига защитников пациентов». Известно, что среди исчезнувших лекарств фигурирует «Преднизолон» (который, по заверениям представителей Минздрава, в аптеках есть, однако фактически его нет), некоторые препараты против ВИЧ, противостолбнячная сыворотка из крови человека, и другие. Почему же их нет? Причин, по которым в аптеках отсутствуют те или иные лекарства, множество. Но главная и самая важная заключается в том, что многие «пропавшие» препараты находятся в перечне ЖНВЛП, и цена на них регулируется государством. Максимальный уровень, на который можно поднять цену на такой препарат, равен официальному уровню инфляции (в 2019, по данным Минэкономразвития, он составляет от 5 до 5,5 %). Получается, производство препаратов становится экономически невыгодным для производителей, и лекарство снимается с производства (если оно находится в России), либо аптеки продают товарные остатки и больше не завозят препарат: работать себе в убыток не хочет никто. По словам Виктора Дмитриева, генерального директора Ассоциации Российских фармацевтических производителей (АРФП), первыми с рынка ушли дженерики, находящиеся в низком ценовом сегменте, и этот процесс продолжается. Фактически, сейчас дешевые лекарства находятся под угрозой тотального исчезновения – доля таких препаратов на фармацевтическом рынке России в июле 2019 года составила всего 4,4%, в то время как доля дорогостоящих препаратов составляет 44,4%. Такие данные приводятся в отчете маркетингового агентства DSM Group. – У любого препарата есть себестоимость, и она постоянно растет, потому что есть инфляция, все дорожает, а цены нам поднимать не дают. Такая политика привела к тому, что сорвались все госзакупки, которые проводились по препаратам против ВИЧ – из-за того, что начальная максимальная цена контракта, объявленная Минздравом, была на 80% ниже себестоимости. По разным группам препаратов разные ситуации, в среднем, разрыв этот составляет от 20 до 80%. Естественно, на эти торги никто не вышел, и работать по таким ценам никто не будет, – говорит Дмитриев. – Покидают рынок дешевые лекарства до 100-150 рублей. В этом году на совещании комиссии по формированию перечня ЖНВЛП многие производители попросили исключить их препараты из этого перечня, для них это единственная возможность остаться в продаже (известное средство от диареи, детские капли от аллергии, сыворотка противостолбнячная). Но Министерство здравоохранения проигнорировало, и препараты постепенно уходят из аптек, – говорит эксперт агентства экспертизы и аналитики фармрынка «Сигнум маркет аксесс» Елена Григоренко. При этом, по словам Григоренко, отсутствие лекарств уже ощущают как больницы, так льготники. Закономерным результатом искусственного занижения цен стало то, что в первой половине 2019 года была сорвана четверть госзакупок (60,8 тыс. тендеров). Причина проста: на 55,6 тыс. тендеров заявки так и не поступили. Настасья Иванова, директор фармдистрибьютора «Интер-С Групп», считает, что в ближайший год ожидается новая волна исчезновения препаратов с рынка, и связана она с грядущей перерегистрацией отпускных цен на ЖНВЛП. – Тем не менее, тотального дефицита лекарств в аптеках нет. На текущий момент годовой объем продаж таких лекарств составляет рекордные 700 млрд руб., это почти половина отечественного фармрынка. На фоне роста цен на лекарства, не входящих в список ЖНВЛП (многие производители компенсируют убытки по ЖНВЛП повышением стоимости других препаратов), будет происходить дальнейшее сокращение поставок импортных ЖНВЛП. Аптечные сети поддержат этот процесс: аптекам выгодно продавать дорогие препараты. Формула проста: чем меньше в ассортименте ЖНВЛП, тем меньше у аптеки убытки, – полагает Иванова. Вернутся ли лекарства в аптеки? Вероятность того, что часть препаратов еще вернется на прилавки аптек, все же существует, при условии, что препарат не придется регистрировать вновь, поскольку такая процедура занимает длительное время и очень затратна. Однако она больше теоретического свойства, чем практического: здесь требуется кардинальный пересмотр подхода к утверждению цен на препараты из списка ЖНВЛП. Иначе получается, как в известной ленинской формуле, когда верхи не могут (изменить принципы и подходы), а низы не хотят (работать себе в убыток). – Компания будет смотреть, в частности, и на перспективу дальнейшего пребывания препарата на рынке. Однако с нынешней ценовой политикой все наши планы летят. У нас был достаточно яркий пример, когда ушел с полок «Мезатон», который должен быть в аптечке скорой помощи. Были долгие переговоры с производителем, и в итоге ему разрешили повысить цену, после чего он возобновил производство. Если по каждому препарату проводить такие переговоры, отпускать цены, то перспектива возвращения будет гораздо выше. Однако в нынешней нормативно-правовой базе эта перспектива достаточно туманная, – говорит Виктор Дмитриев. – Есть мнение, что отзыв препаратов – это нормальное явление, потому что дженериков появилось много, и импортные производители уводят те лекарства, которые в России уже не будут котироваться. Я не верю в эту историю на 100%, хотя какая-то доля правды в этом есть. Люди не получают именно те лекарства, которые необходимы, и все, что происходит, в любом случае указывает на ошибки системы, которые нужно менять. Однако пока мы не получим точную информацию о том, какие именно препараты отзываются, мы можем бесконечно спекулировать на этой теме, – говорит Александр Саверский. https://www.miloserdie.ru/article/vazhnejshie-i-zhiznenno-neobhodimye-iz-rossijskih-aptek-ischezayut-lekarstva/
Московские аптеки, тема номера: "Компенсировать разницу" будут аптеки? Мнение специалиста. [ссылка]

Иванова Настасья

Директор ООО "Интер–С Групп" С точки зрения государства, ожидаемое снижение цен на препараты перечня ЖНВЛП — позитивный фактор: траты бюджета уменьшатся, а объем закупаемых для больниц лекарственных препаратов увеличится (сегодня более 80% реализации ЖНВЛП приходится на государственный сегмент фармрынка). Это главная причина, почему регулятор занялся жестким контролем ценообразования препаратов перечня. Пациент тоже в выигрыше — пусть не глобально, но некоторое понижение цен на ряд препаратов ЖНВЛП он ощутить может. На производителях же нововведения скажутся негативно: их прибыльность пойдет вниз, что приведет к падению инвестиций на развитие и исследования. Дистрибуторы и аптеки тоже окажутся в минусе. Представители аптечных сетей не исключают, что компенсировать разницу при уменьшении цен на важнейшие лекарства придется именно аптекам. Формула проста: чем больше в ассортименте ЖНВЛП, тем больше у аптеки убытки. Неудивительно, что в последнее время принципы ценообразования в аптеке изменились, и на первое место вышел принцип сохранения покупателя, а не повышения доходности. Результатом перерегистрации станет уменьшение прибыли всех участников: производителя, дистрибутора и аптеки. При этом снижение рентабельности аптечного бизнеса будет подталкивать аптечные сети к консолидации. Все это происходит на фоне повышения издержек (опять же у всех участников): увеличивается стоимость логистики, электричества, произошло повышение НДС, курс валюты по-прежнему нестабилен. Колебания цен в стране производителя или странах, в которых зарегистрированы препараты или в которые они поставляются, неизбежны. А значит и снижение цен на ЖНВЛП нужно будет проводить несколько раз. На наш взгляд, экономическая целесообразность повторных перерегистраций цен в течение года не является очевидной, а риск снижения доступности ЛП существенен. При этом перерегистрация — затратный и длительный процесс. Все дополнительные издержки будут компенсированы за счет увеличения цен на препараты, не входящие в список важнейших. Хотя и здесь запас прочности на исходе: конкуренция между брендами препаратов-аналогов максимальная, покупатель–пациент становится более образованным. Для сравнения цен он использует интернет-ресурсы, а провизора просит представить дешевые аналоги. В течение последних лет мы видим, как исчезают с рынка разные бренды важнейших лекарств: когда производителю становится невыгодно продавать по предложенной цене, он прекращает поставки. Нулевая или отрицательная рентабельность производства приводит к исчезновению препарата с рынка, и этот момент будет неизбежным спутником процесса перерегистрации. Например, рентабельность производства орфанных лекарств из списка ЖНВЛП сегодня сводится к нулю. С похожей ситуацией рынок сталкивался в 2015–2016 гг., тогда тоже произошла значительная дефектура ряда жизненно важных препаратов. В некоторых случаях на место исчезнувших импортных лекарств встали отечественные по цене... выше выбывших (даже с учетом потенциального повышения, если бы это было разрешено). У компании Sopharma, официальным дистрибутором которой является "Интер–С Групп", из пяти жизненно важных препаратов остались только два. Но и от этих двух производителю, в случае дальнейшего увеличения курса евро, придется отказаться из-за их нерентабельности. Таких примеров немало. И появятся новые: уже к началу 2020 г. будет заметно, как сократится объем рынка ЖНВЛП после частичной перерегистрации цен в сторону понижения. На текущий момент годовой объем продаж составляет рекордные 700 млрд руб. при доле рынка в 49% — почти половина отечественного фармрынка. Но уже сейчас можно констатировать: на фоне неизбежного роста цен на лекарства будет происходить снижение цен на ЖНВЛП и сокращение поставок импортных препаратов. Обеспечить доступность лекарственных средств для населения, не делая убыточными компании в товаропроводящей цепочке, можно было бы с помощью лекарственного страхования, но пока в России не созданы условия для его успешной реализации.
Осенний ценопад. Чего ждать от перерегистрации цен на лекарства из перечня ЖНВЛП [ссылка]
"Отпраздновать" круглую дату, правда, решено своеобразно: именно в 2019–м стартует самый масштабный пересмотр цен на препараты, включенные в перечень...
Федеральный закон от 06.06.19 №134–ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "Об обращении лекарственных средств" в части государственного регулирования цен на лекарственные препараты, включенные в перечень жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов", вступивший в силу 7 июня 2019 г., не стал для фармацевтического сообщества неожиданностью. Еще в январе ряд производителей предупреждал: посмотрите на сроки чтений документа в Государственной Думе! Уже сейчас можно сказать, что законопроекту дан "зеленый свет". Действительность подтвердила эти прогнозы. Впрочем, были ли они первыми? Наиболее осмотрительные задумывались еще в те дни, когда увидел свет проект новой методики ценообразования. ЧТО АКТ ИЮНЬСКИЙ ВСЕМ ГОТОВИТ? Обязательная перерегистрация предельных отпускных цен в 2019–2020 гг. — лишь часть правовых изъявлений закона №134-ФЗ. Этот законодательный акт вносит и другие корректировки. Наиболее серьезным изменениям подверглась ст. 61 ФЗ-61. Теперь она устанавливает для держателей регистрационных удостоверений обязанность обратиться с заявлением о перерегистрации цены в сторону снижения всякий раз, когда:
  • лекарство подешевело (в инвалюте) в стране производителя (или в любой другой из референтных стран);
  • стала ниже цена референтного препарата, если речь идет о дженерике и биоаналоге. Для дженериков и биоаналогов есть еще два любопытных положения закона (ФЗ-61, ст. 61, п. 4, пп. 3–4).
И, как заметила начальник отдела регулирования цен на лекарственные препараты Управления контроля социальной сферы и торговли ФАС России Дарья Старых: "Если говорить о планирующемся пересмотре цен — здесь следует отметить, что владелец регистрационного удостоверения референтного лекарственного препарата самостоятельно приводит зарегистрированную предельную отпускную цену в соответствие с ценой, рассчитанной в установленном порядке. А при пересмотре предельной отпускной цены на препараты воспроизведенные — напротив, не потребуется представление заявления держателя регистрационного удостоверения". Таким образом, для дженерических препаратов сам процесс перерегистрации будет более простым. По самой процедуре пока остается ряд неясностей. Например, еще не известен тот самый "час Х", с которого (согласно июньскому закону) фармпроизводителям будет запрещена реализация препаратов с неперерегистрированными ценами. Разрабатывается порядок перерегистрации цен (как и порядок вступления в силу приказа уполномоченного органа о перерегистрации). В ОЖИДАНИИ "ВРЕМЕНИ Х" Итак, принцип понятен, детали — в процессе разработки. Но, как заметил директор по развитию RNC Pharma Николай Беспалов: "Несмотря на то, что процесс активной перерегистрации цен еще не стартовал, мы уже наблюдаем его последствия". В прошлом и позапрошлом годах на одно международное непатентованное наименование приходилось 6,9 SKU. За I полугодие года 2019–го цифра уже иная — 6,4 SKU. Конечно, изменение в 0,5 наименования может вызвать у неспециалиста улыбку. Но оно означает — в некоторых фармгруппах начали исчезать препараты. Аптечная дефектура — наиболее очевидное последствие еще только начинающегося пересмотра цен. Конечно, в текущих условиях либерализация ценообразования выглядит утопично, замечает Александр Кузин, генеральный директор компании "НоваМедика". Однако возможны такие меры государственной поддержки, при которых производство лекарств станет выгодным, несмотря даже на достаточно жесткое ценорегулирование. Без поддержки же изменения в регулировании цен приведут к ряду побочных эффектов. Некоторые из них, пусть и незаметны на первый взгляд, не менее опасны, чем дефицит лекарств, и способны его усугубить.

РАЗВИТИЕ ФАРМПРОМА СТАНЕТ НЕРЕНТАБЕЛЬНЫМ?

Первый из таких "неявных" эффектов — проблемы экспорта. "При организации экспорта покупатели обязательно смотрят на цену лекарства в стране–производителе и не настроены покупать по более высокой цене, — объясняет Лилия Титова, исполнительный директор СПФО. — В случае, когда лекарственный препарат выпускается на пределе рентабельности, экспорт становится невыгодным для отечественного фармпредприятия. Хотя потенциал для сбыта может быть весьма большим". В этом году юбилей не только у регулирования цен, но и у программы "Фарма–2020". Результаты ее действительно впечатляют, но проблемы рентабельности все равно ощутимо бьют по отечественным производителям. Вспомним 2015 г., когда из обращения исчез даже анаприлин. А региональные минздравы и врачи — главные специалисты регионов — писали письма на предприятия с просьбой вернуть ряд препаратов, как оказалось, имевших меньшие побочные эффекты, чем зарубежные аналоги. Заметьте — ни новой методики регулирования цен, ни обязательной перерегистрации с курсом на снижение тогда еще не было. Но вот подорожали субстанции, и рентабельность, близкая к нулю, становится минусовой. А сейчас уже не за горами "Фарма–2030", одним из главных направлений в стратегии развития на будущее десятилетие должен стать экспорт. Однако принцип "самой низкой цены" рискует привести ровно к тому результату, о котором говорит Лилия Титова. Ведь, к сожалению или к счастью, в бизнесе — даже международном — работают все те же законы человеческой психологии. А один из самых известных можно сформулировать примерно так: «Низко цените себя? Тогда вам постараются не переплатить и копейку». Даже если посчитать такой вариант экспорта стартовым, на следующую ступень — с уже более достойными условиями — отечественной фарме придется подниматься очень долго. Да и способствует ли работа на пределе рентабельности появлению новых ресурсов? В этом смысле предприятие похоже на человеческий организм — чем дольше трудишься на износ, тем больше неприятных последствий.

ЖНВЛП = НЕОПРЕДЕЛЕННОСТЬ?

Когда нагрузки чрезмерны, рано или поздно организм перестает их выдерживать. Выгорание наступает быстрее, если обозримое будущее, в котором должен наступить результат, не вполне известно, а вероятность результата не совсем определена... Подобное ощущение неопределенности и перегрузок, пожалуй, испытывал каждый из производителей ЖНВЛП. Это второй побочный эффект изменений в ценообразовании, т.е. если когда–то фармацевтические компании стремились войти в главный лекарственный список, то теперь мечтают сделать обратное — выйти из него. Только в I полугодии 2019 г. не состоялось 25% тендеров на лекарственные препараты, обращает внимание Александр Семенов, президент АО "Активный компонент". В чем же причины? Все в том же принципе самой низкой цены. "До 2019 года по итогам проведенного ФАС мониторинга цен выбиралось средневзвешенное значение. Теперь же за базовое значение берется самая низкая цена из обнаруженных в 30 референтных странах. И именно она заявляется как стартовая. Дальше цена может быть только ниже, — объясняет Александр Семенов. — Такой подход лишает смысла участие фармацевтических предприятий в тендере. К тому же, цены на субстанции во всем мире растут в долларах. Представьте себе положение производителя лекарств: с одной стороны, растет цена АФИ в долларах, т.е. себестоимость производства, с другой — он обязан реализовать препараты по самой низкой цене в списке референтных стран". Кто–то выходит за пределы перечня, кто–то прекращает поставки. И, что самое важное — производители лекарственных препаратов с трудом отвечают на вопрос: чем полезно нахождение их препарата в статусе ЖНВЛП.

ЖИЗНЕННО ВАЖНЫЕ — ПЕРВЫЙ ШАГ К ЛЕКВОЗМЕЩЕНИЮ?

Роль главного лекарственного перечня, к счастью, многим понятна. Однако неясен ряд принципов его формирования. Как верно заметил Андрей Колесников, старший директор по взаимодействию с государственными органами и обеспечению доступа на рынки России и Евразии компании Teva: "Попадание препарата в систему государственного обеспечения означает более широкую доступность лекарственной терапии для пациентов: продление или спасение человеческих жизней. При этом компания фиксирует свою отпускную цену, делая стоимость понятной и предсказуемой для процесса государственного планирования и обеспечения. В то же время перечень содержит ОТС–препараты, которые обращаются преимущественно в розничном канале: их покупает за собственные деньги сам пациент. Имеет ли смысл этим лекарственным средствам находиться в ограничительном перечне? Нет. Также есть рецептурные препараты, имеющие минимальную долю в сегменте государственных закупок, — они тоже в основном приобретаются за счет личных средств граждан. Это чаще всего старые молекулы, у которых много генериков. В этом случае все, что дает перечень, — это искусственный, очень жесткий контроль цены". В системе государственного обеспечения у лекарства действительно больше шансов попасть в руки пациента. Однако доля такого обеспечения на отечественном лекарственном рынке весьма мала. Госпитальный и льготный сегменты — и то при условии, что препарат оказался вовремя в необходимом месте. И для его получения не пришлось обращаться в Росздравнадзор или в суд... Кстати, именно лекарственное страхование могло бы стать одним из эффективных методов повышения доступности лекарства и при этом не навредить аптеке и производителю, обращает внимание Маргарита Шилова, руководитель учебного центра ООО ФЦ "Знание", ассистент кафедры УЭФ, медицинского и фармацевтического товароведения НГМУ. А с точки зрения Александра Кузина, лекарственное страхование сейчас — единственный выход. МЕЖДУ ГОССЕГМЕНТОМ И РЫНКОМ У многих ЖНВЛП — двойственное, если не сказать, двусмысленное положение. Очень это похоже на положение сегодняшней аптеки: для контроля и надзора она в социальной сфере, а для того, чтобы выжить и продолжить работу, — в области торговли. Препарат вроде бы в сфере госрегулирования, и в то же время он продолжает находиться на рынке. И раз за разом становится объектом рекламы и маркетинга. А также внушительной расходной статьей в семейном бюджете гражданина. Рациональное ценообразование плюс лекарственное страхование — вот условия, в которых отношение к перечню ЖНВЛП с большой долей вероятности изменится. НЕ "ЖИЗНЕННО ВАЖНЫЕ" МОГУТ НЕ ПОМОЧЬ Компенсировать убытки будут за счет остальных лекарственных препаратов — не получивших статус жизненно важных. В этом уверены, кажется, все. Однако насколько реалистичны будут попытки восстановить рентабельность таким образом? "Запас прочности на исходе: конкуренция между брендами препаратов–аналогов максимальная, покупатель-пациент становится более образованным, — констатирует Настасья Иванова, директор дистрибуторской компании "Интер–С Групп". — Для сравнения цен он использует интернет–ресурсы, а провизора просит представить дешевые аналоги". Иными словами, компенсаторное повышение цен на препараты вне перечня ЖНВЛП может оказаться напрасным. Подорожание еще не означает повышения спроса. И хорошо, если пациент не пойдет искать свое лекарство по вчерашней цене в полулегальном интернет–магазине. Или в организации, лишь отдаленно напоминающей аптечную.

ДЕФЕКТУРА–2015. УСИЛЕННЫЙ ВАРИАНТ

И подорожание в аптеке обещает быть. В первую очередь, за счет вполне прогнозируемого "вымывания" ряда лекарственных препаратов и замены их более дорогостоящими аналогами на полках. "Не стоит питать иллюзий: средние цены на рынке не уменьшатся. Скорее всего, они, наоборот, вырастут. Просто по той причине, что с рынка уйдет значительное количество игроков среднего и нижнего ценового сегмента, — предупреждает Николай Беспалов. — А кто останется? Останутся крупные производители со значительной долей маркетинговых затрат в стоимости препаратов". Усилить этот эффект может и сегодняшний вариант предложения установить фиксированную наценку (независимо от цены препарата). "Необходимо просчитать последствия каждого шага для того, чтобы вернуть производителю интерес к его деятельности, — прокомментировал член Комитета по охране здоровья Госдумы Валерий Елыкомов. — Но нельзя сбрасывать со счетов и то, как население отреагирует на такое увеличение цены на "копеечные" препараты". Экономическая ситуация серьезна, и многие пациенты попросту не смогут приобрести необходимое лекарство. Вторым же "мотиватором роста" цен в аптеке рискует стать... обязательная маркировка, которая "сама по себе ведет к удорожанию лекарственных препаратов", обращает внимание Ирина Редзюк, вице–президент по регуляторным вопросам и новым разработкам компании "Акрихин". А уж вместе с обязательным снижением цен... Словом, аптечная дефектура 2015–2016 гг. рискует оказаться не такой уж и сильной в сравнении с 2019–м.

ПЛЮС МДЛП, МИНУС ЕНВД

Мониторинг движения лекарственных препаратов — иначе маркировка — повлияет на аптечные цены пусть и косвенно. Виктория Преснякова, исполнительный директор СРО АСНА, предлагает внимательно изучить проект поправок в Налоговый кодекс, уже принятый в первом чтении 10 июля. Суть его состоит в том, что налогоплательщики, ведущие розничную торговлю (а к таковым по букве закона относятся и аптеки), потеряют свое право на ЕНВД и патентную систему налогообложения, как только начнут работать с продукцией, подлежащей обязательной маркировке. Такой продукцией с 1 января 2020 г. станут и лекарства. Если вспомнить о доле аптек единичных, а также локальных сетей (16 и 46% аптечных организаций соответственно по всей стране — данные AlphaRM), то станет ясно, в какой степени упадет доступность фармацевтической помощи, которую, как часть медицинской, никто не отменял. НОВЫЕ ЦЕНЫ ПЕРЕЖИВУТ НЕ ВСЕ "Представители аптечных сетей не исключают, что компенсировать разницу при уменьшении цен на важнейшие лекарства придется именно аптекам, — делает прогноз Настасья Иванова. — Формула проста: чем больше в ассортименте ЖНВЛП, тем больше у аптеки убытки. Неудивительно, что в последнее время принципы ценообразования в аптеке изменились и на первое место вышел принцип сохранения покупателя, а не повышения доходности. Результатом перерегистрации станет уменьшение прибыли всех участников: производителя, дистрибутора и аптеки. При этом снижение рентабельности аптечного бизнеса будет подталкивать аптечные сети к консолидации". То есть к новым слияниям и поглощениям. И, как замечает Лилия Титова, процесс затронет и дистрибуторов. Уйдут те участники оптово–розничного звена, которые и сегодня работают на пределе своих возможностей. КТО В ОТВЕТЕ ЗА ДЕФЕКТУРУ? Главный побочный эффект изменений в регистрации цен — собственно "вымывание" препаратов. Точных оценок эксперты не дают, но масштабы грядущих перемен вполне понятны. А ряд крупных зарубежных производителей, всегда охотно дающих комментарии фармацевтическим изданиям, в последние дни подготовки Темы номера сообщили, что на этот раз ответить не смогут... Однако вопрос ценообразования касается, пожалуй, каждого фармпредприятия. Значит, стоит предположить: в ближайшее время фармацевтические гиганты последуют примеру "Такеды" и "Сервье" и просто–напросто прекратят поставки ряда наименований, ставших нерентабельными. Действующее законодательство позволяет это: ответственности за дефектуру нет даже у дистрибутора. Да, отсутствие хотя бы одного препарата из перечня минимального ассортимента — это нарушение лицензионных требований… Но исключительно для аптеки. "В соответствии с ч. 6 ст. 52.1 Федерального закона от 12.04.10 №61–ФЗ "Об обращении лекарственных средств" производители лекарственных средств или организации, осуществляющие ввоз лекарственных препаратов в Российскую Федерацию, не менее чем за один год до планируемых приостановления или прекращения производства лекарственных препаратов или их ввоза в Российскую Федерацию обязаны уведомить об этом федеральный орган исполнительной власти, осуществляющий функции по контролю и надзору в сфере здравоохранения; и федеральный орган исполнительной власти, осуществляющий функции по лицензированию производства лекарственных средств. Данные требования вступили в силу с 28.11.18", — комментирует юрист компании Dentons Алина Спиридонова. Штраф за непредставление или несвоевременное представление сведений в Росздравнадзор или же за недостоверную информацию согласно ст. 19.7.8 КоАП РФ составит от 30 до 70 тыс. руб. для юридического лица. Это даже меньше, чем некоторые штрафы для аптечных организаций. Аптека за дефектуру в минимальном ассортименте заплатит от 100 до 200 тыс. руб. или же ее деятельность будет приостановлена на срок до девяноста суток. ЧЕМ ДЕЛО КОНЧИТСЯ, ЧЕМ СЕРДЦЕ УСПОКОИТСЯ… На первый взгляд, изменения в Федеральный закон "Об обращении лекарственных средств" внесены исключительно для блага пациента. Однако без мер поддержки фармации, будь то аптека, дистрибутор или фармпроизводитель, они приведут к обратному: меньше станет не только препаратов, но и аптечных организаций... Сами же лексредства значительно прибавят в цене. "Меры по отношению к производству или аптечной организации можно установить сколь угодно жесткие — но лекарства от этого не появятся. Все, что происходит сейчас, приведет к вымыванию препаратов — в особенности, наиболее социально значимых. И в первую очередь, в области фармацевтической помощи пациентам из социально незащищенных слоев населения, — подводит итог Александр Семенов. — Сегодня, на мой взгляд, задача Минздрава и Федеральной антимонопольной службы — провести круглые столы, обсудить на них с фармбизнесом создавшуюся ситуацию и найти компромиссный вариант. Такой, который позволит, с одной стороны, государству системно управлять изменением цен на препараты ЖНВЛП и контролировать такие изменения, а с другой — оставит производителям мотивацию принимать участие в данных тендерах". Стоит ли откладывать это? По данным многих аналитических агентств, и сейчас уже можно констатировать тот факт, что покупательская способность граждан России неуклонно снижается. Где и какое они будут искать лечение, страшно представить. Увлечение фейковой медициной тоже на слуху…
Московские Аптеки: Провизор лучше разбирается в коммерции, чем в химии [ссылка]

Рост количества аптек, проблемы профессионального обучения и высокая нагрузка на специалистов — основные причины дефицита квалифицированного персонала в области аптечной фармации. А он сегодня наблюдается во всех регионах страны.

Иванова Настасья
Директор ООО "Интер–С Груп"

Согласно прошлогоднему опросу, представители кадровых служб почти половины опрошенных фармкомпаний и аптечных сетей заявили о нехватке профессиональных кадров, тем не менее отметив, что ситуация выправляется и уже не выглядит настолько критичной как десятилетие назад.

Действительно, дефицит работников в аптеках постепенно сокращается. Но повышается ли квалификация провизоров и фармацевтов?

Ведь провизор должен уметь не только отпустить покупателю-пациенту необходимое лекарство. Фармспециалист должен хорошо ориентироваться в огромной номенклатуре лекарств и сопутствующих аптечных товаров и быть готовым дать грамотную консультацию даже самому дотошному посетителю. Объяснить, как следует принимать лекарство, какие у него могут быть побочные эффекты, а при необходимости правильно подобрать аналог. При этом в консультации работника аптеки заинтересованы не менее 8 человек из 10.

При таких нагрузках качественно работать с покупателями-пациентами по силам только высококвалифицированным и стрессоустойчивым сотрудникам, которые претендуют на высокую заработную плату. Однако небольшие аптечные сети — в целях минимизации расходов — скорее окажут предпочтение специалисту со средним образованием из региона, готовому пройти повышение квалификации, но с более скромными запросами по уровню оплаты труда.

Невысокая зарплата — одна из основных причин высокого уровня текучести персонала. И преодолеть ее пока невозможно. Неудивительно, что работа провизором чаще рассматривается работником или выпускником вуза как временная, дающая возможность получения знаний для профессионального роста и перехода на более престижное место. К примеру, из 250 выпускников Института фармации и трансляционной медицины МГМУ им. И.М. Сеченова лишь третья часть готова работать в аптеке. Это объяснимо: аптека сегодня не может конкурировать по зарплате с работой на фармпроизводстве, в лаборатории или в компании-дистрибуторе.

На наш взгляд, начинать следует с реформы профессионального образования. Именно здесь — множество вопросов, которые необходимо решить в первую очередь. Основная проблема — недостаток отраслевых образовательных учреждений. Поступить на очное отделение очень сложно, а стоимость внебюджетного обучения высока. Официально дефицита аптечных кадров нет, как нет и необходимости увеличения учебных мест для абитуриентов: соответствующей статистики не существует.

Среди других пробелов, связанных с подготовкой персонала для аптеки, можно выделить:

  • невозможность образовательных программ угнаться за меняющейся действительностью (новые технологии, новые ЛС, новые компетенции);
  • недостаток практической подготовки и необходимость дополнительного обучения выпускников;
  • недостаточную подготовку исследовательских кадров;
  • нехватку высокотехнологичного оборудования на кафедрах;
  • слабое взаимодействие между вузом и работодателем.

В результате обучения современный провизор лучше разбирается в коммерческих технологиях, в управлении и экономике фармации, чем в вопросах фармацевтической химии. Неудивительно, что аптечное изготовление лекарств по индивидуальным рецептам практически сошло на нет, оставшись, в основном, в немногочисленных государственных и муниципальных аптеках.

И чем дальше от крупного города, тем острее встает вопрос кадрового дефицита и слабой квалификации аптечных работников. Доходит до того, что к работе в качестве консультантов привлекаются сотрудники с медицинским образованием.

Ситуацию с дефицитом рабочих кадров может дополнительно усугубить доставка лекарств на дом: с большой вероятностью курьеру, который будет развозить медикаменты по адресам, будет также необходимо иметь профильное образование. Но смогут ли аптеки повсеместно выполнить данное условие — вопрос открытый. А вот требования к квалификации аптечного персонала становятся все более жесткими: вступили в силу Правила надлежащей аптечной практики, стала необходимой программа адаптации новых сотрудников, введена обязательная аккредитация фармацевтов и провизоров. Однако проблем еще много и решать их нужно, в первую очередь, на стадии подготовки аптечных работников.

На наш взгляд, государство должно стимулировать поступление в профильные вузы и колледжи. В идеале необходима целевая подготовка специалистов для конкретных фармацевтических производств.

ФМ. Фармация и Медицина: Фармация попалась в сети. Или все-таки нет? [ссылка]

Чего стоит ожидать фармрознице от пациентов, которые все чаще обращаются к Интернету, чтобы узнать о лекарствах и ценах на них

Мы стали чаще сравнивать цены лекарств не в аптеке, а в Интернете. По данным Ipsos Comcon, в 2016 году к помощи сети прибегали 23,8%. На IV квартал минувшего 2018-го цифра выше более чем в полтора раза – 38,9%. Однако доля тех, кто изучает ценники прямо в аптечных витринах, осталась прежней, и даже немного подросла: 35,3% против 35. И если говорить о способах выбрать доступное лекарство, то разговор с фармацевтом опережает путешествия по просторам всемирной паутины: 52,5 и 35%.  Пациент при этом не ограничивается одним методом, замечает менеджер по маркетингу Ipsos Сomcon Шамиль Ахметзянов. Посетитель аптек и почти всегда комбинирует различные источники информации: советы друзей, справочники лекарств, консультацию специалис т а … За Интернетом – будущее, в скором времени в онлайн перейдет все. Мнение весьма популярное, но данные социологов говорят об обратном.

Не все цены доступны

«Мне кажется, причина в том, что по сравнению с 2016 годом количество аптек выросло. Мы видим, что они открываются дверь в дверь. Времени на то, чтобы обойти несколько аптек и сравнить цены, требуется нетак много, как раньше, – считает коммерческий директор «ФармаТрейдСервис» Дана Алборова. – К тому же не все аптеки представляют свои цены в Интернете». При этом аптечные сети наращивают свои позиции в онлайн-пространстве. Рост обращений к Интернету происходит во многом за счет «фармацевтических гигантов». Однако аптечные агрегаторы крупными игрокам и не всегда приветствуются… Чем прозрачнее цены, тем меньше порой конкурентных преимуществ. «Как по данным Росстата, так и по жизненным наблюдениям, значительно снизилась покупательская способность нашего населения, – с грустной улыбкой замечает гендиректор DENIS Pharm Group, глава Всероссийского единого содружества независимых аптек Александр Фридман. – И одновременно нужно признать: государство внесло свою активную лепту в информирование пациента о существовании дженериковых препаратов». За последние три года и самих дженериков стало значительно больше, комментирует Дана Алборова. В том количестве аналогов, которые появляются постоянно, сориентироваться трудно даже врачу. И тут на помощь пациенту приходит… На первый взгляд, ответ очевиден: Интернет.

Сила привычки?

«Постоянное обсуждение телемедицины заставило фармацию «вливаться» в цифровизацию, а пациентов – учиться эту информацию использовать, – полагает президент Лиги защитников пациентов Александр Саверский. – И все выше процент людей, которые осваивают Интернет. В том числе в весьма солидном возрасте . Но по-прежнему велика доля тех, кто идет пешком за информацией. Скорее всего, это просто привычка. Думаю, уже скоро основная часть покупок будет электронной». Важно понимать: доля интернет-покупателей будет расти до определенного пикового значения, обращает внимание Александр Фридман. Процент электронных платежей также становится выше: это прямо подтверждает и рост интернет-покупок. В аптеках он продиктован еще и увеличением доли нелекарственного ассортимента. «Однако необходимо помнить, что свое главное слово еще не сказали крупнейшие интернет-площадки. У них все готово к тому, чтобы начать продавать лекарства посредством Интернета, – констатирует глава DENIS Pharm Group. – Они-то как раз и смогут внести принципиальные изменения в аптечный рынок. Предполагаю, что и крупнейшие агрегаторы просто будут куплены одним из таких сервисов. Надо только дождаться разрешения интернет-торговли лекарствами – и мы с вами будем свидетелями всех этих изменений. Ключевых и непредсказуемых». Но так ли всемогущи новые технологии?

Время покажет

«Разобраться самим, пусть даже используя Интернет , нашим посетителям не всегда просто. И не надо забывать: консультировать пациента по всем вопросам о выписанных препаратах, противопоказаниях, синонима х, особенностях приема – это обязанность фармацевта, – подводит итог Дана Алборова. – Поэтому чем выше квалификация специалистов, чем лучше они разбираются в ассортименте, и главное, если они не будут лениться делиться этими знаниями с пришедшим к ним человеком, тем чаще выбор будет в пользу именно вашей аптеки».

Настасья Иванова директор фармдистрибьютора «Интер-С Групп»

«Действительно, с каждым годом наблюдается рост числа людей, самостоятельно принимающих решение о покупке того или иного лекарственного средства. Но дело тут отнюдь не в самолечении и не в недоверии к врачу. Доктор в данном случае лишь назначает терапию. Он мыслит глобально, ищет причину заболевания и метод лечения, а не занимается поиском оптимального соотношения цены и качества препарата. Интернет же сейчас доступен каждому: им пользуется и школьник, и пенсионер. Общедоступна и информация как о лекарствах, так и о ценах на них в разных аптеках. Люди стремятся не только самостоятельно понять, что же именно им назначили, но и сэкономить. Ведь цена на один и тот же препарат в разных аптеках может отличаться на 400%. Не говоря уже о том, что у большинства лексредств есть аналоги. Здесь стоит отметить: пациентов-покупателей можно условно разделить на несколько категорий. Первая – те, кто идет в аптеку непосредственно за тем препаратом, «что доктор прописал». Вторая – те, кто спросит в аптеке о возможных аналогах. Третья – те, кто сначала самостоятельно проанализируют информацию о выписанном им лекарстве, попытаются найти аналоги и аптеки, где то или иное лекарство стоит дешевле. И с каждым днем людей в третьей группе все больше. Но при этом далеко не у каждого есть медицинское образование, и чтобы подтвердить сделанный выбор, многим требуется совет. Дело совсем не в доверии, дело в растущей финансовой грамотности пациента». настасья иванова

Московские Аптеки: Фармперсонал: курс на FMCG или юридическая безопасность? [ссылка]

Главное конкурентное преимущество. И первая "головная боль" аптеки. А еще — предмет пристального внимания всех: от руководителя аптечной организации до контрольно-надзорного органа. Все это кадры.

Именно за них идет борьба между аптечными сетями. Именно о них написаны профессиональные стандарты и для них — Надлежащая аптечная практика. Именно об их профессиональных и личностных качествах, а также многочисленных обязанностях идут споры многолетние, которые впору перевести в разряд философских. Что нужно сделать, чтобы аптечный кадровый вопрос перестал являться столь острым и проблемным? И насколько необходимо снижать его остроту?

ЗАВЕДУЮЩИЕ АПТЕКОЙ БОЛЬШЕ НЕ НУЖНЫ?

Первые признаки развития событий именно в эту сторону — изменения в работе на должности "заведующая аптекой". Точнее, тенденция к исчезновению этой должности и замене ее позицией, контролирующей 3, 5, 7 аптек. Региональный директор, территориальный менеджер или как–то иначе. Суть одна: компания получает экономию на фонде оплаты труда, а провизоры и фармацевты (последние особенно) — серьезное сокращение карьерных перспектив. Возможность дорасти до заведующего аптекой не только профессионально, но и юридически отодвигается для них на долгие годы. Привлечет ли это специалистов в профессию? Ведь им останутся рабочие места всего лишь "за прилавком". Как бы фармацевтическая розница стремилась быть не похожей на продуктовый ритейл, но необходимость выживания диктует свои законы и способы. И уже забыто убеждение о непохожести аптечного сегмента на другие сегменты рынка. Ощущение успеха за счет активного копирования FMCG (fastmovingconsumergoods, быстро оборачиваемые потребительские товары) овладело аптечным рынком. Крупные игроки аптечной розницы ищут для себя топ-менеджеров из продуктового ритейла, как замечает Марина Тарнопольская, управляющий партнер Kontakt InterSearch Russia. Такие руководящие кадры обещают сделать работу более эффективной… Трудоустраивать менеджеров из аптечной розницы сложно, признается эксперт. Сложно по таким причинам, как низкая маржинальность и высокая зарегулированность бизнеса. Материальная отдача от фармацевтической деятельности не так велика, а вот количество обязанностей и ограничений, напротив, внушительно. Все это тормозит профессиональный рост аптечных управленцев. Под воздействием FMCG в ближайшие несколько лет ситуация в аптечной рознице должна естественным образом измениться. Если аптечные компании активно будут набирать руководящих специалистов из продуктового и прочего ритейла — они принесут в аптеки свой стиль управления. И «дотянут» отстающий сегмент рынка до своего более высокого уровня. Поспособствует этому и укрупнение аптечных сетей — ведь из-за консолидации необходимость в менеджерах среднего звена станет меньше. Проще говоря: когда аптечный рынок скопирует механизмы и инструменты FMCG — ситуация с руководящими кадрами перестанет быть столь сложной, а фармацевтические специалисты, скорее всего, окажутся всего лишь за первым столом.

СЛОМАТЬ СЕБЯ ПОД АЛГОРИТМЫ ПРОДАЖ ИЛИ...

Как поясняет Маргарита Шилова, руководитель учебного центра ООО ФЦ "Знание", многим фармацевтам и провизорам трудно работать по корпоративным стандартам. И придерживаться строго определенного алгоритма в общении с покупателем–пациентом. Легко ли сломать себя, отказавшись от своих убеждений — пусть даже ради значительного вознаграждения? Опыт показывает, что нет. Специалист попробует найти другую аптеку, для которой фармконсультация пока еще важнее фарммаркетинга (скопированного во многом из того же неспециализированного ритейла). А если не получится — уйдет из профессии... Ведь он больше не видит смысла в своем труде и, что самое печальное, не имеет возможности этот смысл создать. Не чувствует сопричастности к общему делу. ГЛАВНОЕ — ПОНИМАТЬ ЗАЧЕМ Именно это чувство, вот это ощущение — самое главное в работе аптеки, подчеркивает Владимир Гридякин, генеральный директор аптечной сети из Подмосковья (ООО "Альянс–Фарм"). Гордость за свой труд, за свое предприятие, за свой коллектив, понимание того, что вносишь вклад во что-то действительно важное, — такое ощущение должно быть у каждого сотрудника, замечает руководитель аптечной организации. И неважно, уборщица это, стажер или генеральный менеджер. Если же этого нет...

СКОЛЬКО ФАРМРАБОТНИКОВ В РОССИИ?

Симптоматическое лечение кадровых (а попутно финансовых) проблем аптечной розницы путем преодоления ее непохожести на весь остальной ритейл — по всей видимости, путь к проблемам еще большим. Краткосрочный успех сегодня рискует привести к серьезному оттоку кадров. Кстати, а каков дефицит аптечных специалистов? Ответ на этот вопрос нам... неизвестен. "Как можно говорить о нехватке специалистов в цифрах, если мы вообще не знаем — сколько их? У нас такой учет не ведется, — констатирует Дмитрий Целоусов, исполнительный директор ААУ "СоюзФарма". — И именно поэтому мы совместно с Союзом "Национальная Фармацевтическая палата" активно выступаем за создание регистра фармацевтических работников Российской Федерации. Это позволит иметь объективную информационную базу данных о специалистах, осуществляющих фармацевтическую деятельность, анализировать обеспеченность отрасли кадрами, выявлять потребность в объемах подготовки, переподготовки и повышения квалификации фармацевтических работников и в соответствии с ними оперативно адаптировать образовательные программы". Действительно, оперировать можно лишь приблизительными данными. 120–150 тыс. человек — по подсчетам ряда экспертов–аналитиков. Но из этой цифры нельзя узнать самое главное: каков процент провизоров и фармацевтов, работающих по совместительству?

ТРИ С ПОЛОВИНОЙ СОТРУДНИКА НА АПТЕКУ

Труд одного и того же специалиста в нескольких организациях — та необходимая сегодня мера, которая поможет сотруднику залатать дыры в семейном бюджете, а компании — в кадровой политике. По подсчетам фармцентра "Знание", в нашей стране сегодня около 45 тыс. аптек. И среднее число сотрудников — 3,5 единицы на одну аптечную организацию. Если же воспользоваться данными AlphaRM — в 2018 г. в России работало 65 тыс. аптек. И тогда коэффициент совместительства фармацевтов и провизоров будет еще более внушительным. А ведь в некоторых аптечных организациях и, правда, трудятся по два человека... ЕЩЕ РАЗ ПРО ЗАРПЛАТЫ Причина лежит на поверхности. Только 13% провизоров и фармацевтов удовлетворено своим ежемесячным доходом, делится данными проведенного опроса Маргарита Шилова. Для многих специалистов уровень заработной платы на 10% выше текущего, а это иногда 3–4 тыс. руб. — уже основание для того, чтобы сменить место работы. Еще красноречивее сведения, предоставленные руководителем отдела исследований HeadHunter Марией Игнатовой. В последние полгода 20% объявлений о поиске заведующей аптекой — каждое пятое! — отправлены из Москвы или Московской обл. Говорить это может как о стабильности аптечного сегмента в остальных регионах, так и о том, что он медленно, но верно "оптимизируется". "Чем дальше от крупного города, тем острее встает вопрос кадрового дефицита и слабой квалификации аптечных работников", — замечает директор компании–дистрибутора "Интер–С Груп" Настасья Иванова. Свой вклад вносит и нехватка профильных вузов, факультетов и колледжей. Кстати, в столице руководителю аптечной организации предлагают среднюю зарплату в 60 тыс. руб. Санкт–Петербург отстает на пять тысяч, а средняя ежемесячная зарплата по стране — еще на 5.

КАК БЫТЬ НАЧИНАЮЩЕМУ СПЕЦИАЛИСТУ?

Обучать новичков на должности заведующего готова лишь каждая десятая аптека. Это логично, но... так чаще всего подходят и к остальным аптечным вакансиям. "Сегодня мы являемся одной из немногих межрегиональных сетей, принимающих на работу дипломированных специалистов без опыта, в то время как другие работодатели ориентируются на соискателей только со стажем, — констатирует Арсен Петросов, заместитель директора по продажам аптечной сети "Вита Плюс" из Пятигорска. — Разумеется, прежде чем новички будут допущены к автономной работе, им необходимо пройти период стажировки. В ходе которой накапливаются знания и закрепляются навыки. Под контролем и в обязательном присутствии заведующего аптекой". Казалось бы, алгоритм прост и понятен: молодого специалиста вводит в профессию опытный наставник. Так происходит на протяжении даже не веков, а тысячелетий, и эта традиция не из тех, которые устарели. Но когда условия работы усложняются чрезмерно — и человек, и организация стремятся любой ценой сэкономить ресурсы. А в аптечной деятельности "утяжелителей" и "усложнителей" предостаточно. Например, система НМиФО в ее сегодняшнем организационном варианте. До периодической аккредитации осталось совсем мало времени, но... СЕРТИФИКАТ ПРЕВРАТИТЬСЯ В ТЫКВУ? "Специалисты, в первую очередь, хотят получить ответ на вопрос: что ждет их в 2020 г.?" — констатирует Ирина Григорьева, доцент кафедры фармакологии с курсом фармации РязГМУ. До часа Х осталось совсем недолго. А ответов нет на вопросы самые очевидные и самые важные. Например, на такой вопрос: "Как быть с баллами НМиФО, если аптечный работник в отпуске по уходу за ребенком"? Ситуации здесь могут быть различны. Может случиться и так, что сертификат специалиста истечет в течение отпуска — и что тогда? Неясна и судьба фармацевтических работников, которым предстоит "догонять" и добирать баллы. "Специалисты, начавшие формировать портфолио согласно приказу №334н с опозданием или по каким–то причинам имеющие недобор баллов, — обращает внимание преподаватель, — ждут ответа на вопрос: "Как добрать баллы, пройдя 1–2 краткосрочных курса повышения квалификации дополнительно?" Однако НМиФО все еще безмолвствует. И со временем преданность любимой профессии (о которой многие мечтали еще в детстве) может не выдержать под натиском перегрузок (физических и эмоциональных), правовой неопределенности и хронического дефицита семейного бюджета. А фармацевтические вузы и профессиональные ассоциации стараются достучаться до регулятора, чтобы устранить пробелы, которые были понятны еще в 2016 г., когда, собственно, был дан старт первичной аккредитации.

О ПРАВОВОЙ ПОДГОТОВКЕ И ЕДИНИЧНОЙ АПТЕКЕ

Каждый провизор должен быть немножко юристом. Правовая подготовка будущих фармацевтических специалистов важна еще до того, как им выдадут диплом, замечает доцент кафедры УЭФ БашГМУ Артур Гайсаров. Знать права и обязанности — как свои, так и покупателя-пациента. Успеть за нормативным актом, присвоившим привычному лекарству новый, особый статус (НС или ПВ). Быть в курсе новых документов. Все это провизору приходится делать ежедневно. "Ситуацию с новыми НПА, конечно, помогают отслеживать "офисы" аптечных сетей и специализированные СМИ. Но ведь все равно, разумеется, остаются «одиночные» аптеки, где все (возможно, даже и бухгалтерский учет) лежит на провизорах и заведующем, — обращает внимание Артур Гайсаров. — Особенно если владелец такой аптеки не является специалистом здравоохранения". Казалось бы, что мешает провизору поступить в юридическую магистратуру и уже через два года быть полноценным специалистом в области юриспруденции? Однако уже в начале обучения станет ясно: то, что потенциальные сокурсники изучали четыре года, трудно освоить в свободное между работой и учебой время. Здесь могли бы помочь специальные магистерские программы для фармспециалистов — например, курс по фармацевтическому праву, замечает доцент кафедры управления экономикой фармации. СТАНДАРТНАЯ ПРОЦЕДУРА СОВСЕМ НЕ СТАНДАРТНА Эксперты прогнозируют: в ближайшее время кадровый вопрос в фармации существенно изменится. И главными "факторами перемен" станут маркировка, интернет-торговля, система менеджмента качества и вероятное возрождение экстемпорального производства. Необходимо будет вносить изменения в СОПы, заметила на заседании аптечного клуба "Зеленый Крест", посвященном маркировке, генеральный директор ООО "СоюзФарма–ТМ" Мария Литвинова. И действительно, СОПы ждут значительные корректировки. Однако разработка поправок для стандартных операционных процедур станет возможна тогда, когда все необходимые пояснения даст ЦРПТ. С таким вопросом профессиональная ассоциация уже обратилась к специалистам Центра. Даны первые объяснения, в т.ч. по приему/отпуску маркированной продукции. Но это далеко не все. И сами СОПы пока еще требуют доработки. Точнее, систематизации. "Если каждая аптека составляет такие документы самостоятельно, то как быть контролирующим органам?" — над этим вопросом предлагает подумать Елена Лазарева, директор учебного центра "Доктрина". Действительно, как проверять то, в чем нет единообразия? И не должна ли стандартная операционная процедура стать действительно стандартной, т.е. единой для всех аптечных организаций? Но не путать с типовой "рыбой", которую делают по одному лекалу аптекам на заказ сторонние организации.

СИСТЕМА КАЧЕСТВА: КОНТРОЛЬ ЕСТЬ, ВАКАНСИЙ НЕТ

Что касается СМК, то за три месяца на сайте HeadHunter загружено два резюме на должность уполномоченного по качеству аптечной организации. Вакансий пока ноль. Однако, как замечает Маргарита Шилова, система качества уже нашла свое отражение в проверочных листах Росздравнадзора. А вот готовы ли к этому аптеки? И выдержат ли они? ОБЕСПЕЧИТЬ ЮРИДИЧЕСКУЮ БЕЗОПАСНОСТЬ Дополнительные правовые акты по "кадровому вопросу" крайне необходимы для интернет–торговли. В предлагаемом варианте законопроекта фармацевт ассоциируется с курьером, что вызывает справедливое негодование фармацевтического сообщества. И в самом деле, человек получает серьезное образование, учитывая огромный объем знаний (даже если это всего лишь среднее специальное), чтобы потом стать курьером? Положительному решению кадровых проблем фармации это вряд ли поспособствует. Возрождение экстемпорального изготовления лекарственных препаратов (в необходимости которого сомнений меньше, чем в маркировке и дистанционном отпуске) также требует законодательных изменений в части необходимости аптечного изготовления лекарств и в подготовке фармацевтических специалистов. "Современный провизор лучше разбирается в коммерческих технологиях, в управлении и экономике фармации, чем в вопросах фармацевтической химии, — констатирует Настасья Иванова. — Неудивительно, что аптечное изготовление лекарств по индивидуальным рецептам практически сошло на нет, оставшись, в основном, в немногочисленных государственных и муниципальных аптеках". Подготовка аптечных кадров — вопрос, требующий системного решения. Но кроме животрепещущих вопросов фармации — образования, заработной платы и дефицита кадров, аптечным работникам необходимо обеспечить юридическую безопасность. Именно в ней, в частности, а не в стремлении сделать фармацию похожей на продуктовый ритейл, — один из ключей к решению проблемного кадрового вопроса. Посетитель аптеки пока доверяет ее специалисту, зная о его специальном образовании. Каким будет этот специалист года через 2–3? Если уже сейчас из-за потери престижа профессии, дефицита аптечных кадров и всевозможных гонений на аптеки, первостольник порой представляет из себя довольно печальное зрелище — незнание препаратов, их свойств, мест их хранения на полках своей небольшой аптеки. Так быть не должно, согласитесь?
ФМ. Фармация и Медицина: Как выжить в цепи питания? [ссылка]

Что меняется во взаимоотношениях аптек и дистрибьюторов

Дистрибьюторы и аптеки изменили формат сотрудничества. Меняются даже рыночные доли оптовиков. В чем причина? В «среднем звене» уверены: общение лекарственного опта и лекарственной розницы стало более здоровым. И во многом потому, что дистрибьютор смог пересмотреть договоренности со своими аптечными партнерами.  Нарушили одни – отвечают другие. Трудно не вспомнить высказывание главы одной из крупнейших оптовых компаний: «Очень многие аптечные сети остановились в своем убыточном развитии. Очень часто аптеки росли за счет денег дистрибьютора и вообще не считали экономику, стремились открыть больше точек за счет торговых кредитов, путая деньги дистрибьютора со своими». Аптеки же обращают внимание: за проблемы, принесенные крупными федеральными сетями, расплачиваются средние и малые аптечные организации… Нарушили одни – отвечают другие. Тогда о каком «оздоровлении сотрудничества» может идти речь? И что же происходит между двумя звеньями одной цепи, объединенными общей целью – успеть доставить пациенту его лекарство?

Новые веяния, новые лидеры

«Последние два года действительно идут процессы перераспределения рыночных долей. Отчасти это вызвано ухо-дом нескольких крупных игроков: сначала «Роста», потом фактически начала сворачивать работу «СИА Интернейшнл». Отчасти – с изменением порядка работы оптовиков с фармрозницей, – комментирует директор по развитию аналитической компании RNC Pharma Николай Беспалов. – Ряд компаний смогли очень грамотно воспользоваться ситуацией. В частности, компания «Пульс». Сначала она смогла ворваться в тройку игроков, потом вышла на второе место, а в текущем году вполне может стать номером один. По итогам I квартала, она уже первая. Но это очень крупный игрок. Вообще весь прошлый год в дистрибьюторском сегменте наибольшую динамику показывали компании так называемого «второго эшелона». На фактически стагнирующем рынке демонстрировали двузначный рост отгрузок. Это стало возможным, в том числе, отчасти благодаря изменениям парадигмы отношений крупных дистрибьюторов с сетями разного масштаба, отчасти – за счет перемен в отношениях производителей с дистрибьюторами».

Маркировку переживут не все

С каким  чувством смотрит в завтрашний день само «среднее звено» в цепи доставки лекарств? Вряд ли с чувством уверенности. Снижение финансовых возможностей покупателя-пациента привело рынок в состояние стагнации – и трудно ожидать от дистрибьюторов уверенного роста продаж, замечает директор фармдистрибьютора «Интер-С Групп» Настасья Иванова. Очевидно, что и пациент – вовсе не инициатор цепочки событий… Тем временем раскручивается по спирали еще одна история. «Ситуацию усложняет и введение маркировки медикаментов – проекта, безусловно, нужного и социально востребованного, однако долгого и предельно сложного, – продолжает Настасья Иванова. – При этом новые затраты лягут на производителей, дистрибьюторов и аптеки. А в конечном итоге – на покупателя-пациента. Из-за сериализации, агрегации и ряда неясностей в проекте многие дистрибьюторы готовы забить склады лекарствами вперед, насколько возможно. При этом ощущается дефицит современных аптечных складов. Нет ясности и в том, какие изменения ожидают сегмент недорогих препаратов и лекарства из Перечня ЖНВЛП? Следует отметить: не все дистрибьюторы смогут соответствовать новым требованиям складирования и хранения лекарств. Не всем под силу будет приобрести новое оборудование». Иными словами, завтрашнего дня для многих может и не быть. И вопрос во многом в способах выжить. Кто-то из оптовиков перестает «класть яйца в одну корзину » и создает собственные аптечные сети, ассоциации и даже производства. «А некоторые теряют продажи, поскольку хотят получить от аптечных сетей допгарантии возврата задолженностей. Например, при помощи страхования или посредством банковских гарантий, – констатирует Настасья Иванова. – Но далеко не все аптеки могут такие гарантии дать».

К чему ведет перекладывание нагрузки

«Дистрибьютор должен учитывать и условия производителя, и собственные риски. Многие перекладывают это бремя на аптеки. Если раньше оптовое звено было готово развивать аптечные организации (и цели этого были вполне понятны), то год назад оно решило, что аптек стало слишком много. И за свой счет их поддерживать уже не стоит. Покупателей и точек сбыта оказалось достаточно, а риски и потери увеличились: сжимающийся рынок не оставил дистрибьюторам маржи, – объясняет эксперт фармацевтического рынка Герман Иноземцев. – Что касается аптек, ряд крупных компаний обратился напрямую к производителям, кто-то вступил в ассоциации, а многие небольшие сети – размер ом в 3–5 аптек – выставили себя на продажу. Но мало кто их покупает… Нулевая рентабельность, или даже со знаком минус – у значительного числа аптечных учреждений». Дальше по цепочке: всегда ли пациент получит жизненно необходимое лекарство? Ситуацию усложняет и введение маркировки медикаментов – проекта нужного и социально востребованного, но долгого и предельно сложного.

Прогноз на завтра

«В итоге складывается ситуация, при которой маржинальная прибыльность дистрибьютора неуклонно падает, препараты исчезают из ассортимента – и каждый спасается как может. Всё это в итоге может привести к сокращению количества игроков…», – предупреждает Настасья Иванова. «Доля относительно небольших аптечных  организаций достаточно высока, и конечно, работе с ними нужно уделять очень пристальное внимание. Компании, которые смогут предложить им приемлемые условия (а они должны априори отличаться от условий для крупной розницы!), будут выигрывать в конкурентной борьбе, – прогнозирует Николай Беспалов. – В долгосрочной же перспективе доля небольших и средних аптек будет постепенно сокращаться. К сожалению, и рыночная ситуация, и последние регуляторные инициативы этому поспособствуют. Но процесс продолжителен во времени, и то, что ряд крупных оптовиков не замечает сравнительно небольшую фармрозницу, собственно, и делает возможным передел рынка». Может быть, решение в регуляторике? Расходы на лекарства в мире к 2023 году могут превысить 1,5 трлн долларов, прогнозируют эксперты фармрынка. Эта цифра превысила на 50% предыдущий прогноз, сделанный семь лет назад. Эксперты рынка из компании IQVIA строят свои прогнозы, исходя из статистических данных прошлых лет. Так, по их данным, в 2016 году на лекарства было потрачено жителями земли 1,0 трлн долларов , в 2017-м – 1,1 трлн долларов, а в 2018 году – 1,2 трлн долларов. В своих прогнозах аналитики учитывают, что на развитии рынка несомненно отразится тот факт, что к 2023 году 18 из 20 препаратов с наибольшим объемом продаж потеряют патентную защиту, открыв дорогу дженерикам и биоаналогам. Эксперты ожидают, что в течение ближайших нескольких лет как минимум в три раза усилится конкуренция между аналогами биологических препаратов, а Европейские страны обгонят США по количеству зарегистрированных биоаналогов. По мнению аналитиков, в течение пяти лет будут продолжены исследования искусственного интеллекта, технологий машинного обучения и методов глубинного обучения. Это, в свою очередь, создаст условия для появления новых прорывных методов лечения. фарм

Коммерсант: В «Магнит» завезут таблетки. Ритейлер открыл аптеки в Челябинской области [ссылка]
Источник: Коммерсант

В «Магнит» завезут таблетки. Ритейлер открыл аптеки в Челябинской области

Российский ритейлер «Магнит» планирует до конца года открыть в Челябинской области десятки аптек. Пять из них уже работают в Челябинске и Магнитогорске на базе магазинов «Магнит Косметик», еще пять откроются в регионе до конца июня. Эксперты отмечают, что местный рынок давно поделен между игроками, а экономисты считают стратегию дискаунтера со ставкой на снижение цен неудачной из-за низкой маржинальности фармацевтического бизнеса, но отмечают преимущество «Магнита» в наличии собственных торговых площадок.

Компания «Магнит» до конца года откроет в Южно-Уральском округе (макрорегиональное подразделение, включает Челябинскую, Курганскую, Оренбургскую области и Башкирию) 130 аптек. Они будут создаваться на базе действующих магазинов сети, аптечные пункты будут занимать от 20 до 80 кв.м торговой площади. В ассортименте будет представлено около 3,5 тыс. товаров. Помимо фармацевтики, в аптеках будут продавать товары из сегмента лечебной косметики, личной гигиены, детское питание, изделия медицинского назначения, сезонную продукцию (репелленты, кремы от укусов комаров и т.д.).

В Челябинской области уже работают пять аптек сети «Магнит», четыре из них — в Челябинске, одна — в Магнитогорске. Пункты открыли на базе магазинов «Магнит Косметик». Как пояснили в пресс-службе ритейлера, в июне в Челябинской области заработают еще пять аптек сети.

По словам директора Южно-Уральского округа «Магнита» Алексея Хохлова, в аптеках будут действовать регулярные скидки на продукцию. «Для Челябинской области “Магнит Аптека” — новый формат, который дополнит семью магазинов “Магнит”. В “Магнит Аптеке” действует кроссформатная программа лояльности»,— прокомментировал Алексей Хохлов.

Головной офис компании «Магнит» находится в Краснодаре. Сеть работает по всей России и включает 14 тыс. магазинов формата «у дома», около 500 супермаркетов, почти 5 тыс. магазинов дрогери. В соответствии с аудированными данными компании по МСФО, ее выручка за 2018 год составила 1,2 трлн руб., EBITDA — 90 млрд руб.

Ранее СМИ со ссылкой на директора проекта «Здоровье» розничной сети «Магнит» Валерию Солок сообщали, что компания планирует запустить в России не менее 2 тыс. аптек в 2019 году. В ноябре «Магнит» закрыл сделку по покупке дистрибьютора лекарств «СИА групп» у Marathon Group. Контракт стоимостью до 5,7 млрд руб. должен был быть оплачен акциями «Магнита». Как заявлял тогда ритейлер, покупка «СИА групп» улучшит складскую и логистическую инфраструктуру сети дрогери и аптек.

По данным областного министерства здравоохранения, в регионе в 2018 году насчитывалось 830 аптек и 734 розничных аптечных пункта. В областном центре расположено около 600 точек. Основными игроками являются сеть «Фармленд», выкупившая аптеки «Доктор Алвик», и сеть «Аптека со склада», которая приобрела аптеки «Рифарм». Остальную часть рынка делят «Классика», «Планета здоровья», «Живика», «Вита», «Государственная аптека». По данным аналитического агентства Alpharm, по итогам девяти месяцев 2018 года объем продаж на аптечном рынке Челябинской области превысил 13 млрд руб. Регион занимает 2% от объема фармацевтического рынка России. Среднемесячная выручка на каждую аптеку в 2018 году составляла 1,6 млн руб.

Директор фармдистрибьютора «Интер-С Групп» Настасья Иванова отмечает, что выйти на рынок фармацевтики продуктовым ритейлерам долгое время мешали аптечные сети, которые заблокировали инициативу о разрешении продажи безрецептурных препаратов в магазинах. «За границей продажи лекарств в супермаркетах достаточно распространены. “Магнит”, обладающий крупнейшей сетью FMCG (от англ. Fast Moving Consumer Goods — “быстро оборачиваемые потребительские товары”.— “Ъ-Южный Урал”) в России, обошел этот запрет достаточно просто, приобретя компанию с лицензией на осуществления фармдеятельности»,— говорит госпожа Иванова. При этом эксперт отмечает, что «Магнит» использует удачную стратегию выхода на новый рынок — снижает затраты и минимизирует риски за счет открытия аптечных пунктов на собственных площадках. «Аптечный бизнес уже давно не такой маржинальный, как прежде, тем не менее, остается притягательным для инвестиций. Тем более, если у инвестора нет необходимости сильно вкладываться в новые точки продаж. “Магнит” успешно использует свои магазины, это работает на снижение затрат и минимизацию финансовых рисков. Такие точки легко открыть и так же легко закрыть, если финансовые показатели аптеки будут признаны неудовлетворительными»,— считает Настасья Иванова.

Директор департамента оценки и стоимостного консультирования НАО «Евроэксперт» Анна Шлапакова считает, что сети «Магнит Аптека» придется приложить немало усилий, чтобы переманить клиентов у аптек, которые уже хорошо знакомы покупателям. «Формат будет востребован, только если удастся разработать и выдержать уникальную стратегию развития бизнеса и привлечения покупателей. Концентрация аптек на рынке колоссальная и “Магниту” придется приложить немало усилий, чтобы переключить на себя трафик из аптек, расположенных рядом и уже хорошо знакомых потребителям»,— говорит эксперт. При этом, как отмечает госпожа Шлапакова, на демпинге аптеки сети «Магнит» выжить не смогут. «Вряд ли “Магнит” будет развивать бизнес через низкие цены, потому что аптечный рынок сейчас и так работает на минимальной марже. Существенная часть фармритейла уходит в онлайн, думаю, что и “Магнит” представит в своих аптеках возможность получения заказов, оформленных через интернет»,— резюмирует Анна Шлапакова.

https://www.kommersant.ru/doc/4005351

Московские Аптеки: Особенности национального наведения порядка [ссылка]

Вот уже три недели аптечное сообщество активно обсуждает документ на девяти страницах — "техническое задание", по некоторым данным, подготовленное одной из подгрупп Межфракционной рабочей группы Государственной Думы по совершенствованию законодательства в сфере лекарственного обеспечения граждан и обращения лекарственных средств. Фрагмент "техзадания" появился в Интернете… и дал приличный заряд тока в Сети.

Как пояснил заместитель председателя Комитета Государственной Думы по охране здоровья Федот Тумусов, ни одно из еще не утвержденных решений участники рабочей группы не вправе выносить в публичное пространство. Документ, подготовленный группой, может увидеть свет лишь в виде законопроекта. Тем не менее он "просочился" в Интернет и предоставил возможность фармацевтическому сообществу обдумать возможные перемены и предпринять меры. Но уже сейчас становится понятно, что документ пронизан популистскими предложениями, которые понравятся населению. Чего не скажешь о фармацевтическом бизнесе, и так прижатом всевозможными инициативами. Бизнесу, по словам одного из экспертов Темы номера МА, "закручивают гайки".

И что же получит государство и население вследствие ударов по бизнесу? Государственного фармацевтического сектора почти не осталось, за исключением немногочисленных региональных аптечных сетей. Вся фармация держится на рынке, который долгие годы проповедовало государство. Пресловутая страсть государства к возрождению вертикали власти и твердой руке в условиях выращенного им же рынка вряд ли осуществима. Значит, фармацию ждет очередная кампания от депутатов, инициируемая не для дела, а для повышения собственного рейтинга. Результатом такой кампании будет развал аптечной розницы, дефицит лекарств, рост цен на лекарства, разрастание нездоровой конкуренции и в итоге — уход части аптечного бизнеса в нелегал.

Вернемся к реалиям. Итак, документ увидело фармацевтическое сообщество и в очередной раз изумилось, что его не привлекли к составлению отраслеобразующего акта. Законодатель продолжает дистанцироваться от фармацевтического сообщества.

Ряд экспертов считают, что "техническое задание" — это черновик, еще не доработанный, промежуточный вариант, который неизвестным образом просочился в медиапространство. И ключевые проблемы отрасли таким странным способом вынесены на обсуждение. В форме горячей новости об одиозных проектах.

Как заметила юрист практики "Фармацевтика, медицина и биотехнологии" юридической фирмы Dentons Татьяна Ларина: "Несмотря на достаточно жесткий характер отдельных положений инициативы, все–таки это первый шаг к установлению более четких и прозрачных правил выстраивания взаимоотношений между производителями, дистрибуторами и аптечными сетями.

Полагаем, что инициатива не будет поддержана и имплементирована в исходном виде. Скорее всего, она будет дорабатываться с учетом мнения игроков отрасли, существующих правил лекарственного обеспечения, исторической специфики ведения аптечного бизнеса, существующей нормативной базы".

QUIPRODEST?

Вечный вопрос на древнем языке, хорошо знакомом медицине и фармации. У сомнительных новостей и сомнительных документов всегда есть "интересанты". А еще — непроверенная (или достоверная второстепенная), но горячо обсуждаемая информация часто отодвигает в тень те идеи и решения, которые действительно могут изменить многое.

С 15 марта по 4 апреля на портале regulation.gov.ru проходил общественное обсуждение законопроект "О внесении изменений в части первую и вторую Налогового кодекса РФ". Одна из корректировок напрямую касается аптек: "Предлагается внести изменения в пункт 23 статьи 346.26 и пункт 16 статьи 346.45 Кодекса, устанавливающие, что налогоплательщики, осуществляющие розничную торговлю и применяющие единый налог на вмененный доход и (или) патентную систему налогообложения, утрачивают право на применение указанных специальных налоговых режимов при осуществлении реализации товаров, подлежащих обязательной маркировке средствами идентификации".

Что это значит?

С 1 января 2020 г., когда маркировка лекарственных средств станет обязательной, аптеки потеряют свое право на ЕНВД или патентную систему налогообложения. Эти специальные налоговые режимы во многом связаны с размером аптечной организации. Проще говоря, крупные сетевые игроки их не применяют, а для единичных аптек и локальных сетей ЕНВД остается спасением. Из–за его отмены многие фармацевтические учреждения попросту "прогорят"...

"Одиночек" не так уж мало. По данным AlphaRM, каждая шестая отечественная аптека (16%) — индивидуальная (10 210 аптечных учреждений из 65 600). На долю локальных сетей приходится 46% аптечных организаций России.

2020 г. мы привыкли воспринимать как некий временной ориентир для поставленных глобальных целей. Название "Фарма–2020" прочно вошло в жизнь профессионального сообщества. И вот настает момент, когда до далекого ориентира остается чуть больше семи месяцев. Если поправки в Налоговый кодекс будут одобрены — массовое закрытие аптек начнется уже через год.

Да, в 2021 г. ЕНВД планируется отменить. Но полтора года — это все же больше, чем семь месяцев, согласитесь? За это время можно разработать те меры поддержки аптек, которые помогут им выжить и продолжить выполнять свои социальные задачи.

Что важнее: массовое исчезновение аптечных организаций или вопрос о размере маркетинговых бонусов?

Вернемся к "техническому заданию". Попробуем разобрать его основные инициативы с точки функционирования аптеки — ведь именно она оказывает фармацевтическую помощь пациенту.

№1. НАВЕСТИ ПОРЯДОК В ОПРЕДЕЛЕНИЯХ

Активную дискуссию вызвало предложение о законодательном определении понятий "аптечная сеть" и "аптечная ассоциация". Однако сегодня двойственно и противоречиво положение не столько сети, профессиональной организации или маркетингового союза, сколько аптеки в целом. Торговля или здравоохранение? Социальное учреждение или коммерческое?

Нормативно–правовые акты никак не придут в согласие, и в этом видят серьезную проблему многие эксперты. Уточнить определения аптечных организаций считают необходимым и большинство участников нашей Темы номера.

Как заметила исполнительный директор аптечной сети "Эвалар" Светлана Кошелева: "В настоящее время четкого определения аптеки нет — с одной стороны, это розничная точка, к которой могут применяться положения закона "О торговле", с другой стороны, аптека подпадает под действие закона "Об обращении лекарственных средств".

Похожая история — с аптечными сетями и ассоциациями. Понятие аптечной ассоциации было в законе "Основы законодательства "Об охране здоровья граждан", который утратил силу в 2012 г. Сегодня они рассматриваются как добровольные некоммерческие организации (согласно закону об НКО), что вступает в некоторый конфликт с их фактической деятельностью в настоящий момент".

А вот мнение юриста, специализирующегося на фармацевтике. Необходимо будет уточнить в законодательстве понятия "аптека" (и ее типы), "аптечная сеть", — считает Татьяна Ларина.

Пересмотр определения аптечной организации — тот шаг, без которого невозможно вернуть аптеку в систему здравоохранения. А статус социального объекта — это, как правило, ряд льгот, субсидий и преференций. Словом, всего того, что жизненно необходимо и организации с зеленым крестом, и ее посетителю — пациенту.

№2. ЖЕСТКИЕ СРОКИ ДЛЯ АПТЕКИ

Этот пункт в "техническом задании", по сути, закрепляет сложившуюся практику. Чем труднее времена, тем жестче поставщик подходит к своему партнеру — аптечной организации. И некоторые компании высказывают мнение: будет лучше, если аптеки, не способные выдержать новых — значительно сокращенных — отсрочек, "очистят помещение". Норма с предельной отсрочкой создает для игроков дистрибуторского сегмента огромное искушение, которое, увы, приведет к серьезным последствиям. Как предостерегает директор по развитию аналитической компании RNC Pharma Николай Беспалов: "При изменении отсрочек платежей дистрибуторам аптеки потеряют возможность товарного кредитования. Учитывая существующие ставки банковских кредитов, на них рассчитывать не приходится. Так что рентабельность аптеки снизится — отсюда рост цен за счет необходимости компенсировать затраты. И закрытие аптек, которые просто не в состоянии будут работать с подобной отсрочкой".

Вновь зададим тот же вопрос, уже по–русски: "Кому выгодно"? Если инициатива будет принята в дальнейшем — нас ожидает массовое закрытие локальных аптечных сетей, а также единичных аптек. Вспомним об их количестве — удар по пациенту будет ощутимым.

Если же под напором дискуссий будут оставлены любые попытки урегулировать вопрос о сроках расчетов аптеки с дистрибутором — центральное звено товаропроводящей цепи получит все возможности неограниченно "закручивать гайки". 30, 15, 7 дней — и такие отсрочки будут "правильными"... Со всеми вытекающими последствиями.

Крупным игрокам, которым такое выгодно, с большой вероятностью выгоден и "хайп" вокруг инициативы.

Кстати, относятся ли лекарственные средства к числу "быстро движущихся товаров" со сроком годности в 5–30 дней?

№3. ЛИМИТ НА РАЗМЕРЫ

3% аптечного рынка России и 10% регионального. 5% дистрибуторского рынка по всей стране и 15% по региону. Таковы широко обсуждаемые сейчас предельные размеры аптек и дистрибуторов.

Интересный факт: по словам главы "Нео–Фарм" Евгения Нифантьева, среди крупнейших аптечных игроков эту планку превышают сегодня 109 сетей.

Запрет только выглядит радикальным: обойти его сможет любой игрок, развивающий несколько аптечных сетей под различными брендами и юридическими лицами. Его доля в такой ситуации может даже увеличиться.

Однако дискуссия, развернувшаяся вокруг цифр, может вновь отложить решение проблем аптечной конкуренции. Раз у законодателя "не получается", стоит ли начинать? Лучше уж оставить все как есть. И агрессивные дискаунтеры воодушевленно продолжат уничтожать рядом стоящие аптеки вполне легально, т.е. в правовом поле.

Если же расценивать инициативу как "черновик", как рабочее предложение, то проблема для решения выявлена верно. И давайте попробуем ответить на вопрос, который задает исполнительный директор ААУ "СоюзФарма" Дмитрий Целоусов: "Должны ли конкурировать между собой учреждения здравоохранения"?

"Выжить" конкурента или изо дня в день стараться выживать самому под напором конкурирующих фирм. Все это требует огромного количества усилий и ресурсов, которыми аптека (в другой обстановке, не в ситуации "выжигания поля") могла бы распорядиться с большей пользой. Возвращаемся к пункту №1 — об определении аптечной организации.

№4. МАРКЕТИНГОВЫЕ БОНУСЫ — ОТМЕНИТЬ, ОГРАНИЧИТЬ, ОТРЕГУЛИРОВАТЬ?

Внимание к аптечному маркетингу — результат действий не только и не столько законодателей. С письмом о вреде маркетинговых соглашений в Государственную Думу обратилась одна из профессиональных фармацевтических ассоциаций.

А теперь мнения разделились: ряд экспертов — многие из которых представляют крупные аптечные сети — полагают, что именно маркетинговые бонусы помогают снизить цену на лекарство.

С этим не поспоришь.

С другой стороны, уменьшить цифры на ценниках без маркетинговых соглашений и при этом не навредить аптеке и пациенту все-таки возможно. Если, например, дать аптечной организации определенные льготы и субсидии. Вновь возвращаемся к предложению №1.

У маркетинга немало не только сторонников. На региональных аптечных конференциях нередка ситуация, когда 90 из 130 руководителей аптек "говорят" контрактам с фармкомпаниями решительное "нет". Их опыт показывает: явление не помогает работе провизора и фармацевта. Все с точностью до наоборот.

С этим также не поспоришь — маркетинговые бонусы нередко вкладываются игроками аптечного рынка не в пациента, а в конкуренцию. И чем крупнее сеть, тем сильнее она ощутит отмену или ограничение маркетинговых соглашений.

Как замечает юрист Татьяна Ларина: "Предполагаем, что недополученные аптечными сетями средства могут в итоге компенсироваться иным способом, и формальный запрет будет формально законным образом обойден. В частности, законодательством не запрещается заключать возмездные контракты на консультационные/информационные услуги, услуги по обучению и т.д. между производителем и аптекой. Полагаем, что впоследствии рынок придумает законную альтернативу маркетинговым бонусам, которую в итоге на практике будет сложно отследить даже регулятору.

Помимо прочего, также следует учитывать, что от введения указанного ограничения маркетинговых бонусов выиграют больше производители дорогостоящих оригинальных препаратов (как правило, иностранная фарма), которые, как и российские производители более дешевых лекарственных средств, получают одинаковый порог процентного ограничения маркетинговых бюджетов, что в абсолютных цифрах может поставить первых в более выгодное положение".

№5. ТРИ К ОДНОМУ, ИЛИ О КВОТЕ ДЛЯ ОТЕЧЕСТВЕННОГО ПРОИЗВОДИТЕЛЯ

На одно зарубежное лекарство в аптеке должно приходиться три отечественных того же МНН. К чему приведет такая норма, если будет внедрена?

Дадим слово эксперту–аналитику Николаю Беспалову: "Непонятно, почему аптеку, которая не имеет производственных компетенций, предлагается наказывать за отсутствие товаров в нужной пропорции. Если товара нет у поставщиков — а у поставщиков его нет потому, что он не производится физически — виноватой окажется аптека? Почему кто-то диктует организации, сколько ассортиментных позиций нужно иметь в наличии? Может быть, аптека не может себе позволить держать 4 аналога одного и того же препарата. Особенно, если речь идет о дорогостоящих лекарствах...

Требования об изменении структуры ассортимента аптека выполнить будет не в состоянии. Поэтому наказывать можно будет любую организацию. В итоге появится дополнительный источник поборов (в т.ч. коррупционных) для контрольных органов, фактически — еще один налог, который, естественно, скажется на рентабельности аптечной деятельности и приведет к росту цен для рядовых потребителей-пациентов".

Развивать национальную промышленность важно и необходимо. Но не в ущерб же доступности лекарства. И, как замечает совладелец фармацевтического завода "Озон" Виталий Алейников, "дискриминация отечественного производителя чувствуется сегодня скорее со стороны пациента. Что скрывать, многие из нас стремятся приобрести лекарство наиболее дорогое и "наиболее импортное".

И если "импортные" препараты вдруг исчезнут с полок или превратятся в "дефицит" — найдется масса "коммерсантов", которые станут продавать их страждущим "из–под полы". Разумеется, не всегда подлинные лекарства и не всегда с соблюдением условий хранения...

Что может в такой ситуации сделать регулятор? Огромное количество проблем для национальной фармацевтической промышленности создает действующая методика ценообразования на препараты перечня ЖНВЛП. Фактически зарубежный производитель получил преференции, а отечественный — строгие условия выживания.

В нормативно–правовых корректировках нуждается и система маркировки, и процесс государственной регистрации лекарственных средств.

Что касается пациента — необходима всеобщая программа повышения фармацевтической грамотности. Когда человек сможет разбираться в составе лекарственного препарата и противопоказаниях, он не будет полагаться на одно лишь "импортное происхождение" как "гарантию" эффективности и качества. Однако выбор препаратов станет для него проще и понятнее.

А горячие споры вокруг весьма спорного предложения об аптечном ассортименте могут дать любопытный побочный эффект: любая, даже однозначно здравая инициатива о поддержке и развитии отечественной промышленности столкнется с удесятеренным сопротивлением.

№6. ДАЛЬНИМ РАЙОНАМ ТОЖЕ НУЖНЫ АПТЕКИ

Предложение обязать аптечные сети открывать аптеки в "коммерчески непривлекательных районах" вызвало бурю возмущения. Кто — особенно в сложной экономической обстановке — стремится работать "в минус"?

Однако можно задать и другой вопрос: кто почувствует себя в безопасности, если заболел, а до ближайшей аптеки сотня километров?

"Основные направления социальной деятельности некоммерческих аптек, как правило, неприбыльны и малопривлекательны для бизнеса (выдача лекарств по льготным рецептам, отпуск спецпрепаратов, изготовление лекарств)", — констатирует директор компании–дистрибутора "Интер–С Групп" Настасья Иванова. Однако инициативу об обязательном открытии аптек в малонаселенных районах эксперт считает полезной. Чтобы идея была еще и жизнеспособной, аптечным организациям будут нужны меры поддержки.

Фармацевтическую помощь — при условии получения лицензии, имея даже обязательный минимальный ассортимент — смогут оказать и фельдшерско-акушерские пункты. А некоторые региональные сети уже предлагают свои способы решить проблему доступности лекарства вдали от крупного города.

"Еще несколько лет назад "Вита Плюс" выступила с инициативой о создании федерального проекта "Авто–аптека". Мы предложили оборудовать автомобиль по всем аптечным требованиям и стандартам, посадить за руль специалиста с фармацевтическим образованием, который сможет, передвигаясь по малым населенным пунктам, обеспечить жителей данных мест всеми необходимыми лекарственными средствами, — рассказывает генеральный директор аптечной сети Жан Гончаров. — Если данная инициатива будет поддержана — мы готовы начать пилотный проект на территории нашего Ставропольского края".

Резюмируем сказанное выше. Рынок следует за прибылью и маркетингом. У фармацевтической помощи как части здравоохранения — несколько иные задачи.

"В «техзадании" есть неплохие инициативы — как например, развитие муниципальных аптек в труднодоступных населенных пунктах или разработка системы снабжения граждан лекарствами через фельдшерско–акушерские пункты. И думаю, это правильно, — подводит итог Светлана Кошелева. — Поскольку без поддержки государства в данном вопросе не обойтись — усилиями коммерческого фармрынка эту задачу не решить". Как и многие другие.

Ведь аптека по сути своей — социальный объект. Здесь совпадают потребности пациента, взгляд законодателя и позиция профессионального сообщества.

Документ под названием "техническое задание" вызвал бурную дискуссию и отодвинул в тень даже грядущую (с 1 января 2021 г.) отмену ЕНВД для аптек. Может быть, лучше воспринять его как один из первых шагов к решению многолетних проблем фармации?

Любое задание и дается для того, чтобы найти решение… правильное.

http://mosapteki.ru/material/osobennosti-nacionalnogo-navedeniya-poryadka-11246

Мнение эксперта: населению инициативы понравятся, а бизнесу вряд ли [ссылка]

Населению инициативы понравятся, а бизнесу вряд ли

В списке законодательных нововведений оказалось достаточно много предложений, которые можно охарактеризовать как неоднозначные. Пакет поправок уже вызвал широкую реакцию фармацевтического сообщества — и в целом, скорее, реакцию негативную.

Иванова Настасья
Директор ООО "Интер–С Групп"

Предложения депутатов укладываются в логику реализации государственной политики в фармацевтической отрасли, направленную на усиление позиций отечественных препаратов. Это и введение перечня обязательных к продаже российских лекарств по каждому МНН, и обязательство наличия не менее трех препаратов российского производства на каждый импортный препарат в рамках каждого МНН, и не менее половины площади витрин под российские препараты.

Некоторые предложения не лишены популизма и должны понравиться населению: обязательность нахождения недорогих лекарств на витрине, запрет навязывания дорогостоящих лекарств, продажи лекарств в магазинах, наличие аптек в самых отдаленных районах. А вот бизнесу все туже "закручивают гайки".

Именно аптечному бизнесу "в рамках социальной ответственности" предлагается создавать точки в коммерчески непривлекательной местности. А в аптеках — обеспечивать наличие производственных отделов. Такой социально-ориентированный подход скорее подошел бы государственным или муниципальным, но никак не коммерческим аптекам, поскольку неизбежно убыточен. Действительно, основные направления социальной деятельности некоммерческих аптек, как правило, неприбыльны и малопривлекательны для бизнеса (выдача лекарств по льготным рецептам, отпуск спецпрепаратов, изготовление лекарств).

А ограничения, касающиеся занимаемого объема рынка, затронут крупнейших игроков среди аптек и дистрибуторов. Уже сейчас предлагаемые пороговые значения превышают четыре аптечные сети и четыре фармацевтических дистрибутора. Здесь сразу же возникает «узкое» место: как будет решаться вопрос, если в регионе нет других желающих работать или у них выше цены?

Кажется очевидным, что лидеры рынка путем лоббирования либо попытаются увеличить или совсем отменить предложенный порог, или будут вынуждены обойти ограничение путем разукрупления бизнеса, разделившись на несколько мелких компаний с теми же собственниками. На наш взгляд, такое искусственное уменьшение доли лидеров ослабит конкуренцию в отрасли. А она в аптечном бизнесе достаточно велика, доходность ежегодно снижается, поэтому аптеки ищут дополнительные источники дохода: продвигают более дорогие «раскрученные» препараты, пользуются преимуществами профессиональных ассоциаций и, конечно, заключают маркетинговые контракты. Именно этот вопрос заслуживает отдельного внимания.

Действительно, аптеки заключают маркетинговые контракты, зачастую принуждая фармпроизводителей не к самым выгодным для них условиям сотрудничества. Ограничение маркетинговых бонусов — это путь к честной конкуренции, что, в первую очередь, выгодно покупателю. Правда, трудно предположить, как именно у законодателей получится нормативно ограничить маркетинговые сборы с производителей. И такие вопросы возникают практически ко всем пунктам предложенных нововведений.

Например, непонятно, для чего предлагается установить минимальный срок отсрочки платежа аптеки дистрибутору в 60 дней, когда реальные сроки оборачиваемости составляют от 80 до 90 дней. Это договор двух коммерческих сторон, вопрос отсрочки здесь является конкурентным преимуществом и в т.ч. влияет на цену препарата.

Или пункт, касающийся изменения ассортимента аптек так, чтобы на один импортный препарат приходилось три отечественных того же МНН. На наш взгляд, и это ограничение чрезмерно, поскольку нужных лекарств может не хватить. У них может не найтись аналогов и они могут быть низкого качества. Конечно, мы выступаем за поддержку отечественного производителя — импортозависимость российской фармацевтической промышленности не обеспечивает лекарственную безопасность страны. Однако нужно понимать, что делать в ситуации, когда на полке лежат три отечественных препарата и один импортный, а покупают только импортный. Следующий шаг — государственный контроль над оборачиваемостью зарубежных лекарств? Законодатели ответа на этот вопрос не дают.

В новых "правилах игры" снова предлагается составить перечень препаратов, которые можно продавать в магазинах. Дискуссии по этому поводу в государственных учреждениях продолжаются, хотя... Уже сам инициатор идеи — Минпромторг — от своего предложения отказался, посчитав, что это может нанести «ущерб интересам потребителей и системы здравоохранения».

Тем не менее в плане поправок есть предложения, которые можно считать полезными, такие как:

  • создание аптек в каждом малом населенном пункте;
  • нераспространение правил ограничения конкуренции на такие районы;
  • окончательное решение вопроса правового статуса аптечной сети и аптечных ассоциаций.

В целом, исходную редакцию документа на данном этапе можно оценить, как «сырую» и требующую дальнейшей проработки с привлечением представителей фармацевтического сообщества.

http://mosapteki.ru/material/naseleniyu-iniciativy-ponravyatsya-a-biznesu-vryad-li-11251
Комсомольская правда: куда исчезают иностранные лекарства и почему российские заменители не лечат [ссылка]

Заговор против пациентов: куда исчезают иностранные лекарства и почему российские заменители не лечат

Поддержка отечественного производителя - дело благое, но не за счет здоровья людей. Расследование "КП" По итогам прошлого года доля отечественных лекарств в госзакупках стала рекордной и достигла почти 150 млрд рублей, увеличившись в 2,5 раза за 4 года. Импортозамещение привело к тому, что уже каждое третье лекарство по бесплатным рецептам — отечественное. Фармацевтическое производство растет на 12% ежегодно и сегодня в России выпускается уже 80% наименований из перечня жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов. Это — та сторона монеты, которая всем нравится. Но есть и другая. Людям заменяют привычные импортные лекарства на отечественные аналоги (дженерики) и многие жалуются, что наши лекарства хуже. Так ли это — разберемся чуть ниже, а сначала приведем примеры наиболее распространенных конфликтов вокруг лекарств.

С ПОЛИЦИЕЙ ЗА ИНСУЛИНОМ

«Я уже много лет сижу на инсулине Базал (Германия), но в последнее время мне начали назначать другие реинсулины, и у меня от них отеки и аллергия, - рассказала «КП» Галина Григорьевна Косарецкая из села Майкопское Гулькевичского района Краснодарского края. - Я поехала в Краснодар и там прямо в присутствии врача сделала себе укол, после чего быстро покрылась сыпью. Врач сразу уколола мне супрастин и сказала: «Никаких заменителей, ни вправо, ни влево — только Базал». Врач из краевого центра написала заключение, чтобы Галине Григорьевне давали только это лекарство и выписала рецепт. Здоровье пенсионерки наладилось, но недавно в местной аптеке снова дали заменитель. Пояснили: «У нас такие закупки». «Я сейчас постоянно вызываю скорую, ну не могу я переносить то, что мне назначили, - плачет женщина. - Я позвонила на краевую горячую линию минздрава и мне сказали, что мое лекарство снято с производства. А когда я позвонила по телефону, который указан на коробочке с лекарством, там мне говорят, что никто производство не прекращал, но минздрав не закупает». «У нас есть пожилая женщина, Фаина Юрьевна Косякова, она чуть не умерла из-за того, что ей выписали не то лекарство. Мне пришлось к ней не только скорую вызывать, но и полицию», - рассказала «КП» председатель Гулькевичского районного отделения Лиги защиты пациентов Галина Кулик. Когда Косяковой поменяли привычные таблетки на аналог, она в сопровождении Галины Кулик пришла на прием к главе района и объяснила ему, что заменители дают побочное явление: ноги отнимаются. Тот обещал помочь, но время шло. Фармацевтическое производство растет на 12% ежегодно и сегодня в России выпускается уже 80% наименований из перечня жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов Фото: Михаил ФРОЛОВ Фармацевтическое производство растет на 12% ежегодно и сегодня в России выпускается уже 80% наименований из перечня жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов. «Однажды она мне звонит и говорит, что ей плохо, - вспоминает правозащитница. - И я вызвала полицию, сказала, что человек остается в опасности, а оставление в опасности — это преступление. Ребята полицейские очень правильно поступили - поехали в аптеку, под конвоем отвезли аптекаршу на склад и привезли оттуда нужное лекарство. Спасибо им, но сейчас таблетки опять заканчиваются, и Фаине Юрьевне вновь выписали заменитель. У нас проблем с лекарствами в крае нет, но есть нерасторопность и нежелание выписывать человеку то лекарство, которое ему индивидуально нужно. Проще делать поставки чего-то одного для всех». «Решение о том, назначать пациенту иностранное лекарство или отечественный аналог, принимает лечащий врач по медицинским показаниям, - сказала «КП» президент Московской диабетической ассоциации Эльвира Густова. - Часто при переходе на дженерик человек просто капризничает, в ряде случаев аналоги могут действовать на организм даже лучше оригинала. Но если самочувствие ухудшается — человек может обратиться в медицинскую комиссию при поликлинике. Когда бывает зарегистрировано, что у диабетика не психологическая реакция на новое лекарство, а реальная аллергия — комиссия принимает решение закупить для него в индивидуальном порядке тот инсулин, на котором он шел хорошо».

ЧЕМ ЗАМЕНИТЕЛЬ ХУЖЕ ОРИГИНАЛА

«При появлении импортозамещающих препаратов у нас действительно возникают проблемы с приобретением оригинала: его поставки могут прекратиться, - сказал «КП» сопредседатель Всероссийского союза пациентов, профессор Ян Власов. - Но говорить о том, что все заменители обязательно хуже, заранее нельзя. Проблема больше не в качестве дженериков, а в тотальном недоверии к ним». Причина недоверия проста. Всем известно, что основные субстанции, из которых делаются отечественные лекарства, все равно закупаются за рубежом (отечественных субстанций у нас менее 3%). При этом существует постановление правительства о том, что дженерик, произведенный в нашей стране, должен быть на 20% дешевле оригинального препарата, а следующий дженерик еще дешевле и так далее. Соответственно приходится закупать более дешевую субстанцию: в Китае и Индии. Производитель же должен денег заработать, в его уставе записано, что цель деятельности — извлечение прибыли, а не излечение людей. Поэтому получатель отечественного лекарства обоснованно тревожится, понимая, что на нем экономят. Оригиналы при внедрении дженерика никто не запрещает, но есть нюанс. «Согласно 44 ФЗ о госзакупках на аукционах выигрывает наименьшая цена, а на будущий год уже эта цена становится максимальной, по которой лекарство можно закупать, - рассказывает Ян Власов. - В итоге все заканчивается тем, что производитель, достигнув определенного дна, просто прекращает поставлять этот препарат. У нас за 2 года прекратили участвовать в аукционах 20% игроков. В аптеках на платной основе эти препараты могут оставаться, но по бесплатным рецептам граждане их уже не получат. Существует инструкция о том, что если для конкретного человека нужен более дорогой аналог, то он должен быть закуплен. Но административной машиной эта практика тормозится — чтобы не перерасходовать бюджет». В результате с тяжелейшими проблемами сталкиваются люди с практически любой онкологией, пересадкой почек, сахарным диабетом, рассеянным склерозом.

ЗАГОВОР АПТЕКАРЕЙ

Для тех, кто не пользуется бесплатными рецептами, а покупает лекарства за свой счет, импортозамещение в теории только повышает возможность выбора: на одной и той же аптечной полке должны располагаться несколько условных «аспиринов» разных производителей с обеих сторон границы. От 5 рублей до 500 рублей за упаковку. На практике это не так. - Происходит вымывание дешевых препаратов поскольку их транспортировка обходится дороже, чем производство, - говорит Ян Власов. В итоге мы получаем парадоксальную ситуацию: те, кто покупает лекарства, теряют возможность платить за отечественное, а те, кто пользуются бесплатными рецептами, не могут лечиться импортным. Конспирологи говорят и о сговоре аптечных сетей с крупными производителями, чтобы продвигать только их лекарство, и о негласном запрете на ввоз в Россию лекарств, у которых есть отечественные аналоги. Кроме того, существуют подозрения, будто власти США и ЕС давят на западных производителей лекарств, чтобы те не поставляли их в Россию. Однако эксперты в области фармацевтического рынка все это отрицают. «Никаких ограничений на поставки импортных лекарственных препаратов из-за санкций нет, хотя в середине прошлого года этот вопрос действительно активно обсуждался и в России, и в США», - сказала «КП» директор фармдистрибьютора "Интер-С Групп" Настасья Иванова. По данным аналитиков, ежегодно в России продается американских препаратов более, чем на 80 млрд. рублей. «Замена импортного аналога отечественным лекарством не всегда равноценна. Было описано 32 случая развития рецидива аритмии при переходе с оригинального амиодарона на дженерик. Но государству выгодно, когда дорогостоящий импортный препарат заменяется дешевым российским аналогом. Экономятся бюджетные средства, работают местные производства, - сказал «КП» руководитель портала Pharm-MedExpert.Ru Иван Данилов. - Что касается аптечных сетей, то они вовсе не сговариваются против иностранных лекарств. Наоборот — им выгоднее продавать дорогие препараты».

ЧТО ДЕЛАТЬ

Если нет сговора, значит главная проблема в том, что отрасль слабо урегулирована законодательно. По мнению экспертов, нужно предусмотреть возможность заключения долгосрочных договоров государства с фармацевтическими компаниями, чтобы была возможность проводить поставки без ежегодного аукциона, заменяющего качественный продукт более дешевым дженериком. Первый шаг в этом направлении предложил Минздрав на уходящей неделе. Он вынес на обсуждение проект постановления, которое зафиксирует цены на 735 жизненно важных препаратов до конца 2020 года. Вот только важно, чтобы эти цены были приемлемыми не только для покупателя, а для производителя тоже. Иначе он просто покинет наш рынок. В отношениях с аптечными сетями должны быть не только рыночные механизмы, но и госзаказ, гарантирующий наличие дешевых лекарств в каждой аптеке, либо закон об обязательном перечне препаратов, которые должны находиться на полках. И должны нести хоть какую-то ответственность врачи, если они продолжают назначать пациентам те заменители, которые вызывают негативный эффект.

Отечественные препараты стали пользоваться большим спросом у россиян

Согласно данным аналитической компании DSM Group, которая занимается мониторингом аптечных продаж в России, в 2019 году отмечается рост продаж препаратов отечественного производства. Так, в январе увеличение составило 17% в рублях и 6% в упаковках, в сравнении с аналогичным периодом минувшего года. В феврале прирост составил еще плюс 10% в рублях.

АИФ-Здоровье: как новый порядок ценообразования отразится на аптеках [ссылка]
Источник: АИФ-Здоровье

Как новый порядок ценообразования отразится на аптеках?

Новые принципы ценообразования на жизненно важные препараты «ЛекОбоз» недавно изучал с точки зрения промышленности. Но чем изменения в регулировании цен обернутся для аптеки? И что еще может повлиять на те ценники, которые видит на витринах пациент? Эти вопросы «ЛекОбоз» решил выяснить у участников аптечного рынка.

Выживание и борьба за покупателя Получат ли аптеки дополнительную маржу в результате снижения цен на препараты? Директор аптечного маркетингового союза «Созвездие» Сергей Еськин уверен, что нет, скорее, будут вынуждены бороться за выживание.

«Даст ли снижение цен дополнительную маржу аптекам? Думаю, дополнительной доходности аптеки не получат. Уже сейчас в ряде регионов появились изменения по уровню наценок на препараты списка ЖНВЛП в оптовом и розничном сегменте. Как Вы правильно догадались, не в большую сторону, – рассказывает директор аптечного маркетингового союза «Созвездие» Сергей Еськин. – Стоит отметить, что до максимальной розничной цены сегодня мало в каком регионе «дотягиваются». Конкуренция настолько жесткая, что зачастую ценообразование строится не из принципов доходности, а из принципов сохранения покупателя. И стоит учесть, что при понижении цены, даже при сохраненной наценке, сумма дохода снижается (вряд ли стоит ожидать рост объема потребления).

Нет смысла делить шкуру неубитого медведя…. Не будет её, этой самой дополнительной маржи. Аптеки закрываются из-за убыточности. Посмотрите на количество арбитражей на рынке».

Сокращение прибыли О том, что снижение цен на ЖНВЛП приведет к сокращению прибыли аптечный организаций, согласна директор по развитию аптечной сети «Лидер-Фарм» (город Кострома) Надежда Низова.

«На ЖНВЛП мы потеряем маржу по одной простой причине – если будет снижена регистрационная цена и цена поставки, то, соответственно, свой процент (а он фиксированный и высчитывается от этих показателей) мы тоже будем считать от более низких цифр, – поясняет Надежда Низова. – Естественно, что производитель будет компенсировать провал в сегменте ЖНВЛП, пока будет сумбур на рынке. Насколько он затянется, предположить не могу. Но ясно одно: если заводам станет невыгодно вкладывать в этот сегмент, они не будут этого делать».

«Новая методика не регулирует ценовые надбавки в аптеке. Их определяют региональные нормативно-правовые акты. В настоящее время не все цены на лекарственные препараты, входящие в перечень ЖНВЛП, перерегистрированы. Однако некоторые регионы (например, Краснодарский край) уже издали документы о снижении розничных надбавок на препараты перечня ЖНВЛП, что существенно ухудшит положение аптечных организаций», – комментирует исполнительный директор Ассоциации аптечных учреждений «СоюзФарма» Дмитрий Целоусов.

Переоценка за аптечный счет

Аптеки опасаются, что при пересмотре цен на препараты в сторону понижения компенсировать разницу придется именно им. И такие опасения не безосновательны.

«Мы уже однажды ощутили на себе последствия нового регулирования, – вспоминает генеральный директор аптечной сети «Аптека Фарма» (город Рязань) Александр Миронов. – Совсем недавно была снижена цена на один препарат крупной западной компании. Еще вчера мы покупали его по полторы тысяч рублей. А сегодня он появился у дистрибьюторов за 500. Остатки в аптеках мы переоценивали в минус за свой счет. Если это массово будет в подобном ключе – никаких денег не хватит».

Издержки производителей вырастут Производители лекарственных средств также не ожидают, что в результате нововведений их жизнь станет легче.

«В целом, издержки в нашей стране выше аналогичных в референтных (по новой методике) странах. Например, зарубежным производителям приходится заново проводить клинические исследования в России», – комментирует директор фармдистрибьютера «Интер-С Групп» Настасья Иванова.

Как компенсировать эти издержки? Ответ понятен. «Хотя и здесь запас прочности на исходе: конкуренция между брендами препаратов-аналогов максимальная. А потребитель-пациент становится более грамотным и информационно образованным: для сравнения цен он использует интернет-ресурсы, а провизоров просит представить дешевые аналоги, – продолжает Настасья. – Для компенсации потерь в России производитель может увеличить цены на данный препарат в другой стране. Конечно, если это позволяет конкуренция». Но…

Контроль за фармпроизводителями усилится

«С учетом сложного экономического положения населения предполагаем, что регулятор, защищая граждан, будет еще жёстче контролировать ценообразование препаратов из перечня ЖНВЛП, – отмечает коммерческий директор «Верваг Фарма» Михаил Маневич. – В частности, производителям станет сложнее пересмотреть цену лекарств на величину инфляции, а дистрибьюторов и аптеки будут контролировать чаще. Соответственно, все звенья цепи производитель-дистрибьютор-аптека будут зарабатывать на данных продуктах меньше».

Прогноз об усилении контроля может подтвердить, в частности, практика ФАС России.

Как рассказали «ЛекОбозу» в пресс-службе ведомства, в 2018 году была снижена на 32% цена на препарат Аранесп (дарбэпоэтин альфа) – лекарство для лечения анемии, вызванной онкологическими заболеваниями или хронической почечной недостаточностью. При первоначальной регистрации в нашей стране предельная отпускная цена на этот стимулятор эритропоэза составляла 66364,02 руб. Но в шести референтных странах – Греции, Чехии, Румынии, Польше, Франции и Словакии – цифра оказалась значительно меньше. Более того, в Греции она была изначально ниже (на дату регистрации в нашей стране в 2011 году). Таким образом, ФАС установила: производителем были предоставлены недостоверные сведения при регистрации препарата. При этом, чтобы сохранить присутствие лекарства и обеспечить к нему доступ пациентов, компания-производитель оперативно перерегистрировала цену, снизив её до уровня минимальной цены в референтных странах. До 45 352,70 руб.

Справедливая цена как проблематичная задача За 2018 год Федеральной антимонопольной службе удалось снизить 444 цены на лекарства. Суммы были завышены в 2–10 раз. В чем же причина такого «ценового разнообразия»?

«Стоимость одинаковых препаратов в разных странах не может быть абсолютно идентичной. Цену лекарства для потребителя формирует масса факторов. Среди них – в том числе стоимость выведения и обращения конкретного препарата на региональном рынке», – отвечает на вопрос директор по развитию аналитической компании RNC Pharma Николай Беспалов.

Регуляторные правила разных стран, конечно же, отличаются. А вслед за ними – и затраты фармкомпаний. «Естественно, у производителей есть и собственные соображения по ценовой политике, – пояснил эксперт. – Она формируется не только за счёт необходимых вложений, но и исходя из конкурентной ситуации, объёма рынка или экономической ситуации в конкретном регионе. Зачастую глобальные фармкомпании компенсируют низкую стоимость препаратов в одних странах за счёт более высокой в других. Определить достоверно справедливую цену – задача весьма проблематичная...».

Что в результате получат посетители аптек?

Если аптеки от новой методики ценообразования могут лишиться части прибыли, а фармпроизводители вынуждены будут искать способы компенсировать свои издержки, то что сулит нововведение покупателям? Возможно, снижение цен почувствуют посетители аптек?

Эксперты полагают, что цены на ЖНВЛП в аптеках, скорее всего, действительно снизятся. Однако обратной стороной такой экономии может стать исчезновение лекарств с рынка.

С 1 января 2019 года ставка НДС – самого собираемого в Российской Федерации налога – увеличилась с 18% до 20%, поднявшись на уровень 1993 года. «Но на лекарственные препараты налог остается прежним, и поэтому его повышение не должно повлиять на стоимость лекарств. Что касается БАД, изделий медицинского назначения и косметики, то цена на них увеличится, в частности, за счет роста НДС до 20%», – объясняет Михаил Маневич. Не стоит забывать и о товарах неаптечных, но тоже необходимых: значительная их часть станет дороже для покупателя.

Не первый год мы видим, как неожиданно (для пациента) покидают аптеки самые разные лекарства. Например, у компании Sopharma, официальным дистрибьютором которой является «Интер-С Групп», из пяти препаратов ЖНВЛП осталось только два. Но если вырастет курс евро, то и от этих двух производителю придется отказаться. Как прогнозирует Настасья Иванова, уже к началу 2020 года будет заметно, насколько сократится объем рынка ЖНВЛП после частичной перерегистрации цен в сторону понижения.

Ситуация с ценами ЖНВЛП непроста уже сегодня. Как отмечает редактор портала pharm-medexpert.ru Иван Данилов: «Только эта категория лекарств, в целом, по отношению к рынку дает минимальный прирост цены в течение года. По итогам 2017 года было даже зафиксировано падение на 1,8%».

Риски нового законопроекта Об обращении лекарственных средств

«Законопроект «О внесении изменений в Федеральный закон «Об обращении лекарственных средств», к сожалению, подтвердил многие опасения экспертного сообщества и дал гораздо больше вопросов, чем ответов», – заметил адвокат-партнер Московской коллегии адвокатов «Лебедева-Романова и партнеры» Тамерлан Барзиев. Конечно, документ прошел лишь первое чтение и будет корректироваться. Но некоторые риски понятны уже сейчас.

«Обязательная перерегистрация предельных отпускных цен производителей на ЖНВЛП может обернуться настоящим бедствием. Указанные сроки перерегистрации объективно слишком коротки – учитывая, что некоторым предприятиям придется провести большую работу с несколькими десятками наименований, это и вовсе недопустимо, – объясняет адвокат. – Перерегистрация – затратный процесс. И в конечном счете снижение цен на ЖНВЛП может ударить по кошельку пациента».

Кроме того, изменение цен на ЖНВЛП в таких странах, как Венгрия, Греция, Бельгия, Испания, Нидерланды, Польша, Румыния, Словакия, Турция, Франция, Чехия, и в стране производителя будет обязывать предприятие снижать цену и в России (ведь, согласно методике, она не должна быть выше, чем самая низкая в приведенном списке). Колебания цен неизбежны. Значит, придется каждый раз «опускать планку» вслед за соответствующим минимумом, обращает внимание эксперт. Ведь законопроект говорит: снижать цену можно неограниченное число раз в течение года, а повысить – только один.

Отсюда риторический вопрос: «Какой смысл развиваться на рынке, где цены на некоторые лекарства приходится уменьшать постоянно, а компенсировать это снижение за счет остальных препаратов все сложнее?»

* * *

«С точки зрения удешевления стоимости, выиграет, скорее всего, конечный потребитель – пациент. Но он же может проиграть в предложении ассортимента. Часть препаратов может стать попросту убыточной для производителя, – подводит итог Сергей Еськин. – В числовом выражении рынок однозначно не вырастет. И тут множество факторов, при этом ценообразование не будет играть ведущую роль.

А что касается аптек – им снова придется приспосабливаться. Искать новые ресурсы для выживания».

https://lekoboz.ru/farmrynok/kak-novyj-poryadok-tsenoobrazovaniya-otrazitsya-na-aptekakh

Московские аптеки: Фарма–2019 - драйверы роста заморожены [ссылка]

Подведение итогов стратегии "Фарма–2020". Старт новой программы "Фарма–2030". Новая методика регистрации цен на лекарственные средства — ее уже прозвали "моделью самых низких цен в мире". 

Неизбежность старта обязательной маркировки, и одновременно сомнения в том, что этот старт произойдет.
Что еще готовит фармации новый 2019–й?

В ЦЕНТРЕ ВНИМАНИЯ  — АПТЕКИ

Анализ ситуации в фармацевтической промышленности и производители лекарственных средств и эксперты–аналитики начинают именно с аптеки.

Первое "эхо" проблем в фармацевтической рознице, долетевшее до производителя, — это "оптимизация штатной численности", обращает внимание Татьяна Литвинова, заместитель генерального директора аналитической компании AlphaRM. Проще говоря, изменившийся спрос в аптеках заставил сокращать кадры. Именно с этих, совсем не радостных новостей начался новый 2019 год для некоторых фармацевтических предприятий. В том числе относящихся к Биг фарме.

За 2018 год динамика объема рынка фармацевтической розницы вряд ли превысит 2–2,5% в рублях. Прирост в упаковках вообще не выйдет из отрицательной зоны. Никогда еще фармацевтический рынок так не падал. "Новеллы 2018–го", как вполне обоснованно назвал законодательные акты Виктор Дмитриев, генеральный директор АРФП, создали такие линии развития фармацевтического рынка, которые не приводят к его капитализации.

Другая тенденция — "цифровизация" работы с маркетинговыми контрактами. Электронный контроль над аптечной сетью в надежде "оптимизировать" расходы на продвижение. А также предложение одной из фармацевтических ассоциаций и депутатов Госдумы законодательно отрегулировать эти самые маркетинговые контракты.
Режим жесткой экономии — стратегия неоднозначная. Довольно часто она приводит к обратному результату.

ФАРМАЦЕВТИЧЕСКИЙ ТРЕУГОЛЬНИК

Для аптеки сегодня главная фигура на рынке — дистрибутор. Для производителя — аптека. Поставщик же вживается в новую роль — роль банка (подробно о новом формате сотрудничества "дистрибутор — аптека" читайте в интервью генерального директора ЦВ "Протек" Владимира Малинникова "В аптечной рознице царит каннибализм"). И стремится действовать в полном соответствии со сценарием кредитной организации. А вот главный фактор, влияющий на фармацевтический рынок, един для всех — это цена.

В надеждах и ожиданиях три звена товаропроводящей цепочки тоже единодушны: разрубить гордиев узел аптечных противоречий в состоянии лишь один государственный регулятор. На что обращать внимание в ожидании решительных регуляторных действий?

МАРКИРОВКА + МЕТОДИКА + НДС = ?

Главный тренд — поводов для экономии будет более чем достаточно, предупреждает Николай Беспалов, директор по развитию аналитической компании RNC Pharma. Ведь это — целая совокупность экономических и законодательных факторов, заставляющих производителя поднимать цены, а покупателя–пациента — пристальнее смотреть на свои расходы.

Цены на лекарства держались почти весь 2018 год, лишь к его концу стали расти. И эта тенденция сохранится в 2019–м. Причины известны. Общие для всех отраслей: повышение ставки НДС и рост цен на зависимые от налога товары, неизбежное падение курса рубля из-за снижения цен на нефть и газ и рост цен на импорт.  Для фармации: активная фаза внедрения маркировки приведет к росту затрат фармацевтических производителей и росту цен на выпускаемые препараты.

Маркировка не только ростом затрат угрожает производителям. Внедрение пресловутого «криптохвоста» приведет к коллапсу в отрасли и к дефектуре препаратов — предупреждает Виктор Дмитриев. Кроме того, не понятно, как в такой ситуации возможно выполнение задачи «Фармы-2030» нарастить экспорт отечественных препаратов в 4 раза.

С ним согласны и предприятия — участники пилотного проекта по маркировке. Один из первых — "Герофарм" — уже апробировал криптокоды и обнаружил десятикратный рост брака (о результатах работы с криптозащитой было рассказано в августе 2018 г. на III Всероссийской GMP–конференции).

Как замечает генеральный директор "Герофарм" Петр Родионов: "В настоящее время оператор обещает уменьшить количество знаков в криптокоде, но нет понимания, на какое количество и каковы будут результаты новых тестов нанесения средств идентификации? Кроме того, у нас появится необходимость вновь отрабатывать все бизнес–процессы производства, логистики, вносить изменения в разработанное ранее программное обеспечение. Это может привести к пробуксовке проекта и невыполнению ФЗ–61 в части сроков обязательной маркировки".

Еще одно изменение озадачило фармацевтический рынок — новая методика регулирования цен, которая может привести к ситуации: цена доступна, а лекарство — нет.

Благодаря новой методике регулирования цен, дженерики в сегменте ЖНВЛП больше не могут быть дороже "оригиналов", обращает внимание Настасья Иванова, директор компании–дистрибутора "Интер–С Групп".

"Продавцам и дистрибуторам останется только договариваться с производителями о частичной и полной компенсации потерь", — прогнозирует эксперт.

"Мы также предполагаем, что новая ценовая политика может привести к тому, что некоторые препараты уйдут с рынка", — замечает Денис Богомолов, директор бизнес-подразделения безрецептурных препаратов компании Teva.

Виктор Дмитриев предлагает вспомнить одну из недавних новостей: государственная закупка нескольких лекарственных препаратов для лечения орфанных заболеваний не состоялась. Из–за значительно заниженной цены.

БЛАГОПОЛУЧИЕ — ПАРАМЕТР ОТНОСИТЕЛЬНЫЙ

По некоторым косвенным признакам можно заключить: по мнению других рынков, рынок фармацевтический чувствует себя сравнительно благополучно. Ведь не случайно 2018 г. стал годом борьбы за продажу лекарства вне аптеки, обращает внимание Тамерлан Барзиев, адвокат–партнер Московской коллегии адвокатов "Лебедева–Романова и партнеры".

По мнению юриста, законопроект об уравнивании аптеки с продуктовым магазином — пусть и был отклонен благодаря тому, что фармацевтическое сообщество на сей раз объединилось — навряд ли останется заключительной попыткой вернуться к этому вопросу. Нефармацевтический бизнес не оставит надежды получить в свое распоряжение лекарство — один из немногих продуктов, востребованных всегда, несмотря на экономические и прочие факторы.

НАЙТИ ОБЩИЙ ЯЗЫК С АПТЕКОЙ

Анализ вопросов фармацевтического рынка все чаще переходит на вопросы аптечные. И дело не только и не столько в маркетинге.

Аптека — главный партнер производителя, подчеркивает Денис Богомолов. У промышленности и розницы общая задача — понять своего покупателя-пациента. Который в силу не совсем доступной медицины также старается понять аптеку и производителя, тщательно изучая цены, инструкции и нормативные акты.

Поэтому фармацевтическая индустрия должна быть всегда в диалоге с аптечной сетью, но речь опять же не о маркетинге, а об оперативном предоставлении информации. Полной и точной информации о препаратах.

Должна ли фарма стремиться найти общий язык с аптекой?

Ответ не вызовет сомнений, но попытки установить партнерские отношения, кажется, скоро станут исключением, а не правилом.

Кто–то из производителей предпочел строжайший электронный контроль, забывая о том, что "несовременные" ныне визиты медицинских представителей способны принести значительно большие результаты.

НОРМАТИВНЫМ РЕГУЛИРОВАНИЕМ ПО МАРКЕТИНГОВЫМ СОГЛАШЕНИЯМ

Национальная ассоциация производителей фармацевтической продукции и медицинских изделий направила заместителю председателя Госдумы Сергею Неверову письмо с просьбой обратить внимание коллег–законодателей на аптечный маркетинг. Именно он, по мнению ассоциации, мешает развитию фармацевтической промышленности.

Вроде бы все логично. И Сергей Неверов переадресовал просьбу Президенту России Владимиру Путину, заметив, что та прибыль, которую можно было бы реинвестировать в производство, оседает в карманах руководителей аптечных сетей.

Депутаты готовы предложить проект нормативного акта, чтобы законодательно отрегулировать маркетинговые соглашения между аптечной организацией и фармацевтическим производителем.

ЛЬГОТНЫЕ ЛЕКАРСТВА ЗАПРЕТЯТ ЗАКОНОМ?

Законодательные меры, ограничивающие рентабельность аптеки, неминуемо "отрикошетят" по пациенту и производителю. Вот, например, еще один "сугубо аптечный" вопрос. Проект Федерального закона №550426–7, устанавливающий запрет на создание и осуществление деятельности унитарных предприятий, — один из самых "чувствительных" на сегодня, объясняет депутат Госдумы, член Комитета по охране здоровья Валерий Елыкомов. Унитарные предприятия, ГУПы и МУПы — это, в первую очередь, некоммерческие аптеки. Те, которые выдают пациентам льготные лекарства, готовят экстемпоральные препараты по индивидуальным рецептам. В некоторых городках и поселках это — единственные аптечные учреждения.
Запрет на ГУПы и МУПы в аптечной рознице — по сути, запрет на льготное лекарственное обеспечение.

"ФАРМА–2020": УСПЕХ, НЕСМОТРЯ НА КРИЗИС

К регуляторным решениям принято относиться критически. С этой точки зрения стратегия развития фармацевтической промышленности "Фарма–2020" — явление уникальное. С 2009 г. за чрезмерно амбициозные и, казалось бы, недостижимые цели ее не критиковал только ленивый, вспоминает Настасья Иванова. Тем не менее за десять лет удалось привлечь рекордные инвестиции для модернизации существующих производств и строительства десятков новых.

Отечественная фармацевтическая промышленность, чудом выстоявшая в эпоху девяностых, в 2010–е стала расправлять плечи. За время реализации стратегии "Фарма–2020" хорошие результаты достигнуты по таким нозологиям, как противотуберкулезные препараты, сердечно–сосудистые заболевания, онкология, ВИЧ–инфекции, сахарный диабет, сообщает Владислав Шестаков, директор Государственного института лекарственных средств и надлежащих практик.

В рамках госпрограммы на рынок уже вышли три отечественных инновационных препарата — для лечения гепатита С, сахарного диабета второго типа и ВИЧ–инфекций. Конечно, сведения официальных источников чаще всего подвергают самой строгой критике. Однако об успехах "Фармы–2020" говорят не только регуляторные органы, но и сами производители. Нередко — по факту открытия новых заводов и разработки новых препаратов.

Сегодня профессионалы отрасли готовы принять самое активное участие в составлении новой стратегии "Фарма–2030". И даже задача вчетверо увеличить экспорт лекарственных препаратов уже не кажется им нереальной. Промышленность оказалась услышанной, и теперь предлагает решения.

НОЛЬ ДРАЙВЕРОВ РОСТА VS ПРОРЫВ В РАЗВИТИИ

С одной стороны, в лекарственной части отечественной системы здравоохранения все известные ранее драйверы роста оказались заморожены, констатирует Олег Фельдман, управляющий директор Ipsos Comcon (сервис–линия Healthcare в России). С другой, даже если программа "Фарма–2020" достигла чуть меньших результатов, чем ожидалось, — промышленность все равно совершила серьезнейший шаг вперед. Дальнейшему развитию препятствует ряд сложившихся противоречий.

Вернемся к новым правилам ценообразования. Снижение цен на лекарства до убыточности их производства обусловлено благим намерением — сделать лечение доступным для человека.

Как замечает начальник Управления контроля социальной сферы и торговли ФАС Тимофей Нижегородцев: "Новая методика заключается в переходе с затратного метода на индикативные параметры. Раньше цены устанавливались производителями на основе анализа себестоимости, что было неточно, трудоемко и не исключало коррупционных рисков.

Сегодня правила вводят расчет на основе объективных индикаторов, которыми нельзя манипулировать. Это позволяет сформировать более прозрачную и необременительную систему ценообразования. Прежде всего, речь идет о сравнении цен препаратов, зарегистрированных в России, с их ценами в референтных странах".

Следует отметить, что сократился и сам перечень референтных стран. Теперь их 12. Из него исключили страны с устойчиво высокими ценами и нестабильными системами ценового регулирования.

Новые правила призваны положить конец и некоторым маркетинговым уловкам производителей. Например, нельзя будет продавать один и тот же препарат по разной цене лишь потому, что он по–разному расфасован.

Исключение составляют случаи, когда минимальный уровень цен референтного препарата на различные формы выпуска в других странах отличается больше чем на 10%.

Законопроект о пересмотре более 30 тыс. цен на ЖНВЛП уже прошел первое чтение в Государственной Думе.

ФАРМОТРАСЛЬ НА ДВУХ СТУЛЬЯХ

Риски ценообразования на лекарственные препараты — как новой методики, так и предыдущих — во многом связаны с неоднозначным положением аптеки, производителя и отрасли в целом. Неслучайно в августовском номере МА 2018 г., посвященном государственному регулированию на фармацевтическом рынке, эксперты сравнивали фармацию с кентавром. Ведь она, действительно, вынуждена сочетать несочетаемое. Как замечает Виктор Дмитриев, стоит все-таки определиться: фармацевтика — это рынок или регулируемая система лекарственного обеспечения? Зарегулированность ее создает больше проблем, чем возможностей.

"Прогнозы на 2019 год, к сожалению, уже не лежат только в аналитической плоскости, — подводит итог Олег Фельдман. — Главные ожидания связаны с регуляторными решениями. Прежде всего, с решением самого важного вопроса — создания системы возмещения затрат населения на приобретение лекарственных средств, направленной не на снижение затрат, а на увеличение продолжительности и улучшение качества жизни. И здесь прогноз скорее отрицательный".

Лекарственное возмещение — вот что сможет разрубить "гордиев узел" нерешенных проблем фармацевтики. При условии грамотного подхода, конечно. Второй вариант — резкое изменение доходов населения в положительную сторону... И то, и другое пока из области ожиданий.

Московские аптеки: Дженерики не смогут быть дороже "оригиналов" [ссылка]

Прошлый год с точки зрения бизнеса был непростой: он был насыщен событиями, многие из которых можно смело назвать ключевыми для отрасли.

Иванова Настасья Директор ООО "Интер–С Групп"

Несмотря на нестабильность валютного курса и общей макроэкономической ситуации, фармотрасль даже в условиях кризиса показала положительную динамику.

Подведены предварительные итоги, на наш взгляд, достаточно успешной для рынка стратегии "Фарма–2020", которую с 2009 г. за чрезмерно амбициозные и, казалось бы, недостижимые цели не критиковал только ленивый. Тем не менее за десять лет удалось привлечь рекордные инвестиции для модернизации существующих производств и строительства десятков современных фармзаводов, что значительно укрепило позиции отечественных лекарств на российском рынке.

В первую очередь речь идет о т.н. трансфере технологий — активной локализации зарубежных фармпроизводителей в России (по данным экспертов, с 2013 г. 78 иностранных компаний локализовали свое производство, а за последние десять лет международные инвестиции в российскую фармотрасль составили более триллиона рублей). Документ «Фарма-2030» логично продолжает намеченный курс: от запуска фармпромышленности до перехода на инновационный путь развития и усиления экспорта российских лекарств, при этом продолжая снижать зависимость нашего рынка от импорта и активно поддерживая местных производителей.

Новая стратегия, безусловно, будет доработана, в нее необходимо внести предложения по поддержке российских фарминноваций, по введению лекарственного страхования, по защите интеллектуальной собственности, а также по обеспечению большей доступности современных препаратов для населения.

Не менее важным событием 2018 г. стало оперативное введение глобального проекта маркировки медикаментов. Он уже затронул деятельность более 12 тыс. компаний, позволяя отслеживать около 20 млн упаковок лекарств. Проект продолжается, при этом сама процедура маркировки будет гарантированно усложнена необходимостью дополнительной криптозащиты. И как бы ни относились к этим нововведениям, все они направлены на усиление борьбы с лекарственным контрафактом.

В конце года были приняты новые правила и методика регистрации и перерегистрации цен на ЖНВЛП. Их уже успели охарактеризовать как "модель самых низких в мире цен на лекарства". Действительно, прогнозы говорят о том, что цены на важнейшие препараты в текущем году могут снизиться. Согласно методике, при регистрации (или перерегистрации) новой цены ФАС России будет проводить анализ цен на данный медикамент за границей, и, в случае если в одной из 12 стран произошло снижение цены на референтный препарат, производителю придется снижать свою цену и в России.

Таким образом, новые правила основаны на принципах референтного ценообразования, и теперь дженерики не смогут оказаться дороже оригинального препарата. Продавцам и дистрибуторам останется только договариваться с производителями о частичной или полной компенсации потерь.

Что касается прошлогодних законодательных нововведений, нельзя не упомянуть об инициативе Совета Федерации, который исключил медикаменты из процедур декларирования и обязательной сертификации. А также о решении Минпромторга о 25%-ной ценовой преференции при государственных закупках производителю полного цикла (т.е. препаратов, изготовленных из отечественных фармсубстанций). Идея развития локального производства субстанций также нашла свое отражение в "Фарме–2030", поскольку направлена на импортозамещение лекарственных средств.

Интересное развитие получила и ситуация с предложением Минпромторга о введении продаж ОТС–препаратов в магазинах. В министерстве от своей идеи отказались, посчитав, что это может нанести "ущерб реальным интересам потребителей и системы здравоохранения". Так что дискуссия о том, можно ли будет продавать лекарства вне аптек (что, к слову, достаточно распространено за рубежом), вышла на новый уровень. Хотя эта ситуация никак не влияет на продолжающуюся интеграцию розничного аптечного звена с крупными ритейлерами.

Деловой Петербург: авторская колонка эксперта фармрынка [ссылка]

Авторская колонка. Настасья Иванова

Таблетки уходят в интернет. Фармпроизводителям дешевле и эффективнее продвигать продукцию в сети.

Производители лекарств не раз сталкивались с ужесточением законодательства о рекламе и ограничением возможностей для продвижения продукции. Поэтому маркетинговая активность фармпроизводителей усиливается в интернет–пространстве, где они могут продвигать медикаменты эффективнее и дешевле, чем посредством традиционных средств рекламы. Популярной остается и вирусная реклама лекарств, ролики в "пиратских" копиях кинопремьер и просто в популярных видеороликах, а также скрытая креативная реклама. Пару лет назад в интернете обсуждали применение мази, якобы обладающей свойствами светового фильтра, в качестве средства для маскировки госномера автомобиля от камер видеофиксации нарушений ПДД.

Несмотря на все законодательные ограничения, до сих пор более 2/3 бюджета на продвижение направляется на оплату работы медицинских представителей и опосредованную работу с врачами и провизорами (прямое взаимодействие фармкомпаний и медработников запрещено законом). Для фармпроизводителя этот момент ключевой, так как, согласно исследованиям, почти половина пациентов покупают препарат определенной торговой марки, исходя только из устных рекомендаций медработников.

Даже замотивированные фармкомпаниями врачи могут советовать препараты конкретного производителя только устно. По общему правилу в рецепте может быть указано только международное непатентованное название без градации по торговым наименованиям (исключение возможно, если пациент не переносит определенные лекарства). Так что выбор за пациента фактически сделает работник аптеки. А на его выбор повлияет фармкомпания, которая заключила с аптекой маркетинговый договор. Производители готовы предоставлять аптекам эксклюзивные условия, заключая договоры на 20–40% возврата стоимости от проданных упаковок "своих" препаратов.

Производители все чаще используют технологии удаленного доступа для взаимодействия с медиками, в числе которых — общение на вебинарах, обсуждения в специализированных блогах и на форумах, коммуникации в соцсетях, а также индивидуализированные рассылки. Электронные способы взаимодействия с медперсоналом дают лучшие результаты — это максимальный эффект при адекватных расходах, практически неподконтрольный надзорным ведомствам.

Существуют сложности с реализацией препаратов в госучреждения. Это связано с особенностями проведения конкурсов и способами закупок лекарств — не самыми простыми и открытыми процедурами, порой с отсрочкой платежей или негарантированными платежами. Для многих компаний–производителей контрактная система госзакупок перестала быть привлекательной. Им стало выгодно инвестировать в препараты против хронических заболеваний и продвигать лекарства, которые без ограничений стоимости будут реализовываться на коммерческом рынке через аптеки.

Настасья Иванова, директор фармдистрибьютора "Интер–С Групп"

https://www.dp.ru/a/2019/01/14/Tabletki_uhodjat_v_internet

Московские аптеки: О фармации на пороге постмаркетинга [ссылка]

Маркетинговые соглашения для сегодняшней фармации считаются спасательным кругом, средством выживания, способом сохранить аптеку и тем самым доступность лекарства для пациента.

Но в ближайшее время взаимоотношения между производителями и аптеками будут меняться. Что же на самом деле может маркетинг, и насколько он полезен и безвреден в действительности?

Маркетинговые контракты между аптеками и фармацевтическими производителями стали одним из средств выживания аптек. Прибыльность аптечной розницы все меньше зависит от торговой наценки. Бэк-маржа (различные выплаты производителя аптеке за ее услуги) сейчас составляет порядка 60–70% прибыли аптечной розницы. Без нее развиваться аптека не сможет, считают некоторые эксперты фармацевтического рынка. И, как следствие, зависимость аптек от фармацевтических производителей переходит на новый уровень и тотальный контроль — проект маркетингового аудита PharmCheck планирует ежедневно проверять данные с аптечных онлайн–касс. Оператором проекта выступило коммуникационное агентство RxCode.

КОМУ НУЖЕН PHARMCheck?

Видимо, фарминдустрии. И инициатору проекта. И родному здравоохранению. Идея тотального мониторинга аптечных продаж давно витает в воздухе, которым дышит система здравоохранения. Заставить коммерческий сектор аптечной розницы передавать данные продаж для ведения государственного мониторинга — задача невыполнимая. А «подъехать» к аптекам со стороны производителя, обеспечивающего рознице 60–70% прибыли, вполне осуществимый способ. Всеобщий мониторинг движения лекарств в процессе обязательной маркировки довольно сложен и затратен, и вот опять он отложен.

А вложения производителей в аптечный маркетинг, как бы велики они ни были, окупаются — все закладывается в цену лекарств и в конечном счете оплачиваются покупателем — посетителем аптеки. Именно поэтому, производители, тщательно следящие за своими расходами и минимизирующие их, не скупятся на маркетинговые соглашения — в 2018 г. фармацевтическая индустрия вложит в них 40 млрд руб.

"Эта статья расходов производителя — самая быстрорастущая", — сообщает Денис Вязников, директор RxCode.

В 2015 г. сумма едва приближалась к отметке в 20 млрд. В 2017–м — преодолела планку в 30. Причины очевидны, масштаб понятен.

Аптечная розница довольно скептически относится к "маркетинговому аудиту" со стороны производителей на предмет соблюдения договоренностей. "Для начала неплохо бы начать правильно фиксировать эти договоренности. Очень многое остается на уровне взаимозачетов, бартеров, устных соглашений", —считает Виктория Преснякова, исполнительный директор СРО АСНА.

Небольшие сети и единичные аптеки не допускают зависимости своего бизнеса от фармацевтических производителей. "Конечно, маркетинг помогает увеличить доходы, но… не безвреден для аптеки. И нельзя его расценивать как главную и единственную «гарантию выживания", — уверена Татьяна Коваленко, генеральный директор аптечной сети "Фармакон–Раменское".

Некоторые крупные аптечные сети считают, что внедрение онлайн–касс гарантирует некоторую прозрачность отношений аптека — производитель, но не является исчерпывающим в них. Например, аптечная сеть "Ригла" считает, что это не единственный инструмент подобного рода: к примеру, в аптечной сети действует портал производителя, где партнеры могут ознакомиться со всей интересующей их информацией, включая сведения о продажах.

"Кроме того, мы готовимся к тому, чтобы поставлять производителю данные о продажах от ОФД (оператора фискальных данных). Однако хочу подчеркнуть, что эту работу мы будем вести самостоятельно, без помощи агрегаторов, основываясь на наших взаимоотношениях с каждой конкретной производственной компанией", — сообщает Александр Филиппов, генеральный директор аптечной сети "Ригла".

И, наконец, один из острых вопросов намечающегося нововведения — как защитить данные о лекарственном средстве и лечении, чтобы аналитика для фармацевтического предприятия не обернулась личной катастрофой для пациента.

КОНТРОЛЬ КЛИЕНТОВ АКТУАЛЕН ДЛЯ ВСЕГО ФАРМРЫНКА

"Насколько партнеры выполняют наши договоренности? Этот вопрос мы контролируем силами медицинских представителей. Результативность акций оцениваем, исходя из темпов прироста продаж и доли рынка компании в своем сегменте, — рассказывает Виктория Прошутинская, директор департамента продаж АО "Нижфарм" (группа STADA). — Аудит — обязательный элемент наших взаимоотношений с клиентами. Он помогает не только компании, но и самим аптечным сетям выявлять ошибки в "настройках бизнеса". И тем самым приводит к совместному увеличению товарооборота".

"Вопрос контроля контрагентов актуален для всего рынка, но единое решение пока не выработано. Сегодня мы пользуемся аналитикой отчетов как от самой аптечной сети, так и от поставщиков, чтобы быть максимально уверенными в прозрачности "движения" наших препаратов", — считает Яна Ростовцева, управляющий директор компании "Сервье" в России.

ИЗУЧЕНИЕ ПАРТНЕРА ДОЛЖНО БЫТЬ КОМПЛЕКСНЫМ

"Мы работаем с аптечными сетями как по прямым договорам, так и по маркетинговым. При этом, конечно, для нас критичны принципы работы — нам важно, чтобы аптечная сеть вела свою деятельность максимально прозрачно, — делится опытом Павел Чистяков, директор по коммерческим операциям и управлению доходами компании "Санофи". — Важно, чтобы она обладала понятной стратегией развития. Чтобы у нее была внедрена система отчетности с возможностью предоставлять нам отчеты о проделанной работе, о продажах в утвержденном нашей компанией формате. В оценке результативности маркетинговых акций мы применяем комплексный подход: изучаем ее как на основании отчетов, которые предоставляет контрагент, так и на основании результатов собственных аудиторских визитов".

Преимущество комплексного подхода в получении информации из разных источников и возможности ее сопоставить.

А принцип прозрачности — не только в соблюдении договоренностей, но и в четком понимании аптечной сетью собственных ценностей и планов на будущее.

GPP КАК ОБЯЗАТЕЛЬНОЕ УСЛОВИЕ МАРКЕТИНГА

"Сегодня у нас стабильное число партнеров, т.к. наш приоритет — не количество, а высокое качество. К выбору мы относимся взвешенно и тщательно. Для нас крайне важна прозрачность работы той или иной аптечной сети, поэтому портфель контрактов остается относительно постоянным на протяжении уже более 5 лет, — комментирует участник Темы номера Яна Ростовцева. — Мы сотрудничаем с аптечными сетями по всей России. Главные принципы при выборе — это федеральный охват, широкая представленность в регионах, стабильность и прозрачность партнера. Наши партнеры должны обладать высоким уровнем эффективности в управлении бизнес–процессами, иметь категорийный менеджмент и собственные программы продвижения продуктов, предоставлять валидную отчетность и быть юридически прозрачными. Для нас как для компании, следующей принципам комплаенса, все эти аспекты крайне важны".

Единственный параметр, который аптека не всегда может (и не всегда должна) изменить, — это параметр географический.

И вновь производителю необходима не только прозрачность. В числе главных ценностей — умение эффективно работать самостоятельно, не рассчитывая на «спасательный круг» в виде подготовленной производителем маркетинговой стратегии.

Аптеки, которые нужно "спасать", могут поставить на грань выживания и крупнейшую фармацевтическую компанию.

Кстати, принципиальное условие взаимодействия с аптечными сетями для "Сервье" — строгое соблюдение стандарта GPP.

В ПРИОРИТЕТЕ — ДОСТУПНОСТЬ

Эффективность работы компания оценивает по двум ключевым показателям: обеспечению максимальной доступности препаратов и объему продаж через конкретную аптечную точку.

"Сегодня мы пользуемся аналитикой отчетов как от самой аптечной сети, так и от поставщиков, чтобы быть максимально уверенными в прозрачности "движения" наших препаратов, — рассказывает Яна Ростовцева. — Мониторинг достигнутых договоренностей с аптечными сетями — всегда в фокусе нашего внимания. У нас высокопрофессиональная команда медицинских представителей, которые работают с аптеками на предмет соблюдения маркетинговых соглашений".

ВЗАИМООТНОШЕНИЯ ПРОИЗВОДИТЕЛЬ — АПТЕКА БУДУТ МЕНЯТЬСЯ

"Заключение маркетинговых контрактов, регулярное проведение маркетинговых мероприятий становится для аптек одним из основных факторов выживания. Такие контракты могут занимать до половины прибыли аптечной сети, при среднем портфеле в более чем 20 компаний–производителей, — констатирует Настасья Иванова, директор компании–дистрибутора "Интер–С Групп". — Не секрет, что далеко не все аптеки строго выполняют условия такого контракта. Летом этого года один из европейских фармацевтических производителей даже сообщил о приостановлении на несколько месяцев своих маркетинговых договоров со всеми аптечными сетями в России, что вызвало в аптечном сообществе понятное беспокойство".

Эксперт предупреждает: единичный (пока) случай говорит о том, что взаимоотношения между аптекой и производителем ждут перемены. Причем в самое ближайшее время.

ЖИЗНЕННЫЕ ЦИКЛЫ ФАРМАЦЕВТИЧЕСКОГО РИТЕЙЛА

Интересны прогнозы, сделанные в рамках деловой программы выставки "Аптека–2017" в декабре минувшего года. Тогда руководитель Всероссийского единого содружества независимых аптек (ВЕСНА) Александр Фридман заметил: новейшая история фармации имеет определенную цикличность.

На заре становления рынка решающую роль играет дистрибутор. Проходит время, в исторических масштабах весьма незначительное, и на ответственный пост "главного для ритейла" приходит фармацевтический производитель. Но и его "руководящее значение" не вечно.

Меньше десятилетия понадобилось, чтобы вдохновение от новых инструментов сотрудничества сменилось пренебрежительным — "фармацевтической компании без денег в аптеке делать нечего". А это, с горечью подчеркнул Александр Фридман, уже не эволюция, а деградация.

Сегодня "бразды правления", казалось бы, в руках аптечных сетей. Крупный фармацевтический ритейл, на первый взгляд, решает все.

Но и эта "эпоха" близится к завершению. Еще года два–три и руководство фармацией примет... Его Величество Пациент. А пока он оплачивает затраты производителя на маркетинг, в среднем это составляет 40–60% себестоимости того или иного продукта для потребителя–пациента.

МАРКЕТИНГ — НЕ ГЛАВНАЯ И НЕ ЕДИНСТВЕННАЯ СТРАТЕГИЯ

"Программы лояльности, эксклюзивные контракты с уникальными условиями, ретро–бонусы, закрывающие издержки, снижение затрат за счет совместных рекламных кампаний — все это с успехом работает. В фарминдустрии все больше "включаются" механизмы, которые вчера еще были характерны только для FMCG", — констатирует Виктория Преснякова, исполнительный директор СРО АСНА.

Аптека, несмотря ни на что, старается оставаться аптекой: многие из экспертов Темы номера отметили, что не считают маркетинг ни главной, ни единственной стратегией.

Как подчеркнул, например, генеральный директор аптечной сети "Аптека Фарма" из Рязани Александр Миронов: "Сегодня чистая прибыль нашей аптечной сети на 70% состоит из маркетинга. Но, отказавшись от него полностью, мы не потеряем все эти 70%. Просто мы выбрали, что с маркетингом на данном этапе удобнее. И приняли решение: в этом году держать доходность на таком уровне... Тот, кто строит крепкий бизнес, должен думать о будущем. И иногда — да, упустить сиюминутную выгоду ради построения крепкой основы".

В качестве тактического хода маркетинг — не такой сложный инструмент для аптеки, считает эксперт. Да, определить выбор покупателя–пациента фармацевту несложно. Да, пережить трудные времена бэк–маржа помогает, но важно помнить о "сроке годности" экстренных мер.

КОГДА МАРКЕТИНГ ПРОТИВОПОКАЗАН

"Парадоксально, но именно отсутствие жестких рамок маркетинговой программы позволило нашей аптеке выжить в трудные времена, самостоятельно управляя такими важными критериями, как наценка, ассортимент, стандарты обслуживания за первым столом, — вспоминает Елена Неклюдова, заведующая аптечным пунктом ООО "ФармГранд". — Наличие маркетинговой программы оказывает на аптечную конкуренцию влияние двоякое: с одной стороны, в плюс аптеке — возможность дать более привлекательные цены своим покупателям, с другой стороны, минус — неизбежные отказы по лекарствам, не входящим в маркетинговую матрицу, неспособность удовлетворить спрос клиента".

Итак, главное условие для выживания аптеки — возможность самой "держать штурвал" и выбирать курс.

А те условия маркетинговых соглашений, которые не прошли проверку на реализуемость, незаметно превращаются в оружие конкуренции. И не всегда выиграет тот, кто взял больше...

"Маркетинговые соглашения выполнимы, когда аптека берет на себя выполнимые обязательства", — обращает внимание Александр Филиппов.

Есть такая категория договоров, которые в принципе выполнимы, но... только при условии органического роста, открытия новых точек. Преждевременное расширение для аптечной сети опасно.

КАК ВЫЖИТЬ БЕЗ МАРКЕТИНГА

"Как выжить без маркетинга или при резком сокращении его объемов? Нужно быть рыночной компанией, которая работает в приоритете на фронт–маржу и не живет на средства производителей, выделяемые на маркетинговые мероприятия, — делится опытом Акоп Варпетян, директор по развитию аптечной сети "36,6–Здоровье" из Твери. — Нужно уметь работать с плавающей шкалой наценки, а также с эксклюзивными товарами, СТМ и УСТМ, товарами дня, и, конечно, выстраивать грамотный ассортимент.

Многие крупные игроки на фармацевтическом рынке устроены по принципу "пирамиды" (только нового формата, маркетингового) и при перекрытии кислорода могут обрушиться как карточный домик. А это не раз уже наблюдалось на рынке — даже без принятия радикальных мер".

Иными словами, чрезмерные надежды на маркетинг — мина замедленного действия. И она способна в любой момент "поднять на воздух", казалось бы, процветающую аптечную организацию.

Крупная аптечная сеть вполне может обойтись без маркетинговых соглашений с производителями. "Повысить рентабельность большой сети сейчас возможно через развитие собственной торговой марки (СТМ) или условной собственной торговой марки (УСТМ). Это единственный на сегодня механизм, позволяющий сетям не зависеть от производителей и их дополнительных бонусов", — уверена Валерия Солок, директор проекта "Здоровье" розничной сети "Магнит".

О ЧЕЛОВЕКЕ И РЕГУЛЯТОРИКЕ

Опыт экспертов Темы номера показывает: маркетинговые соглашения эффективны не как самостоятельный инструмент, но как часть комплексного подхода. Контроль за выполнением соглашений уже существует и в электронном виде. Фарминдустрия без аптечного маркетинга должна будет ориентироваться на спрос, а не на потребность реализовать свой имеющийся продуктовый портфель, пытаясь акциями заставить покупателя купить препарат.

Что касается выживания и развития аптек, ряд участников Темы номера видит спасение в регуляторных мерах. Квотирование аптек. Обязательное фармацевтическое образование для собственника аптечной организации. Равные, установленные законом, возможности конкуренции.

Что касается бэк–маржи — долго ли может оставаться главным лекарством препарат для симптоматического лечения?

Как заметила генеральный директор раменской аптечной сети "Фармакон" Татьяна Коваленко: "Отсутствие маркетинговых программ или их сокращение нас не очень пугает. Если для всех будут равные условия, профессионалам станет легче.

Ценовая конкуренция развернется уже не в таком объеме, как сейчас, да и количество аптечных учреждений перестанет расти в геометрической прогрессии.

Думаю, что качество фармацевтической помощи в постмаркетинговый период улучшится".

http://mosapteki.ru/material/o-farmacii-na-poroge-postmarketinga-10492

Московские аптеки: О маркетинге, маркировке и маржинальности [ссылка]

Заключение маркетинговых контрактов, регулярное проведение маркетинговых мероприятий становится для аптек одним из основных факторов выживания. Такие контракты могут занимать до половины прибыли аптечной сети, при среднем портфеле в более чем 20 компаний–производителей.

Иванова Настасья Директор ООО "Интер–С Групп"

Наилучшая схема сотрудничества заключается в создании спроса со стороны фармацевтического производителя (реклама, медпредставители, работа с интернет-аудиторией), аптека же поддерживает спрос на нужный перечень препаратов, обеспечивая их выкладку, мерчандайзинг, бездефектурное наличие.

Если не хватает собственных возможностей для развития взаимоотношений с производителем, на помощь приходит маркетинговая ассоциация. Которая поможет организовать стандартизацию бизнес-процессов, увеличить доходность за счет маркетинговых программ производителей и добиться высоких скидок, что скажется на цене товаров и рентабельности аптеки.

Кстати говоря, на маркетинговых взаимоотношениях производителя и аптеки может напрямую отразиться введение маркировки лекарств. Маркировка не только поможет выявить неэффективных продавцов, но и поставит крест на «серых» схемах выполнения маркетинговых планов, сделав продажи более прозрачными. Это относится и к решению болезненного вопроса — аудита производителями аптечных сетей на предмет соблюдения маркетинговых договоренностей.

Не секрет, что далеко не все аптеки строго выполняют условия такого контракта. Летом этого года один из европейских фармацевтических производителей даже сообщил о приостановлении на несколько месяцев своих маркетинговых договоров со всеми аптечными сетями в России, что вызвало в аптечном сообществе понятное беспокойство.

Этот, пока разовый, случай говорит о том, что в ближайшее время взаимоотношения между производителями и аптеками, объединениями аптек, будут меняться.

Безусловно, базовые факторы рентабельности для аптеки останутся неизменными, во многом зависящими от удачного месторасположения, посещаемости, ценовой политики, глубины ассортимента, товарооборота и уровня затрат. При этом в силу введения системы "электронного рецепта", а также множества онлайн–сайтов, позволяющих сравнивать цены на один препарат в аптечных пунктах, более низкая цена станет определяющим моментом (хотя в "проходных" аптеках цены на лекарства все равно продолжат повышать без сильного ущерба для рентабельности).

Интересный момент: сегодня становится все более очевидным факт расслоения аптек по объемам продаж: увеличивается число как сверхубыточных, так и сверхприбыльных аптек.

Примером последних может служить аптека из Санкт–Петербурга, которая в I полугодии 2018 г., несмотря на все сложности, показала объемы продаж в более чем 240 млн руб.

Действительно, в трудных условиях профессионализм персонала становится более заметен не по решению стандартных задач. На важные роли выходит внедрение категорийного менеджмента, создание гибких креативных систем скидок и акций, введение в ассортимент новых товаров, рассчитанных на различные группы покупателей (например, БАД показывают рост на 12% по сравнению с прошлым годом).

В целом, прогнозы на конец года остаются неплохими: по итогам августа рынок за год уже показал прирост в 5%, этот показатель может вырасти до 7–8%. Влиять на этот процесс продолжит инфляция, постепенное восстановление потребительского спроса и амортизация затрат на внедрение маркировки. Однако возврат к высоким темпам роста в текущий момент невозможен, а 2018 г. аптечный ритейл в целом вряд ли назовет благополучным.

Главными проблемами в отечественной фарме остаются недостатки законодательства (хотя нельзя не признать, что за последние несколько лет в правовом регулировании фармацевтической деятельности в России произошли колоссальные изменения), сложная макроэкономическая ситуация в стране, а также падение доходов россиян, которое приводит к снижению платежеспособного спроса. Последний момент — основной сдерживающий фактор для аптек, поскольку он выражается в уменьшении среднего чека и снижении плотности потока покупателей.

В прошлом году "локомотивом роста" фармацевтического рынка стали не продажи лекарств в коммерческом сегменте, а государственные закупки, что хорошо видно при сравнении показателей в натуральном выражении (3,5% против 18). Неудивительно, что в текущем году при опросе представителей аптечного бизнеса каждый четвертый оценил ситуацию в аптечном сегменте как "скорее отрицательную". Впереди очередные, не самые приятные для аптек нововведения: законопроект, разрешающий продуктовым магазинам распространять безрецептурные лекарственные препараты, что гарантирует переход значительной части лекарственного ассортимента в продуктовый ритейл и совершенно не гарантирует снижения цен, а также легализация онлайн–торговли ОТС–препаратами. Пожалуй, только введение национальной системы прослеживаемости лекарственных средств воспринимается в аптечном бизнесе положительно, поскольку позволит решить ряд действительно важных задач. Например, все более популярный "слив" фармацевтической продукции во вторичную дистрибуцию, что невыгодно большинству участников рынка.

Эксперты говорят о том, что в ближайшее время небольшие региональные фармацевтические ритейлеры могут уйти с рынка, а крупнейшие сети будут вынуждены закрыть до половины своих аптек.

Ситуация действительно непростая: даже в текущих условиях аптекам приходится жестко конкурировать друг с другом, в первую очередь за счет снижения наценки на лекарства.

Это, в свою очередь, приводит к низкой прибыльности и убыткам.

И хотя в Интернете можно без труда найти готовые бизнес–планы на тему "как открыть аптеку и сделать ее прибыльной", в последнее время динамика прироста количества новых аптек затормозилась, а скоро может стать даже отрицательной.

В аптечном бизнесе уже не так просто сохранить рентабельность, поскольку издержки и конкуренция на рынке увеличиваются, а средняя сумма чека уменьшается.

http://mosapteki.ru/material/o-marketinge-markirovke-i-marzhinalnosti-10499

АИФ. Лекарственное обозрение: Передозировка взаимозаменяемости [ссылка]

Регулятор решил стереть границы между лекарственными аналогами. Непримиримые противники в дискуссии об аналогичности лекарственных препаратов – Минздрав и ФАС – неожиданно для многих... объединились. И вместе подготовили законопроект, который позволит расширить понятие взаимозаменяемости лекарств.

По поручению президента

Сегодня взаимозаменяемыми признаны 16% фармпрепаратов, однако решить вопрос о расширении перечня могут только эксперты, полагает министр здравоохранения Вероника Скворцова. «В настоящее время мы вместе с Федеральной антимонопольной службой подготовили законопроект, который позволяет быстрее пересмотреть весь массив лекарственных препаратов на группировку по взаимозаменяемости», – отметила она.

Предполагается, что законопроект Минздрава и ФАС вступит в силу уже 1 января 2019 года. В то же время Президент России Владимир Путин поручил вчерашним оппонентам вместе разработать план мероприятий по определению взаимозаменяемости лекарств на 2018–2021 годы (с этапами, сроками и целевыми показателями в отношении различных групп препаратов). Ответственными за подготовку плана и его претворение в жизнь назначены глава Минздрава Вероника Скворцова и руководитель ФАС Игорь Артемьев.

Устранить ошибки в терапевтической эквивалентности, опасные для здоровья многих пациентов, действительно необходимо. Однако законопроект ФАС и Минздрава нельзя считать достаточно подготовленным.

Проведём эксперимент: выдержит ли пациент?

В документе есть ряд уязвимостей – положений, очевидно небезопасных с медицинской точки зрения.

Уязвимость номер один: хаотичная взаимозаменяемость.

Взаимозаменяемый препарат – это препарат с доказанной терапевтической эквивалентностью или биоэквивалентностью в отношении референтного препарата и эквивалентный референтному средству ещё по ряду параметров – по лекарственной форме, способу введения, составу вспомогательных веществ, количественному и качественному составу действующих веществ.

Так гласит Федеральный закон «Об обращении лекарственных средств». Как считаете, сколько здесь отличий от эталонного определения FDA, легшего в основу «Оранжевой книги»?

Нашему определению не хватает... только указания на соответствие правилам GMP и фармакопейным стандартам (отечественная фармакопея – в стадии восстановления из руин после 90-х).

Итак, законодательная формулировка научно обоснована. Но Минздрав и ФАС предлагают заменить её на произвольное: «Взаимозаменяемый лекарственный препарат – лекарственный препарат, взаимозаменяемость которого определена в соответствии со статьёй 27.1 настоящего Федерального закона. Лекарственные препараты, определённые как взаимозаменяемые референтному лекарственному препарату, взаимозаменяемые между собой».

Таким образом, «взаимозаменяемый лекарственный препарат» фактически исключается из списка ключевых понятий фармакотерапии – ведь он может быть признан таковым по любым произвольным критериям, установленным корректировками к статье 27.1 закона «Об обращении лекарственных средств».

А корректировки предлагают внести уже сегодня. Одна из них скрывает в себе уязвимость номер два:отмену защиты для пациента.

Ведь, согласно законопроекту, нужно вычеркнуть из статьи 27.1 формулировку: «При этом различия состава вспомогательных веществ не должны приводить к риску возникновения серьёзных нежелательных реакций у отдельных групп пациентов или повышения частоты их возникновения».

Вместо неё ФАС и Минздрав предлагают следующее: «При различии состава вспомогательных веществ взаимозаменяемость может определяться с указанием на исключение отдельных групп пациентов».

О рисках и нежелательных реакциях – ни слова! Мелочь? Да, но если закон будет утверждён в сегодняшнем виде, то беречь здоровье пациента, устанавливая взаимозаменяемость, он более не обязывает...

Уязвимость номер три: вновь риск хаотичной взаимозаменяемости.

Сегодня положения статьи 27.1 закона «Об обращении лекарственных средств» не распространяются на референтные, растительные, гомеопатические препараты, а также на лекарства, которые разрешены в нашей стране более двадцати лет и для которых невозможно исследование их биоэквивалентности.

Минздрав и ФАС предлагают сократить этот список до трёх категорий препаратов – референтные, растительные, гомеопатические. И точка.

Невозможно исследование биоэквивалентности? Согласно законопроекту, это уже неважно...

Начинать нужно с качества

Хороший врач может подобрать своему пациенту препарат, который не навредит ему и будет иметь то же лечебное действие. Взаимозаменяемость на уровне законодательства – не что иное, как попытка применить этот же метод для всех врачей и пациентов без исключения.

Хорошо, если единственное различие взаимозаменяемых лекарств – торговая марка. Но и тогда требуется ещё одно условие.

«В первую очередь необходимо создать такую систему обеспечения качества лекарственных средств, которой люди смогут доверять», – заметил несколько лет назад начальник Управления контроля социальной сферы и торговли ФАС Тимофей Нижегородцев.

Лекарства заменим, бюджеты сэкономим

«Взаимозаменяемость – вопрос комплексный, связанный с регистрацией ЛС, государственными закупками, синонимической (генерической) заменой лекарств, а также контролем качества, – комментирует эксперт фармацевтики Иван Данилов. – В ситуации нехватки денег на нужды здравоохранения введение перечня взаимозаменяемости имеет важнейшее значение, поскольку направлено на значительную экономию расходов бюджета». В первую очередь речь идёт об уменьшении практики недобросовестной конкуренции при проведении государственных закупок и устранении противоречий в судебной практике, поскольку суды не имеют чёткого ориентира среди правовых актов.

«Вопрос установления взаимозаменяемости даже становился предметом судебного разбирательства двух ведомств – Минздрава и ФАС. И дело даже не столько в неэффективном расходовании государственных средств, контролем которого занимается ФАС, сколько в том, что сегодня, в отсутствие перечня взаимозаменяемых лекарств, может быть закуплен как оригинал лекарственного средства, так и его не всегда точный аналог, – объясняет Иван Данилов. – А такая ситуация чревата опасностью бесконтрольного переключения льготников на другой препарат с негативными последствиями для терапии». Решит ли проблему совместный законопроект Минздрава и ФАС?

Важней всего... совсем не цены

«В 2015 году в подготовленном ФАС проекте плана мероприятий по развитию конкуренции на фармрынке отмечалось, что стоимость самого дорогого лекарства оказалась в 59 раз выше цены самого дешёвого. При этом у них были одинаковые МНН и действующее вещество, но разные торговые наименования и производители, – вспоминает директор фармдистрибьютора «Интер-С Групп», эксперт фармацевтики Настасья Иванова. – Трудно себе представить, чем мог быть оправдан такой дисбаланс. Можно, конечно, надеяться, что законодательное нововведение сведёт на нет проблему неадекватной разницы в ценах на препараты с одним МНН.?Однако главная сложность заключается в другом».

Довольно часто лечебный эффект от, казалось бы, идентичных лекарств оказывается разным, поясняет эксперт. Такие лекарства имеют одно активное действующее вещество, одинаковую лекарственную форму и схожие дозировки, но качество сырья и различные технологии производства могут привести к тому, что два, казалось бы, одинаковых препарата будут отличаться и по терапевтическому эффекту, и по побочным действиям.

Вернуть доктору его функции

Побочный эффект для двух аналогичных препаратов – тошнота – от одного лекарства может случаться дважды в день, от второго – десять раз в сутки. Кроме того, некоторые вспомогательные ингредиенты могут вызывать аллергию. А если речь идёт о биопрепаратах, то к опасным последствиям для здоровья приведут малейшие изменения в технологии.
«Решая задачу сокращения расходов, у врача отобрали его функцию – терапевтическую замену препарата», – констатирует президент Лиги пациентов Александр Саверский.

«В процессе установления взаимозаменяемости препаратов должны принимать участие не только государственные и экспертные структуры, но и представители врачебного сообщества да и сами пациенты – именно они смогут предоставить актуальные сведения обо всех нежелательных явлениях, – убеждена Настасья Иванова. – Вспомним, как в конце прошлого года ФАС, контролирующая проведение тендеров, самостоятельно начала устанавливать взаимозаменяемость лекарств».

 

Московские аптеки: Маркировка должна поставить крест на вторичном рынке лекарств [ссылка]

Комментарий эксперта фармрынка, директора компании Интер-С Групп Настасьи Ивановой:

Проблема фальсификата и контрафакта на отечественном фармрынке продолжает оставаться актуальной, а её масштаб в полной мере оценить трудно. Роздравнадзор говорит о мизерных показателях (по итогам 2016 года, 0,0046% поддельных лекарств, 0,012% контрафактных), эксперты оценивают их долю на рынке в десятки раз больше. Конечно, фальсифицированные лекарственные средства на рынке присутствуют, и именно на борьбу с ними направлена маркировка медикаментов. Давайте вспомним, с самого начала фармбизнес достаточно настороженно отнесся к самой идее введения маркировки. Отмечая её бесспорную полезность, многие эксперты предупреждали о сложностях, связанных как с внедрением и финансированием этой инициативы, так и о возможном подорожании лекарств. Тут важно отметить, что государство, продвигая этот проект, взяло на себя роль не только регулятора, но и помощника, поддерживая участников рынка, в т.ч. субсидиями (объем финансирования программы льготных займов оценивается в 1,5 млрд руб.), давая возможность продлить срок возврата субсидий на приобретение оборудования и т.д. В итоге остался только один вопрос: если подорожание лекарств из-за введения маркировки неизбежно, окажется ли оно настолько значительным, чтобы перекрыть многочисленные преимущества этого проекта. Оценки Минздрава благоприятные: по словам главы ведомства, маркировка в своих максимальных значениях может увеличить стоимость препаратов не более, чем на 55 копеек. И, если дальнейший ход событий подтвердит эти слова (с корректировкой этой суммы на криптозащиту), то нужно будет признать эксперимент удачным, ведь в итоге и отечественный фармрынок, в целом, и обычный покупатель получит значительно больше. Пациент получит уверенность в том, что приобрёл легальный, неконтрафактный препарат, а уверенность в этом вопросе является одним из важнейших факторов лечения. В нашу компанию, как дистрибьютора лекарственных препаратов, время от времени обращаются покупатели, которые при наличии изъянов на упаковке (помятость и потертость, что встречается в результате транспортировки) усомнились в легальности лекарства и просят проверить его. Это связано с тем, что рядовой потребитель не знает, что ему делать в случае, если он считает купленный им препарат ненастоящим, и куда с этим вопросом следует обращаться. С 2020 года покупатель сможет проверить любое лексредство самостоятельно как с помощью смартфона через специальное приложение, так и в аптеке, где будет установлен терминал, с помощью которого пациент сможет удостовериться в подлинности приобретенного препарата.

Введение маркировки вряд ли окажет сильное влияние на «вымывание» с рынка дешевых лекарств: этот процесс продолжается уже несколько лет и вызван другими причинами. Проект маркировки направлен и на решение достаточно больного вопроса экономии бюджетных средств. В настоящее время промаркировано порядка 12 млн упаковок, а всего в год на рынке обращается порядка 6 млрд упаковок медикаментов, и вот уже, по данным Росздравнадзора, на начальной стадии проекта выявлены случаи оборота нелегальных медикаментов на внушительные суммы и заведены уголовные дела. Маркировка должна поставить крест на вторичном рынке лекарств: в последнее время нередки случаи, когда препараты для госпитальных нужд оказываются в свободной продаже в аптеках. Возможности заново продать медикаменты с маркировкой у недобросовестных продавцов не будет: маркировка поставит заслон перед нелегальными медикаментами, на рынке не останется места для торговых точек, в которых незаконно перепродают лекарства. Введение дополнительной криптозащиты, о которой на старте проекта речь не шла, ситуацию должна изменить только в лучшую сторону. Во-первых, представители оператора заявили, что дополнительных затрат не предусмотрены и всё необходимое оборудование для криптозащиты производителям на территории страны будет предоставлено безвозмездно. Что касается иностранных производителей, то здесь им, видимо, придется вложиться дополнительно. Во-вторых, централизованная генерация кода единым госоператором обеспечит высшую степень надежности, не допуская вероятности дублирования кода, что без технологии криптографии было бы вполне возможно. В-третьих, введение криптографии дает возможность проверки лекарств не только в онлайн, но и в оффлайн режиме, что является очень важным при отсутствии интернета.

 

Московские Аптеки: Маркировка, не потребительская история [ссылка]

С первого января 2020 г. каждый лекарственный препарат на территории нашей страны должен быть промаркирован.

Предполагается, что путь его — от производства до пациента — станет полностью прозрачен, а аптечная конкуренция — из-за отсутствия "переливов" — снизит градус своей агрессивности. С какой вероятностью реализуются эти планы и какие уязвимости необходимо устранить в сегодняшней версии маркировки лекарств?

2020–й год — срок, продленный с учетом возможностей фармацевтической отрасли. Год и даже чуть больше — на оснащение производственной линии (сложнее всего придется предприятиям, которые выпускают несколько лекарственных форм). Около полугода — на изменения в регистрационных досье. Несколько месяцев (в лучшем случае) — на тестирование и налаживание программного обеспечения.

А еще финансовые вложения, нередко с привлечением кредитных средств. Льготные займы на маркировку фигурируют в новостях чаще как достижения в развитии фармы, но на деле они таковыми не являются. И лишь обеспечивают предприятию дополнительные расходы на обслуживание займа.

Основательно вложившись в грядущий мониторинг движения лекарственных средств, фармацевтическая отрасль вынуждена замереть в ожидании. Как замечает Екатерина Творогова, директор по регистрации компании ООО "ЭГИС–РУС", самый острый вопрос сегодня — это отсутствие официально утвержденных документов, которые позволили бы разработать программное обеспечение и внедрить его в производство.

Пилотный проект маркировки, работающий с 2017 года, на фармацевтический рынок особенно не повлиял, хотя в его процессе был выявлен контрафакт. За год действия пилотного проекта было промаркировано всего 0,1% упаковок от общего годового объема рынка. Маркировались выборочные препараты и не всеми производителями. Процесс маркировки не везде был автоматизирован, часть операций проводилась сотрудниками вручную. Затраты были минимальные. О каком–либо эффекте от пилотного проекта говорить не приходится.

ПРОЕКТЫ ВИТАЮТ В ВОЗДУХЕ

"Очевидной сложностью является отсутствие постановления правительства с установленными сроками реализации проекта для отдельных групп препаратов ("Семь нозологий", ЖНВЛП) и его техническими деталями. Остается открытым и вопрос о правомерности обращения немаркированной продукции, произведенной до 1 января 2020 г., — комментирует Семен Харитонов, руководитель направления производственного планирования и логистики компании Pfizer в России. — Кроме того, не урегулирован аспект доступа производителя к информации по отслеживаемости его продукции на протяжении всей товаропроводящей цепи после отгрузки дистрибутору/аптечной сети/ЛПУ".

"К сожалению, пока мы обсуждаем проекты, витающие в воздухе. По ряду обязательных вопросов маркировки нет постановлений правительства. В целом — ни одного подзаконного акта", — констатирует генеральный директор Ассоциации российских фармацевтических производителей Виктор Дмитриев.

"РАЗБОР ПОЛЕТОВ" ИЛИ СМЕНА ПРАВИЛ ИГРЫ?

Пока пилотный проект не подвел свои итоги, а законодательная база для маркировки не сформировалась окончательно, сложно перейти к следующему этапу, отмечает исполнительный директор ААУ "СоюзФарма" Дмитрий Целоусов.

"Разбор полетов", анализ критических замечаний и даже резко отрицательных отзывов участников "пилота" — процесс не просто неизбежный, а необходимый. Однако события с маркировкой развиваются совсем по другому сценарию. В ходе игры вот–вот изменятся ее правила, и, если это произойдет, фармацевтическая отрасль будет отброшена на 1,5 года назад, предупреждает Дмитрий Целоусов. Вместе с финансовыми трудностями, уже "заработанными" в ходе инвестиций в маркировку.

Речь идет о дополнительном коде, или криптозащите, — инициативе, в которой ее авторы видят гарантию усиленной безопасности лекарства. А заодно ответ на насущный вопрос: как без Интернета отпустить промаркированный препарат пациенту?

Криптографическая защита даст эту возможность — проверять медикаменты не только онлайн, но и офлайн, что важно при отсутствии доступа к Интернету, отмечает директор компании–дистрибутора "Интер–С Групп" Настасья Иванова.

КРИПТОКОД: ЗА И ПРОТИВ

"За рубежом такого нововведения нет. Это наш велосипед на треугольных колесах", — комментирует инициативу с криптозащитой Виктор Дмитриев. Если не ограничиваться мнением аптечного сообщества, которое надеется, что криптографическая защита спасет от недобросовестной конкуренции, — у дополнительного кода больше противников, чем сторонников.

Проблемы производителей–экспортеров — не единственный аргумент "против".

Криптокод, предложенный Ростехом, о котором на старте проекта речь не шла, может осложнить жизнь фармацевтическим производителям, часть из которых уже активно начала процесс внедрения маркировки и заключила контракты на закупку оборудования и даже на его установку. Если из необязательного предложения инициатива с криптокодом превратится в обязательное  требование,  cохранить текущие сроки внедрения и уложиться в рамки согласованного бюджета будет просто физически невозможно.

"Средний срок подготовки линии составляет от 12 до 14 месяцев, — объясняет Семен Харитонов. — Возможное принятие решения об обязательном использовании криптографических валидационных кодов в предложенном варианте вызовет необходимость переоборудования уже установленных упаковочных линий. Также потребуется доработка программного обеспечения, необходимого для передачи информации о серийных номерах и отправки отчетности в ИС "Маркировка". Это в том числе приведет к существенным сдвигам сроков готовности реализации проекта. Запуск маркировки, запланированный на январь 2020 г., станет невозможным".

Продление сроков — ситуация, казалось бы, привычная. Помните, как долго и трудно внедрялись правила GMP и стандарт Надлежащей аптечной практики?

Однако инвестиции в маркировку превратили промедление с ее запуском в серьезную угрозу для фармацевтической отрасли и пациента.

"Наибольшие риски для конкретных производителей — это все же риски срыва сроков внедрения системы маркировки и, соответственно, невозможность продажи своей продукции после завершения этапа внедрения. Что для некоторых компаний может означать фактическое закрытие", — предупреждает Николай Беспалов, директор по развитию аналитической компании RNC Pharma.

Криптозащита небезопасна не только для производителя. В связи с предложением внедрить дополнительный код сегодня возможна смена оператора системы маркировки.

Если раньше оператором системы маркировки (пусть и в ее пилотном варианте) была Федеральная налоговая служба, которая была полностью погружена в процессы мониторинга, то теперь... Минпромторг предлагает на эту роль "дочку" Ростеха — ООО "РЦПТ" —частную компанию. Коммерческому предприятию собираются поручить функции, связанные, по сути, с национальной безопасностью. Если такое произойдет — данные о медикаментах окажутся под угрозой.

Как только сведения о лекарствах попадут в распоряжение третьих лиц, в обращение хлынет поток фальсифицированной продукции и электронная система примет эти медикаменты как подлинные и доброкачественные.

Если же криптограмму собираются добавить, чтобы проверять онлайн ЭЦП кода упаковки, а затем отпускать лекарства офлайн, то будет достаточно скопировать код одной легальной упаковки и запустить в продажу ее копии, предупреждает Андрей Кухаренко, сертифицированный эксперт ВОЗ в области холодовой цепи и надлежащей практики дистрибуции лекарственных средств. Все эти копии, обманув электронику, успешно пройдут проверку и на правах качественных и подлинных препаратов попадут в систему обращения.

"Сама идея криптозащиты в текущем ее виде, представленном отрасли, не до конца понятна: объяснение о ее необходимости для касс, которые не могут быть подключены к Интернету (удаленные части РФ), не выдерживает критики, — уточняет Юрий Мочалин, директор по корпоративным связям компании "Санофи". — Теоретически злоумышленники могут произвести фальсифицированный товар, скопировав код с криптозащитой и успешно реализовывать его через подобные, не подключенные к сети Интернет, кассы".

ДОСТУПНОСТЬ КАК УЯЗВИМОСТЬ

Даже без учета криптозащиты есть еще один "технический" вопрос, на который ищет ответ фармацевтическое сообщество: когда маркировка станет обязательной, как решить проблему не читаемой сканером, но единственной в аптеке упаковки лекарства? Иными словами, как не оставить пациента без лечения из–за сбоев в электронной системе?

"В нашей компании мы решили дублировать на упаковке код в читаемом виде. Это уникальное сочетание цифр, которое аптечный работник сможет в ручном режиме внести в систему, если у него по какой–либо причине не будет возможности отсканировать маркировку, — рассказывает Екатерина Творогова. — Разумеется, это сделает процесс внесения артикула в базу несколько дольше, однако такой подход гарантирует, что вся необходимая информация об упаковке сохранится, и в конечном итоге пациент сможет получить свой препарат". Эксперт надеется — опыт подхватят другие производители и закрепят законодательные акты.

"На сегодня не понятно: как решится судьба маркировки препаратов без твердой упаковки, на которую невозможно нанести уникальный код?" — задается вопросом Араик Оганесян, генеральный директор ООО "Оптима", владелец аптечной сети.

Он предполагает: "Если проблема с нечитаемым препаратом является локальной, то аптека должна будет сама как-то решать этот вопрос. Иметь техническую поддержку, телефон горячей линии, чтобы в случае нечитаемой упаковки первостольник мог позвонить техническому специалисту, который по удаленному доступу к кассе аптеки поможет решить проблему и отпустить препарат и т.д.".

При других масштабах проблемы искать выход придется уже производителю. Кстати, еще один интересный и нерешенный вопрос: что после 1 января 2020 г. делать с лекарственными средствами, выпущенными ранее этой даты, имеющими срок годности, но непромаркированными?

ОТ ПРОЦЕНТА ДО МИЛЛИОНОВ

Подорожание стараются считать наименее выраженным «побочным эффектом» маркировки. Его вычисляют в процентах, а не в цифрах: однако 0,5% роста цены на стадии дистрибуции — это многие миллионы рублей, которые распределятся по ценникам на препаратах лишь относительно равномерно. Компенсируя расходы производителя на препараты Перечня ЖНВЛП, строго регулируемые государством, взлетит стоимость лекарств за пределами перечня. А сравнительно незначительное, по прогнозам, подорожание медикаментов "верхней ценовой категории" будет сопровождаться серьезным изменением цен на средства подешевле. "Когда производители препаратов говорят, что это удорожание будет несущественным, — они лукавят, потому как рассматривают только стоимость препаратов при выходе со своего производства, — подчеркивает Андрей Кухаренко. — Никто ведь не учитывает, что каждый участник движения лекарственных средств к пациенту понесет сопоставимые с производителем расходы на оборудование, программное обеспечение, учет, обучение персонала и пр.".

ДОБРОСОВЕСТНОСТЬ ПЛЮС КОНКУРЕНТОСПОСОБНОСТЬ

Эксперт ВОЗ уточняет: он не противник маркировки в целом. Для таких перечней лекарств, как "Семь нозологий" или ДЛО, мониторинг движения просто необходим — он защитит пациента. Не случайно многие аптечные организации видят в маркировке спасение от "переливов" и надежду на замену агрессивной ценовой конкуренции на конкуренцию добросовестную.

Когда кодирование лекарств справится с "серым" рынком льготных препаратов, конкурентность нормальной, добросовестной аптеки только вырастет, замечает Владимир Гридякин, генеральный директор ООО "Альянс–Фарм". Появится возможность работать на равных: ведь разница в стоимости дорогих льготных медикаментов составит не 700–800, а 15–20 руб.

За проект тотальной маркировки лекарственных средств аптеки порой хватаются, как за спасительную соломинку. Но стоит отметить, что пока большинство из них вообще не думает о маркировке, кивая на производителей — пусть те начнут, а мы подхватим.

Но не решит ли жизненно важные для фармации задачи маркировка избирательная?

http://mosapteki.ru/material/markirovka-ne-potrebitelskaya-istoriya-10164

Московские Аптеки: Взаимозаменяемость — процесс с участием пациента [ссылка]

Комментарий Настасьи Ивановой для журнала Московские Аптеки: О проблеме взаимозаменяемости фармацевтическое сообщество рассуждает уже около десяти лет.

О проблеме взаимозаменяемости фармацевтическое сообщество рассуждает уже около десяти лет. Со следующего года соответствующий раздел появится и в Госреестре лекарств, однако считать, что с этого момента вопрос о взаимозаменяемости будет окончательно решен, преждевременно.

В 2012 г. было принято концептуальное решение о необходимости повсеместного указания в рецепте только указания МНН препарата, и лишь в исключительных случаях — торгового наименования. Введение такой меры должно было усилить конкуренцию в фармацевтике и минимизировать последствия недобросовестной политики некоторых производителей стимулировать приобретение своих лекарств. Выписка рецептов по МНН — общемировая практика, и в России в целом эта новация оказалась полезной, но были и нюансы.

К сожалению, в своем большинстве наши пациенты, а иногда и врачи, не знакомы с аналогами того или иного препарата и не всегда могут разобраться, какие лекарства являются взаимозаменяемыми. В итоге в аптеке, предъявив рецепт с указанием МНН, выбор конкретного препарата продолжает делать не посетитель, а провизор. С введением данных о взаимозаменяемости в госреестр, появлением официального перечня взаимозаменяемых препаратов возможности пациентов получить аналогичный препарат по адекватной цене увеличатся, однако сотрудники аптек будут по-прежнему влиять на их решение о покупке.

И даже при наличии дешевых аналогов будет предлагаться сначала самый дорогой препарат, и лишь при отказе клиента от его покупки — более дешевые лекарства с тем же, указанном в рецепте, МНН. В 2015 г. в проекте плана мероприятий по развитию конкуренции на фармрынке, который был подготовлен ФАС России, отмечалось, что стоимость самого дорогого лекарства оказалась в 59 раз выше цены самого дешевого, при этом у них были одинаковые МНН и действующее вещество, но разные торговые наименования и производители. Трудно себе представить, чем мог быть оправдан такой глобальный дисбаланс цен.

Можно надеяться, что законодательное нововведение сведет на "нет" проблему неадекватной разницы в ценах на препараты с одним МНН. Однако главная сложность заключается в том, что довольно часто лечебный эффект от, казалось бы, идентичных лекарств оказывается разным. Такие ЛС имеют одно активное действующее вещество, одинаковую лекарственную форму и схожие дозировки, но качество сырья и различные технологии производства могут привести к тому, что два, казалось бы, одинаковых препарата от разных производителей будут отличаться как по терапевтическому эффекту, так и по побочным действиям.

К примеру, для пациента станет значимым фактором, если тошнота как побочный эффект для двух аналогичных препаратов после приема первого лекарства будет случаться дважды в день или десять раз для второго. Кроме того, некоторые вспомогательные ингредиенты могут вызывать аллергию.

Именно поэтому в процессе установления взаимозаменяемости тех или иных препаратов должны принимать участие не только государственные и экспертные структуры, но и представители врачебного сообщества, да и сами пациенты — именно они смогут предоставить актуальные сведения обо всех нежелательных явлениях.

Вспомним, как в конце прошлого года ФАС, контролирующая проведение тендеров, самостоятельно начала устанавливать взаимозаменяемость препаратов. На наш взгляд, критерии определения взаимозаменяемости лекарств должны быть едины для всех структур и фиксироваться федеральным законом, а не подзаконными актами различных ведомств. Особое место здесь занимает и вопрос о взаимозаменяемости в отношении биотехнологических препаратов, в числе которых множество популярных вакцин, которые активно приобретаются на бюджетные средства.

Производство биопрепаратов, в отличие от химически синтезированных, является значительно более сложным процессом, и даже самые незначительные изменения в технологии могут привести к неблагоприятным последствиям для здоровья пациентов. Это тоже необходимо учитывать при создании единой системы критериев терапевтической эквивалентности лекарств.

Представляется правильным, когда фармацевты в обязательном порядке должны предупреждать каждого покупателя о наличии более дешевых препаратов с тем же МНН и предлагать несколько препаратов–аналогов на выбор из разных ценовых категорий. В целом, введение взаимозаменяемости, создание единой информационной базы препаратов-аналогов, безусловно, полезно для отечественной фармацевтики.

http://mosapteki.ru/material/vzaimozamenyaemost-process-s-uchastiem-pacienta-8918

Московские аптеки: Аптека. Час перемен [ссылка]

Кризис заставляет аптечную розницу искать стратегии развития бизнеса в нестабильной экономической ситуации. Изменения форматов аптечных сетей и их взаимодействия с дистрибуцией и производителями — самые обсуждаемые темы.

Эксперты Темы номера оценивают аптечный рынок как стагнирующий. И даже как приходящий в упадок. Сейчас речь идет не о росте, а о перераспределении. Однако слияния и поглощения — процесс, ограниченный во времени. От перемены мест слагаемых сумма, как известно, не меняется.

Что же ожидает аптеку, когда возможности перераспределения аптечной розницы исчерпаются? Перспектива для фармацевтического рынка вполне понятна — рынок изменится.

С тем, что перемены на фармацевтическом рынке неизбежны, согласны и аналитика, и дистрибуция, и, собственно, розница. Различие только в прогнозах и сроках: как заметил генеральный директор аптечной сети "Флория" Игорь Страмилов на февральском Аптечном саммите, для Москвы "час перемен" пробьет уже летом. Которое, несмотря на погодные условия, будет поистине жарким для фармации.

Участники Темы номера отводят «переформатированию» аптеки несколько лет. Срок неопределенный — потому что пока не ясно, как повлияет на фармацию обязательная маркировка препаратов, дистанционный отпуск и "долгоиграющая" инициатива о реализации лекарств в магазинах, замечает Жан Гончаров, генеральный директор аптечной сети "Вита Плюс" из Пятигорска, имеющей аптеки в Ставропольском крае и Республике Дагестан.

Вечные процессы перераспределения аптечной розницы с переходами топ–менеджеров из одной сети в другую в эпоху стагнации и упадка рынка объяснимы, но не решают проблемы фармацевтического рынка и даже мешают ему. Хороший хозяин в не лучшие времена бросает все силы на выживание и поднятие бизнеса, если этот бизнес ему, разумеется, интересен. С аптечными сетями как-то иначе — не получилось в одной сети, продадим ее или разбежимся, сделаем другую сеть, а там посмотрим. Цель — не ведение продуманного аптечного бизнеса, а временная задача сделать деньги и разбежаться.

Евгений Золотухин, коммерческий директор подмосковной аптечной сети "КИТ–Фарма" негодует: "Есть ощущение, что аптечная розница в обсуждениях, кто кого купил и кто кому продается, уже давно забыла свою главную цель — работать на благо здоровья, красоты и качественного долголетия людей. Я не помню, когда бы мы на последних отраслевых конференциях обсуждали, как меняется покупатель, его предпочтения, поведение, зарплата, жизненный стиль, критерии выбора магазинов, мест отдыха и многие–многие другие аспекты, которые бы могли подсказать, в каком направлении нужно думать и развиваться аптечной рознице, чтобы быть нужной и полезной современному человеку. И не только потому, что лекарственные средства можно купить только в аптеке".

О КОНСОЛИДАЦИИ

Консолидация на фармацевтическом рынке меняет лица. Сейчас не консолидируются аптечные сети. Не дистрибутор открывает аптечную сеть для увеличения объема собственных продаж. Сейчас аптечные сети встраивают в себя дистрибуторов для решения вопроса с поставками товара.

Кроме того, продуктовый ритейл покупает фармацевтических дистрибуторов для обеспечения открытия и развития собственных аптечных сетей. Например, торговый гигант "Магнит" приобретает крупного фармацевтического дистрибутора «СИА Групп», решая задачу обеспечения аптек проекта "Магнит Аптека" и салонов по продаже парафармацевтики и косметики, насчитывающих вместе около 4 тысяч торговых точек по России.

Настасья Иванова, руководитель дистрибуторской компании "Интер–С Групп", считает, что в недалеком будущем аптечный рынок будет поделен между гигантами: традиционными аптечными сетями и аптеками торговых сетей.

ОТКАЗ ОТ ДИСТРИБУЦИИ?

Если аптечный рынок действительно разделят гиганты, то станет возможен сценарий отказа от такого звена цепочки доставки лекарств, как дистрибуция. Аптечная розница уже сейчас переходит на прямые контракты с фармацевтическими производителями. Правда, доступны таковые лишь крупным аптечным сетям или маркетинговым союзам независимых аптек. Преимущества прямых контрактов известны и ощутимы: снижение зависимости от дистрибуторов, контроль товарных остатков, низкая цена, длительная отсрочка платежа.

"На текущий момент заключение договоров о поставках лекарств напрямую с фармацевтическими производителями — скорее исключение из правил и удел лидеров рынка. Более того, сегодня ни одна аптечная сеть, даже при наличии собственной логистической структуры, не готова полностью отказаться от сотрудничества с независимыми дистрибуторами, через которых работают крупнейшие зарубежные производители медикаментов, — поясняет Настасья Иванова. — Да и сам фармацевтический производитель не будет массово работать напрямую с аптеками, ведь большинство ритейлеров не могут обеспечить дебиторскую задолженность, а института страхования на нашем фармацевтическом рынке, по сути, нет. На сегодняшний день только фармацевтический дистрибутор в состоянии обеспечить высокий сервис оперативности и широкого ассортимента, а также стать гарантом финансовых взаимоотношений участников рынка".

Скорее всего, исключение дистрибуторского звена в цепи доставки лекарств вероятно лишь тогда, когда в нашей стране останется несколько крупнейших аптечных игроков, у каждого из которых будет несколько тысяч аптек и собственное логистическое подразделение.

ДЛЯ АПТЕКИ ПАЦИЕНТ — НЕ ЕДИНСТВЕННЫЙ КЛИЕНТ

"Не надо забывать, что у аптечных сетей, помимо клиента–пациента, который приходит за товаром в аптеку, есть еще один важный клиент — компания–производитель. Которая предоставляет аптеке маркетинговые бюджеты в обмен на оказание определенных услуг, — предупреждает Николай Беспалов, директор по развитию аналитической компании RNC Pharma. — Сейчас основная конкурентная борьба ведется именно за вторую группу клиентов, в т.ч. для этого сети примыкают к ассоциациям и применяют другие инструменты".

Именно этот, второй, клиент и пересмотрит в ближайшем будущем условия работы с аптечной розницей, считает эксперт. Какие это условия — вполне очевидно. И на этот фактор сами аптеки повлиять не смогут.

ДАРВИНИЗМ И СУПЕРМАРКЕТЫ

А если речь идет о сокращении бюджетов, то для аптечных учреждений включается усиленный режим выживания. Некоторые принимают решение "сойти с дистанции" заблаговременно, пока еще стоимость бизнеса не стала смехотворно мала.

"Думаю, в перспективе нескольких лет число аптек заметно сократится. Уменьшится и количество аптечных сетей, а верхушка рейтинга серьезным образом трансформируется, — делает прогноз Николай Беспалов. — Кроме того, не надо забывать, что на рынок пытаются влезть "новички" из продуктового ритейла. Когда они выйдут на "проектные мощности", состав "топ–сетей" серьезно поменяется".

НЕПОВТОРИМОСТЬ КАК ФАКТОР ВЫЖИВАНИЯ

Спасение аптеки — в ее индивидуальности, развитие которой откроет путь к переменам добровольным и без ярко выраженного продуктового вкуса. Оптимизация ассортимента — в той мере, в которой это возможно. Человеческое отношение к сотруднику и посетителю, ради которого многие аптечные сети решают оставаться локальными и противостоять "веяниям времени".

Как убежден Александр Миронов, самое важное — точечный подход к каждому покупателю-пациенту, причем через работу со своими сотрудниками:

"Главное, ценить то, что покупатель в принципе зашел в вашу аптеку и потратил на это свое время. Наша задача — решить его проблему грамотно, и чтобы он ушел, улыбаясь. Конечно, при этом не надо забывать про оставшиеся факторы, включая цену".

Лучший друг и главный враг аптеки — это ее... сотрудники!

"Ключевой фактор успеха аптеки — сотрудники и их способности и таланты коммуникации. Если они способны создавать дополнительную ценность при взаимодействии с покупателями, тогда и цена, и ассортимент отходят на второй план, — объясняет Олег Гончаров, директор по маркетингу московской аптечной сети "Аптека 24". — Идеальная аптека должна удовлетворять следующим требованиям: быть функциональной и привлекательной, дружелюбно настроенной по отношению к посетителю и вызывать доверие".

"Самые совершенные машины, приборы, технологии, самые тщательно написанные процедуры и алгоритмы бесполезны без профессиональных, увлеченных людей, — подводит итог Олег Гончаров. — У любого движения по развитию исключительного сервиса в аптеке есть самый могущественный "враг" — это сам человек. Только в силах сотрудников помешать аптеке стать Лучшей (именно с большой буквы). Речь идет обо всех, начиная с собственников, заведующей и заканчивая первостольниками.

Человек, специалист, фармацевтическая консультация. В этом — и причина провалов, и секрет успеха. Для одной отдельно взятой аптеки и для фармации в целом. Если она, конечно, найдет мужество консолидироваться — в том значении, которое сейчас непривычно для многих участников аптечного рынка".

Фармацию разделят гиганты. Аптечные и торговые [ссылка]

Иванова Настасья, Директор ООО "Интер–С Групп"

Среди обсуждаемых тем — изменение форматов взаимодействия аптечных сетей, с одной стороны, и фармдистрибуторов и производителей, с другой.

Один из вариантов, на который готовы сейчас сделать ставку топ–менеджеры крупных аптечных ритейлеров, в целом рынку хорошо знаком, это существенное увеличение доли прямых контрактов с фармкомпаниями. По сути, речь идет о создании в аптечной сети внутреннего структурного подразделения, которое занималось бы вопросами фармацевтической логистики, т.е. деятельностью по дистрибуции лекарств. И некоторые компании уже в этом преуспели — достаточно посмотреть на работу менеджмента группы "36,6". В середине прошлого года число прямых контрактов у нее составило рекордные 75% (при стандартном показателе в 10–20%). Конечно, этой сети, аптеки которой расположены только в столичном регионе (Москва и область), создать единый распределительный центр не так сложно, тем не менее такой опыт может стать полезным для других ритейлеров.

Хотя, на наш взгляд, вряд ли можно говорить об оперативной поставке медикаментов по регионам со складов производителей — расстояния у нас все-таки не такие, как в Европе...

Ассоциация независимых аптек также заявляет о переходе на прямые поставки, правда, с оговоркой, что речь идет только о контрактах с отечественными фармзаводами. Но для сильных игроков такой вариант в перспективе действительно может оказаться выгодным.

У прямых контрактов есть свои неоспоримые преимущества, в числе которых:

снижение зависимости от дистрибуторов;
контроль товарных остатков;
более низкая цена;
более длительная отсрочка платежа.

Однако для средних и малых аптечных ритейлеров прямой контракт экономически нецелесообразен, поскольку значительное повышение издержек на складскую и транспортную логистику сводит большинство его преимуществ к нулю.

У небольших компаний, как правило, нет собственных складов, как нет и свободных средств для создания собственной логистической структуры или оплаты услуг логоператора. А обеспечить низкую стоимость фармлогистики невозможно. Да и трудно представить себе фармпредприятие, которое занято организацией мелкооптовой продажи.

Поэтому на текущий момент заключение договоров о поставках лекарств напрямую с фармпроизводителями — скорее исключение из правил и удел лидеров рынка. Более того, сегодня ни одна аптечная сеть, даже при наличии собственной логистической структуры, не готова полностью отказаться от сотрудничества с независимыми фармдистрибуторами, через которых работают крупнейшие зарубежные производители медикаментов.

Да и сам фармпроизводитель не будет массово работать напрямую с аптеками, ведь большинство ритейлеров не могут обеспечить дебиторскую задолженность, а института страхования на нашем фармрынке, по сути, нет.

На сегодняшний день только фармдистрибутор в состоянии обеспечить высокий сервис оперативности и широкого ассортимента, а также стать гарантом финансовых взаимоотношений участников рынка. Переход на систему "производитель — аптечная сеть" может быть достигнут только тогда, когда на российском аптечном рынке будет существовать несколько крупнейших игроков, каждый из которых будет управлять сетью в несколько тысяч аптек и обладать собственными логистическими подразделениями.

В недалеком будущем, после консолидации аптечного рынка, "встраивание" дистрибутора в крупную аптечную сеть может оказаться вполне реалистичным. Однако на текущий момент инфраструктура дистрибутора в цепочке доставки лекарств от производителя до аптеки незаменима.

Процессы консолидации идут: на повестке дня поглощение национальной торговой сетью "Магнит" одного из крупнейших фармдистрибуторов России — компании "СИА Групп". "Магнит", сеть которого насчитывает около 17 тыс. торговых точек по всей стране, уже имеющий успешный опыт открытия магазинов по продаже косметики (4 тыс. точек) и аптек в рамках проекта "Магнит Аптека", готов к следующему шагу: на базе своей обширной сети ритейлер может в короткие сроки и с минимальными вложениями создать, возможно, крупнейшую аптечную сеть в стране.

Думается, что в недалеком будущем аптечный рынок будет поделен между гигантами: традиционными аптечными сетями и аптеками торговых сетей, таких как "Магнит", "Х5" и др., которые переключат на себя значительную часть потребителей-пациентов.

Приобретение же аптечной сетью услуг логоператора вряд ли будет востребовано, поскольку, по существу, ничем не отличается от взаимодействия с фармдистрибутором.

Среди преимуществ такой стратегии:

отсутствие больших инвестиций;
быстрое изменение объема и характера услуг;
высокий уровень услуг;
оперативная корректировка объемов продаж;
смена оператора на более подходящего и т.д.

Однако существуют и недостатки:

высокая стоимость услуг и ее постоянный рост;
риск потери логоператора при продлении договора.

Конечно, в практике любой аптечной сети есть опыт прямого взаимодействия с фармпроизводителем. Чаще всего аптеки побуждают отдельные фармкомпании заключать с ними т.н. "маркетинговые контракты", обладая возможностями "закрывать" выход их препаратов на региональные рынки. В первую очередь, речь идет о препаратах–дженериках, которых в рамках одного МНН может насчитываться до нескольких десятков. И фармпроизводители готовы платить аптеке за продвижение своей продукции, причем суммы сопоставимы с рекламными бюджетами на ТВ (в 2016 г. — более 35 млрд руб.)

При этом наиболее перспективной на текущий момент является стратегия среднесрочного взаимодействия аптеки и фармпроизводителя, в результате которой в течение срока, не превышающего трех лет, осуществляются мероприятия по продвижению товара, мерчандайзингу, проводятся образовательные программы для сотрудников аптек, фиксируются отпускные цены, заключается среднесрочный договор на продажи, формируются программы лояльности покупателя.

Повторюсь, что для средних и малых игроков на аптечном рынке альтернативы сотрудничества с дистрибуторами нет, а для крупных игроков создание собственного логистического оператора — вопрос непростой, включающий в себя длительный срок реализации проекта, огромные инвестиции, решение большого количества организационных задач и получение «дивидендов» только в долгосрочной перспективе.

 

Московские аптеки: В борьбе за жизнь дистрибутор вынужден искать новые функции [ссылка]

Комментарий эксперта фармрынка, директора дистрибьютора лекарственных препаратов "Интер-С Групп" Настасьи Ивановой.

На сегодняшний день главными проблемами фармдистрибутора в его взаимоотношениях с аптекой и производителем является перенасыщенность рынка продукцией, большая конкуренция и низкая рентабельность. Времена, когда фармдистрибуция являлась высокомаржинальным бизнесом, прошли и каждый ищет новые сценарии усиления своего положения на рынке. При этом уже очевидно, что крупным дистрибьюторам работать становится всё сложнее, а из-за большей расходной части они находятся в менее выгодном положении по сравнению со средними и небольшими игроками. Поэтому сейчас любой поставщик лекарственной продукции, в первую очередь, думает о сокращении издержек и оптимизации рабочих процессов.

Наша компания приняла решение не работать напрямую с аптечной розницей по причине нежелания аптек работать по предоплате, а конкурентные преимущества мы получаем, в основном, за счет заключения эксклюзивных договоров с производителями (цель: отсутствие конкуренции по одинаковым позициям среди дистрибьюторов), эффективной логистической системы и максимально возможного сокращения расходов. В текущих, непростых экономических условиях, важными условиями успешной работы фармдистрибьютора являются: небольшой штат персонала, поиск адекватных, незавышенных арендных ставок и расходов на эксплуатацию занимаемых площадей, и условие 100%-ой предоплаты - так называемые «быстрые деньги», поскольку реализация продукции на условиях отсрочки платежа несёт в себе высокие риски курсовых потерь, нарушения сроков платежей и даже, в целом, неоплаты. Кроме того, в деятельности фармдистрибьютора периодически появляются новые дополнительные расходы, которые он вынужден отнести на себестоимость продукции, что логично приводит к увеличению стоимости лекарств.

Последний пример - внедрение Правил надлежащей практики по хранению и перевозке лекарственных препаратов. Не исключено, что и планирующаяся обязательная маркировка лекарственных средств будет также проведена за счет потребителей. Конечно, пока окончательной информации и четких инструкций на этот счет нет, но производитель, скорее всего, также отнесет эти расходы на себестоимость медикаментов. Что придется делать дистрибьюторам и будут ли они нести новые дополнительные расходы пока не ясно, но уже понятно, что эта инициатива также может вызвать рост цен на лекарства.

В ряде случае в борьбе за выживание фармдистрибутор вынужден брать на себя дополнительные функции, такие как мониторинг рынка, комплексный маркетинг, расширение комплекса сервисных услуг (таможня, услуги ответственного хранения и т.д.), продвижение продукции, в первую очередь, новых брендов, еще рынку незнакомых. При этом для продвижения лекарств дистрибьютор, как правило, выбирает наиболее перспективные регионы по потенциальному денежному обороту, а удаленность региона от центра наоборот играет, скорее, как негативный фактор. В целях повышения конкурентоспособности и улучшения финансовых показателей дистрибьюторы ищут новые пути развития бизнеса, например, инвестируя в производство или в создание собственных аптечных сетей, участвуя в создании вертикально интегрированных холдингов и аптечных ассоциаций.

Такое решение кажется вполне грамотным, поскольку содержит в себе несколько глобальных преимуществ: быстрые информационные потоки, принятие взвешенных комплексных решений, оптимизация ассортимента, выдавливание из аптек аналогичных конкурентных позиций в целях более успешных продаж лекарств из своего портфеля.

http://mosapteki.ru/material/v-borbe-za-zhizn-distributor-vynuzhden-iskat-novye-funkcii-9936

Коммерсант: Онкозаболевания: новые методы и старые проблемы [ссылка]
Источник: Коммерсант

Онкологические заболевания в России занимают второе место в структуре смертности среди взрослого населения. Сейчас перспективным способом лечения рака в силу минимальных побочных эффектов выступает иммунотерапия. Однако этот метод из-за его высокой стоимости еще не получил такого широкого распространения, как химиотерапия, лучевая терапия и оперативное вмешательство. В РФ главной проблемой выступает низкая доступность медицинской помощи при онкозаболеваниях, которая проявляется как в отсутствии современных методов профилактики и ранней диагностики рака, так и в возможности получить помощь в отдаленных регионах страны.

«Оживление» иммунной системы

В России увеличилась заболеваемость онкопатологиями: за последний год этот показатель вырос на 1,5%. При этом за последние десять лет показатель заболеваемости на 100 тыс. населения вырос на 20,4%, приводит данные генеральный директор аналитического агентства DSM Group Сергей Шуляк. «Как и во всем мире, в России растет заболеваемость онкопатологиями. Они занимают второе место в структуре смертности и первичной инвалидизации взрослого населения, что является высокой социально-экономической проблемой»,— отмечает он. Растет и уровень медицины в борьбе с онкозаболеваниями: за последние годы к методикам лечения добавились протонная, радиоизотопная, фотодинамическая и другие виды терапии. Например, преимущество протонной терапии состоит в том, что протоны — заряженные ядра водорода — выделяют основную часть своей энергии точно в месте локализации раковой опухоли. Их воздействие точно соответствует по форме и глубине новообразованию, за счет чего здоровые ткани и органы не затрагиваются. Важным этапом в развитии современных методик лечения онкозаболеваний эксперты выделяют выпуск российских аналогов импортных таргетных препаратов, блокирующих рост и дальнейшее распространение раковых клеток. «Появление российских аналогов данных продуктов сделало возможным удешевить стоимость лечения каждого конкретного пациента, а значит, не только расширить количество лиц, которые получают помощь бесплатно за счет государства, но и высвободить средства на закупку других препаратов, в частности в тех сферах, где российских аналогов пока нет. Производство отечественных препаратов действительно кардинально улучшило ситуацию с лекарственным обеспечением»,— говорит директор по развитию аналитической компании «АРЭНСИ Фарма» Николай Беспалов.

Новым и перспективным направлением в лечении онкологических заболеваний выступает иммунотерапия. Директор фармдистрибьютора «Интер-С Групп» Настасья Иванова преимуществом данного метода называет тот факт, что действие новых препаратов направлено на «оживление» иммунной системы, которая будет сама бороться с раковыми клетками. «Такое лечение имеет минимальные побочные эффекты, не приводит к уничтожению здоровых клеток и вполне может стать универсальным методом лечения онкологии, хотя и здесь о высокой эффективности пока говорить нельзя: эти препараты помогают в лучшем случае только трети больных»,— добавляет она. Николай Беспалов отмечает, что одним из иммунотерапевтических препаратов, которые сейчас разрабатываются в России, выступает препарат для лечения меланомы компании Biocad. По данным официального сайта компании, российское лекарство может быть доступно в 2020 году. «В нашей стране присутствуют практически все самые современные методы лечения онкологических заболеваний. Это касается как аппаратных методов, так и современных лекарственных препаратов. Проблема, как всегда, лишь в фактической доступности медицинской помощи для массового потребителя»,— говорит господин Беспалов. В марте текущего года пресс-служба Ростовского научно-исследовательского онкологического института сообщала, что их ученый, доктор наук, онкоуролог Сергей Димитриади стал победителем конкурса 2018 года по государственной поддержке научных исследований молодых российских ученых-докторов наук в области медицины. В рамках гранта он разработает новый метод экспресс-диагностики почечной недостаточности при органосохраняющей операции по удалению опухоли почки.

Системность и профилактика

Несмотря на активное развитие медицины в борьбе с онкозаболеваниями, главной проблемой выступает отсутствие современных методов их профилактики. К сожалению, даже самые эффективные препараты будут бессильными, если не разработать эффективных системных мер диагностики и ведения пациентов, говорит Николай Беспалов из «АРЭНСИ Фарма». По данным Настасьи Ивановой из «Интер-С Групп», отсутствие современных методов профилактики и ранней диагностики рака приводит к постоянному росту числа пациентов: в частности, с 2006 года этот показатель вырос на 21%. «В Японии, к примеру, более 60 лет действует национальная программа скрининга, интегрированная в национальную систему здравоохранения, в связи с чем статистика раковых заболеваний показывает более низкие результаты, чем во всем мире. Так, при ранней диагностике вероятность выздоровления пациента составляет 70%»,— отмечает она.

Самой большой проблемой российской медицины в борьбе с онкозаболеваниями эксперты называют недостаток финансирования: из-за высокой стоимости лечения социально важным фактором становится возможность государства обеспечить поддержку пациентам, включающая бюджетное финансирование лечения, господдержку научных программ и разработок, введение онкологических страховых программ. «В России недостаточное финансирование приводит к перебоям с лекарственным обеспечением, к проблемам, связанным с наличием лишь небольшого числа исследований в области онкологии, отсутствием большого количества научных инноваций. Наблюдаются разовые, чаще всего, тестовые разработки, такие как „Прометеус“, „Протонное кольцо“. Также ощущается глобальная нехватка профильных специалистов: по данным экспертов, на одного врача-онколога приходится около 500 пациентов. А та же иммунотерапия, как и все инновационные методики,— дорогостоящий метод лечения, и его массовое внедрение в ситуации недофинансирования системы здравоохранения невозможно»,— сообщает Настасья Иванова. Главный врач РОКБ Вячеслав Коробка отмечает актуальность проблемы не только кадрового дефицита, но и его квалификации, которая нуждается в постоянном повышении.

Системность оказания помощи — другая проблема в борьбе с онкозаболеваниями в России, говорят эксперты. «Увы, довольно часто приходится слышать истории, как пациент после оказания помощи в ЛПУ, после выписки, не может несколько месяцев добиться бесплатного обеспечения необходимыми препаратами. Или обратная ситуация: городские поликлиники не могут „заманить“ на маммографию или флюорографию пациентов, в итоге это делается в добровольно-принудительном порядке. Причем обе эти проблемы проистекают исключительно из-за несогласованности действий разных участников системы здравоохранения»,— рассказывает Николай Беспалов. России необходима долгосрочная онкологическая программа, в которой кроме стабильного финансирования необходимо сделать упор на создание и внедрение новых точных методов диагностики раковых заболеваний, на введение методик инновационного лечения, резюмируют эксперты.

https://www.kommersant.ru/doc/3614461

Коммерсант: Курс на здоровое сердце [ссылка]
Источник: Коммерсант

Сердечно-сосудистые заболевания (ССЗ) являются основной причиной смерти во всем мире, при этом более 75% смертельных случаев происходит в странах с низким и средним уровнем дохода. Наиболее эффективным способом профилактики ССЗ выступает здоровый образ жизни: занятия спортом на открытом воздухе, правильное питание, отказ от вредных привычек и др. Несмотря на высокий уровень российской медицины при лечении ССЗ, эксперты отмечают недостаток высококвалифицированных специалистов и отсутствие комплексной помощи, сочетающей в себе не только лечение, но и раннюю диагностику с мерами профилактики.

ЗОЖ и регулярные осмотры

Ишемическая болезнь сердца и инсульт занимают два первых места в рейтинге смертности. Более 75% случаев смерти от ССЗ происходит в странах с низким и средним уровнем дохода. Эти данные опубликованы в отчете Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ) на официальном сайте. По информации ВОЗ, самой распространенной причиной инфарктов и инсультов выступает образование жировых отложений на внутренних стенках кровеносных сосудов, снабжающих кровью сердце или мозг. Сейчас ССЗ являются причиной каждой третьей смерти в мире, что составляет 17 млн смертных случаев в год. По прогнозам ВОЗ, к 2020 году количество смертных случаев от сердечно-сосудистых заболеваний в мире достигнет 25 млн.

Одним из наиболее эффективных способов профилактики ССЗ выступает здоровый образ жизни, отмечают эксперты. Редактор портала Pharm-MedExpert.Ru Иван Данилов среди актуальных методов профилактики ССЗ выделяет лечебную физкультуру и занятия спортом на открытом воздухе, необходимые для усиления кровообращения и насыщения организма кислородом, а также поддержание рекомендованной массы тела и правильное питание: употребление белка и клетчатки для укрепления стенок сосудов и др. «Важными способами профилактики выступают отказ от вредных привычек и малоподвижного образа жизни, борьба со стрессами — правильный режим дня и здоровый сон, хобби, музыкотерапия. Все эти, казалось бы, очевидные рекомендации помогут человеку даже в преклонном возрасте чувствовать себя лучше и иметь сильную иммунную систему, которая защитит от неблагоприятных внешних факторов», — говорит эксперт. Регулярные медицинские осмотры — другая необходимая часть профилактики ССЗ. Господин Данилов добавляет, что не стоит забывать про ежегодную медицинскую диспансеризацию — своевременное лечение заболеваний, приводящих к кардиальной патологии, а также нужно контролировать показатели артериального давления и вести его дневник, систематически сдавать анализы на уровень сахара и холестерина. «Ничего сложного в выполнении большей части этих профилактических рекомендаций нет, и, если человек дисциплинирован, он сможет без труда им следовать. Тем более даже при желании бросить курить, как одного из наиболее сложных пунктов этого списка, на помощь человеку придут современные методики и высокоэффективные растительные препараты», — говорит он.

Перспективные методики

Способы лечения ССЗ постоянно совершенствуются: появляются как инновационные препараты, так и новые перспективные методики лечения. Руководитель отдела сердечно-сосудистой хирургии клинического института им. Владимирского, доктор медицинских наук Александр Осиев рекомендует устанавливать стенты с лекарственным покрытием, так как это позволит избежать осложнений и повторных инфарктов. Немаловажным фактором успешного лечения человека при этом выступает не только проведение самой операции, но и дальнейшее сопровождение пациента, говорит главный кардиолог Ростовской области Алексей Хрипун. «Поставить стент — полдела, но если мы не будем сопровождать пациента в течение года, то мы можем потерять его. Мы, по сути, поставили инородное тело, которое требует медикаментозного сопровождения. И если по каким-то причинам пациент перестал его получать, то появляется острый тромбоз стента и рецидив инфаркта миокарда — закрывается кровоток, возникает еще больший инфаркт, вплоть до летального исхода», — рассказывает он. Алексей Хрипун добавляет, что высокая ответственность при лечении ССЗ лежит не только на врачах, но и на пациентах — это желание заниматься собой, контролировать себя, отслеживать собственное состояние и своевременно обращаться к доктору.

В качестве других перспективных методик лечения эксперты выделяют сочетание генно-клеточных технологий с нехирургическим и электрофизиологическим лечением, ударно-волновую и клеточную терапию, лечение лазером и др. По мнению Ивана Данилова, уровень отечественной медицины при лечении ССЗ можно считать достаточно высоким. «Российские врачи имеют доступ к большинству современных методик, могут использовать при лечении инновационные препараты, однако круг таких высококлассных специалистов очень ограничен, а воспользоваться их услугами может лишь небольшое количество пациентов. Подавляющее число россиян получают стандартное лечение, а современным оборудованием оснащены только крупнейшие медучреждения», — говорит эксперт.

По данным ВОЗ, люди в странах с низким и средним уровнем дохода, страдающие от ССЗ, имеют меньший доступ к эффективным медико-санитарным службам, отвечающим их потребностям (включая службы раннего выявления). В результате чего многие люди умирают от ССЗ в более молодом возрасте, часто в самые продуктивные годы жизни. Среди проблем российской медицины в борьбе с сердечно-сосудистыми заболеваниями эксперты выделяют централизованность помощи: пока оперативные вмешательства, требующие высококвалифицированного уровня, могут осуществляться далеко не во всех регионах.

Российское качество

Зависимость отечественной кардиологии от импортных передовых технологий и методик также пока присутствует, но постепенно снижается. Министр промышленности и торговли РФ Денис Мантуров сообщил, что доля отечественной продукции на рынке в 2017 году увеличилась на 0,8% и достигла отметки 21%, об этом сообщает пресс-служба Министерства промышленности и торговли Российской Федерации. В отчете Минпромторга была упомянута компания «Стентекс», которая локализовала в России производство коронарных стентов и катетеров одного из мировых лидеров. О том, что ситуация с качественным оборудованием и материалами российского производства улучшается, говорят и представители профессионального сообщества. Министр здравоохранения Ростовской области Татьяна Быковская отмечает, что в настоящий момент большая часть снабжения медучреждений приходится на российские товары. По ее словам, преференции отечественным производителям позволили обеспечить клиники российским оборудованием, например физиотерапевтическими приборами производства Таганрогского научно-исследовательского института, качественными коронарными стентами производства компании «Стентекс», оборудованием для детской реанимации Уральского приборостроительного завода. Таких примеров много, в том числе и в фарминдустрии.

https://www.kommersant.ru/doc/3614436

Новая аптека: Прогноз развития фармотрасли на 2018 год [ссылка]

Круглый стол: Прогноз развития фармотрасли на 2018 год. 2017 год был богат на события для фармацевтического рынка. Чего ждать участникам рынка от года следующего? На эти вопросы ответили участники рынка.

Настасья Иванова, директор фармдистрибьютора «Интер-С Групп»:

На наш взгляд, начавшийся год станет позитивным как для аптечного сектора, так и для всей отечественной фармотрасли. По итогам прошлого года видна положительная тенденция, которая позволяет со сдержанным оптимизмом говорить о постепенном выходе отрасли из кризиса (коммерческий рынок лекарств за одиннадцать месяцев 2017 года увеличился 11,5% в рублевом эквиваленте и 11% в упаковках). Тем не менее, в текущем году аптекам предстоит пройти очередную проверку на прочность: в планах государства введение торговли препаратами безрецептурного отпуска в продуктовых супермаркетах. На развитие аптечной отрасли будут влиять как новая система учета лекарств, так и введение обязательной маркировки лекарств, которая, обеспечивая контроль передвижения препарата, может вызвать рост цен и дать дополнительный толчок процессу исчезновения с полок аптек препаратов низшего ценового диапазона. Продолжится процесс приспособления работников аптек к новым условиям работы - прошлый год оказался очень продуктивным в части законотворческих новаций (утверждение новых правил отпуска лекарств и правил надлежащей аптечной практики, введение риск-ориентированного подхода к проверкам аптек, утверждение надлежащей практики хранения и перевозки лекарств, отмена закона 44-ФЗ для государственных и муниципальных аптечных предприятий). Наряду с этим, в текущем году АУ ожидает введение онлайн-продажи ОТС-лекарств, внедрение глобальной системы электронных рецептов, установление общих правил описания лекарств для медприменения, единая процедура закупки для государственных и муниципальных нужд, введение новой системы учета операций, связанных с оборотом наркотических средств и психотропных веществ, а также внесение данных о сотрудниках в регистр медработников. Тем не менее, сложные экономические условия и ужесточение правил работы предпринимателей не пугают и количество негосударственных АУ продолжает увеличиваться (до 63 тыс., 7%-ый рост по сравнению с 2016 г.). Это происходит, несмотря на то, что аптечный бизнес по-прежнему остается высококонкурентным, а новые правила работы и снижение доходов населения, в следствии чего новой тенденцией стало усиление потребительской экономии и патриотизма (покупка недорогих, как правило, отечественных препаратов), понуждает аптеки искать наиболее удачные рецепты выживания. Рост количества аптек усиливает между ними борьбу как за потребителя (привлечение низкими ценами и дополнительными услугами), так и за бюджеты производителей ЛС (снижение закупочных цен по прямым контрактам с производителем и трейд-маркетинговые мероприятия - рекламные бюджеты, маркетинговые акции, выполнение графика объема продаж). Успешная работа в этих направлениях в текущем году будет особенно сильно влиять на доходность аптеки.

Новая аптека Настасья Иванова

Московские аптеки: На популярность ЖВНЛП влияет не только цена [ссылка]

Новый тренд: производители лекарств не горят желанием оказаться в списке поставщиков ЖНВЛП

 

Комментарий эксперта фармацевтического рынка, директора дистрибьютора медикаментов "Интер-С Групп" Настасьи Ивановой

Действительно, раньше фармкомпании стремились попасть в перечень ЖНВЛП, потому что такие препараты, как правило, попадали под госзакупки и включались в список льготных лекарств, что подразумевало большие продажи, а на первых этапах и налоговые льготы. Сейчас налицо иная тенденция - выйти из перечня. В первую очередь, это касается иностранных производителей. Цена на импортный препарат зафиксирована по низкому валютному курсу и индексировать её невозможно, в результате чего из достаточно широкого списка наших препаратов, которые ранее были в числе ЖНВЛП, от многих пришлось отказаться. Сейчас в нашем номенклатурном портфеле таких препаратов осталось всего два, и мы продаем их с минимальной наценкой. Если курс валюты изменится в сторону увеличения, потеряем и их. При этом в некоторых случаях отечественные препараты стали даже дороже импортных, т.к. российский производитель, в отличие от зарубежного, имеет право индексировать цену. В тендерах предпочтение также отдается отечественным препаратам, несмотря на то, что они бывают дороже импортных. В ФАС РФ утверждают, что правило «третий лишний» часто приводит к тому, что иностранный производитель, предлагавший более выгодные условия, при наличии двух отечественных, вынужден сниматься с торгов. Здесь можно вспомнить и о проекте постановления, которое сейчас обсуждается в Минэкономразвития, согласно которому с 2019 года государство разрешит покупать отечественные лекарства, произведенные по полному циклу, на 25% дороже импортных. В целом, такая политика направлена на выдавливание иностранных производителей из списка ЖНВЛП, поэтому неудивительно, что цель «Фарма-2020» - «90% ЖНВЛП - отечественные лекарства» уже практически достигнута. За пять лет количество производимых в России важнейших лекарств поднялось на 30% - результат, безусловно, выдающийся. Понятно, что решающую роль здесь отводится локализации производств (рост экономики, дополнительные рабочие места, новые технологии), да и политика импортозамещения сыграла не последнюю роль. При этом продажи препаратов из списка ЖНВЛП растут, а и без того невысокие цены на них впервые за последние пять лет даже начали снижаться. Конечно, пока такое снижение можно назвать чисто символическим, и происходит оно на фоне практически нулевой инфляции, в целом, во всей лекарственной сфере (по итогам 2017 года - 0,3%). Это связано с тем, что подавляющую часть перечня составляют российские лекарства с низкой себестоимостью, а в текущих условиях политика сдерживания цен на важнейшие лекарства выходит на первый план – граждане ставят траты на здоровье на одно из первых мест. Производитель свои потери или недополучение прибыли компенсирует как количественным ростом продаж ЖНВЛП, так и бесконтрольно увеличивая цены на другие свои лекарства, которые в список не вошли. Рост продаж ЖНВЛП также понятен: люди приобретают такие препараты только потому, что они, в целом, не уступая по качеству дорогостоящим аналогам, оказываются в несколько раз дешевле. Это касается целого спектра очень популярных препаратов (вместо лазолвана можно купить амброксол, вместо фастума - кетопрофен, нурофена – ибупрофен, имодиума – лоперамид и т.д.) Экономия на замене лекарств получается для семейного бюджета весьма ощутимой, ведь начиная с 2014 года доступность лекарств стала для населения главным аргументом при покупке. На популярность препаратов из списка ЖНВЛП влияет не только цена, но повышение грамотности населения (порталы с выборками цен, сайты со списками аналогов дорогих препаратов, сайты-«лайф-хаки» с советами как экономить на лекарствах), информация в СМИ о том, как государство сдерживает цены на ЖНВЛП, работающая как реклама таких лекарств, врачи, которые охотно рекомендуют и выписывают данные препараты, а также обязанность аптекаря рассказать покупателю о всех дешевых аналогах нужного ему лекарства. При этом, на наш взгляд, механизм включения препаратов в Перечень и исключения из него остается достаточно туманным, настолько, что в начале прошлого года Ассоциации международным фармпроизводителей даже пришлось обратиться за пояснениями в Минздрав. Что же касается мер поддержки, то здесь все достаточно традиционно: производителей ЖНВЛП интересуют индексации ценового порога, дополнительные субсидии и заключение длительных надёжных госконтрактов. Государство, в целом, к таким мерам поддержки готово.

Московские Аптеки: Невероятные приключения ЖНВЛП в России [ссылка]

 

НЕВЕРОЯТНЫЕ ПРИКЛЮЧЕНИЯ ЖНВЛП В РОССИИ

 

Перечень жизненно необходимых и важнейших препаратов - самый известный "иностранец" отечественной фармацевтики.

В 2018 г. он отмечает 30 -   летие работы в нашей стране. Когда -   то Советский Союз взял на вооружение перечень необходимых лекарств, созданный Всемирной организацией здравоохранения...

Сейчас сложно сказать, чем было вызвано желание применить международный опыт. Ведь самый первый список необходимых лекарств, созданный ВОЗ в 1977 г., был предназначен для стран "третьего мира". То есть стремился выполнить задачу исключительно социальную, и при этом в жестких экономических условиях.

Сегодняшний пациент именно так и воспринимает перечень ЖНВЛП - как метод установления социальных гарантий в непростой экономической обстановке. Как "необходимый минимум" в лекарственном обеспечении. В сознании посетителя аптеки важнейшие препараты связаны с другим понятием - ценовым государственным регулированием.

На самом деле у перечня жизненно важных лекарств - немало других задач: бюджетирование здравоохранения и организация процесса медицинской помощи от стандарта лечения до лекарственного обеспечения стационара; развитие отечественной фармацевтической промышленности и одновременно оценка этого развития.

ТРУДНОСТИ МНОГОЗАДАЧНОСТИ

Все эти задачи иногда входят в противоречие, замечает  Николай Беспалов , директор по развитию аналитической компании RNC Pharma.

Когда противоречивость становится заметной, в фармацевтике и в здравоохранении в целом возникают определенные сложности. В них винят Перечень - часто с точки зрения ценообразования. А иногда с содержательной точки зрения, изучая критерии включения препаратов в главный лекарственный список и исключения из него.

Ведь, как заметила  Настасья Иванова, директор компании-фармдистрибутора "Интер-С Групп", фармацевтические производители сегодня не стремятся попасть в число поставщиков ЖНВЛП. Скорее, наоборот: они стараются из Перечня выйти.

А положения, дающие социальные гарантии, в некоторых случаях оборачиваются еще большими вложениями из семейных бюджетов, предупреждает  Лилия Титова , исполнительный директор Союза профессиональных фармацевтических организаций. Производитель не получил разрешения поднять цену на пять рублей, а в результате пациент вынужден приобретать необходимый препарат еще дороже.

СОЦИАЛЬНЫЕ ПАРАДОКСЫ

Напомним, ценовое регулирование на жизненно важные препараты в современной России установлено в связи с "кризисом -   2009". С тех пор пациент твердо знает о той части аптечного ассортимента, цены на которую не повышаются, а с недавних пор активно изучая вопросы МНН и воспроизведенных препаратов, выбирает доступные по цене аналоги.

Казалось бы, решение острой проблемы найдено. Человеку - доступный по цене препарат, аптеке - гарантированные обороты. И даже предельные цены, которые установил законодатель, часто еще не достигнуты! Ценник в аптечных учреждениях - ощутимо ниже разрешенного максимума. А каждое второе лекарство, приобретенное нашим соотечественником, стоит 50 руб. и дешевле. Таковы данные аналитиков DSM Group.

Тем не менее пациент иногда не имеет доступа именно к этим, самым востребованным и наиболее "социальным" препаратам. Как заметили участники Темы номера, проблема поддержки фармацевтических производителей, выпускающих лекарства нижнего ценового сегмента, - это вопрос государственной важности. И регулятору предстоит решать его как можно скорее, если для него, конечно, важно сохранить эти лекарства.

Жесткое заявление? Возможно. Но каких масштабов достигла проблема, если ее отмечают не только национальные предприятия, но и международные фармацевтические гиганты с огромнейшими программами социальной ответственности?

Каким способом решить вопрос? Варианты наши эксперты предлагают самые разные. Здесь и государственные дотации, и налоговые льготы, и дифференцированный подход к индексации цен - с особыми условиями для недорогих препаратов. Главное - чтобы способ был продуманным и эффективным и не вредил никому из участников фармацевтического обращения.

Лилия Титова обращает внимание еще на одну проблему, связанную с гарантией. Расширение перечня на несколько десятков позиций - это, с одной стороны, перемена позитивная. Она заставляет думать и о расширении гарантий - для льготного лекарственного обеспечения, для больниц и поликлиник.

Однако, как заметили участники первого в новом году заседания Российской ассоциации фармацевтического маркетинга: "У нас 85 субъектов и 85 разных моделей лекарственного обеспечения. Каждый регион делает закупки по своим принципам" (более подробно - в рубрике Здравоохранение/Государственное регулирование). То, что заявлено в перечне, не всегда могут поддержать бюджеты.

В ряде регионов по ряду нозологий главный лекарственный список служит своеобразной "фармацевтической конституцией" - он устанавливает право пациента, признает его нерушимым, но не может дать механизмов его защиты.

РЕШЕНИЕ КОМИССИИ НЕ РАВНО ЗАКЛЮЧЕНИЮ ЭКСПЕРТОВ

У социальной задачи перечня есть и еще один компонент - содержательный. Какие препараты включены в список? Насколько они современны, эффективны и безопасны? Нет ли пробелов, которые обернутся для пациента необходимостью оплачивать дорогой препарат для лечения тяжелого заболевания самостоятельно?

За последние пять лет процедура включения лекарственных средств в перечень ЖНВЛП серьезно изменилась в лучшую сторону, считает  Юрий Мочалин , директор по корпоративным связям компании "Санофи". Прогресс огромен и очевиден. Объективны и понятны и критерии оценки качества препаратов.

С точки зрения науки, процедурой изучения лекарств перед их включением в перечень можно гордиться. Но "ложка дегтя" здесь в том, что решение принимают не эксперты.

Даже если их заключение было положительным, замечает Юрий Мочалин, вердикт комиссии может быть отрицательным - без привлечения в дискуссию медицинских специалистов. В некоторых случаях сводятся практически на нет колоссальные усилия, приложенные экспертами в рамках подготовительной работы.

"Несобранность" настоящего перечня, трудности с выводом устаревших препаратов и включением современных научных разработок играют отрицательную роль и в развитии медицины. В некоторых случаях прогресс в лечении пациентов тормозит обязанность врача соблюдать стандарты, в которые в обязательном порядке включены лекарства из списка ЖНВЛП.

Главный лекарственный список - это все же не "минимум выживания", который когда -   то составляла ВОЗ, а одно из "золотых правил" организации лечебной деятельности и здравоохранения в целом.

ПРОТИВОРЕЧИЯ - ИТОГ НЕПРОЗРАЧНОСТИ?

Серьезный минус формирования перечня ЖНВЛП - отсутствие возможности узнать, как предложение оценили эксперты, какие были отмечены ошибки и неточности, и насколько экспертная оценка соотносится с итоговым решением комиссии, обращает внимание  Алексей Мигулин , директор отдела по обеспечению доступа на рынок компании Pfizer.

Логично, что невозможна и апелляция (пусть институт апелляционного обжалования может играть неоднозначную роль, однако стоит ли пренебрегать его возможностями в защите права на доступ к эффективным, но недешевым лекарствам?).

Конечно, закрытость можно объяснить требованием независимости экспертов, невозможности стороннего влияния на их мнение. Однако противоречия между заключением медицинских специалистов и вердиктом комиссии - вероятно, во многом результат непрозрачности.

Проблему представители фармацевтического сообщества поднимают уже несколько лет, и, по их мнению, основным немедицинским критерием, "перевешивающим" данные об эффективности и безопасности, остается цена. Препарат может быть действенным, но дорогим, и тогда привычные механизмы формирования перечня сыграют не в пользу гарантий для пациента. Чем серьезнее болезнь и лекарства от нее, тем выше вероятность, что их отдадут в ведение семейных бюджетов...

ПЕРЕЧЕНЬ ЖНВЛП КАК ПАРАМЕТР ДЛЯ ФАРМПРОМА

Рост национальной фармацевтики действительно "имеет место быть". Как сообщила МА руководитель пресс-службы Минпромторга России  Залина Корнилова , сейчас отечественные компании производят 467 МНН, и почти каждое из этих наименований выпускается двумя и более российскими производителями в стадии готовой лекарственной формы.

По итогам 2017 г. препараты из перечня ЖНВЛП выпускают 267 национальных фармацевтических производителей. В 2012 г. таких отечественных компаний было 248. Девятнадцать новых предприятий за пять лет - показатель серьезный, особенно с учетом того состояния, в котором долгое время пребывала наша фармацевтическая промышленность.

Факт поступательного развития российской фармацевтической промышленности (пусть значительную роль и сыграла локализация) опровергнуть нельзя. Проверять движение отечественной фармы по перечню ЖНВЛП - тоже один из возможных способов контроля, однако выбирать его в качестве единственного все же не стоит.

Можно продавать лекарство, но иметь его долю в конкурентной группе на уровне нескольких процентов, предостерегает Николай Беспалов. С этой точки зрения наличие в перечне ЖНВЛП - первый шаг, но еще не гарантия того, что отечественная промышленность прочно утвердилась на своих позициях.

И еще один важный момент: отечественное лекарство часто производится из иностранных фармацевтических субстанций, замечает эксперт. Таким образом, измерять импортозамещение необходимо в комплексе и одновременно уделить внимание собственному производству активных фармацевтических ингредиентов (какими бы убедительными ни были экономические аргументы "против", именно отсутствие собственного фармацевтического сырья сыграло отрицательную роль в "кризис -   2014" и для некоторых препаратов повлекло подорожание, а для некоторых - снятие с производства).

Синергетический эффект мер поддержки для фармацевтической промышленности ярко проявился в 2017 г., отмечает Залина Корнилова. Цифра в 90% перечня к концу 2018 г. имеет все шансы быть достигнутой - ведь темпы роста отечественной фармы не имеют тенденции к снижению. Но чтобы определить, какой станет "Фарма -   2030" и какие методы поддержки должны быть в нее включены, необходим, прежде всего, детальный анализ.

И ВНОВЬ О ЦЕНООБРАЗОВАНИИ

В заключение возвратимся к социальной миссии Перечня. ЖНВЛП и цены - эта связка иногда имеет не жизнеспасающий, а противоположный эффект. Так, в случае отзыва ФАС цены жизненно важного препарата серьезные убытки понесет... аптека.

На аптечное учреждение лягут и расходы по помещению лекарства в карантин и "минусы рентабельности" из -   за реализации старой партии препаратов по новой, уменьшенной цене.

С правовой точки зрения ситуация вновь парадоксальна - ведь когда аптечная организация закупала препарат, она еще не знала и не могла знать о грядущем отзыве цены Федеральной антимонопольной службой, т.е. действовала в рамках закона, обращает внимание  Дана Алборова , руководитель Департамента управления товародвижения аптечной сети "Флория". Данная проблема требует изменения в регламенте ценообразования.

Конечно же, фармацевтическое сообщество ожидает и глобальных изменений в ценовом регулировании. Но в отношении новой методики регулирования цен на ЖНВЛП вопросов пока больше, чем ответов. Когда будет опубликован документ? Какой станет его окончательная редакция?

Пока эта информация не известна, отрасль получает дополнительное время на обсуждение и самое главное - на то, чтобы добиться прозрачности этой процедуры. И, как предупреждает представитель менеджмента Pfizer, "при принятии нормативно -   правового акта о ценообразовании необходима оценка регулирующего воздействия с описанием всех рисков". Ведь при неправильном применении "гарант доступности" - ЖНВЛП - может оказать побочные эффекты на доступ пациента к лечению...

Известия: Россияне стали покупать больше жизненно важных лекарств [ссылка]
Источник: Известия

Продажи ЖВНЛП в аптеках по итогам 2017 года выросли на 6%

 
Россияне стали чаще покупать лекарства из списка жизненно важных. За 2017 год их продажи выросли на 6% по сравнению с 2016-м. Цены на эти препараты регулирует государство, в перечень входят как оригинальные лекарства, так и дженерики. Препараты из списка чаще оказываются дешевле других медикаментов со сходными характеристиками. 
 

Российские жизненно важные лекарства вытесняют импортные

 
Доля препаратов отечественного производства по итогам года составила рекордные 84%. Продажи медикаментов из списка жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов (ЖНВЛП) выросли в 2017 году на 6%. Об этом свидетельствуют данные фармацевтического аналитического агентства DSM Group, с которыми ознакомились «Известия». За 12 месяцев прошлого года россияне приобрели 2,14 млрд упаковок на 331 млрд рублей. В 2016-м аптекам удалось реализовать 2 млрд пачек медикаментов на 312 млрд рублей.
 
Список ЖНВЛП, согласно федеральному закону «Об обращении лекарственных средств», формирует Минздрав. На них, согласно тому же закону, государство устанавливает предельные отпускные цены. В конце прошлого года премьер-министр РФ Дмитрий Медведев утвердил новый перечень ЖНВЛП на 2018 год. В него вошло более 700 лекарств — от аскорбиновой кислоты и парацетамола до новейших противоопухолевых препаратов. 
 
По мнению председателя Ассоциации клинических фармакологов Санкт-Петербурга Александра Хаджидиса, продажи медикаментов из перечня ЖНВЛП выросли в связи со снижением их стоимости в 2017 году. В некоторых случаях потребители заменяли лекарства, которые они принимают, на аналоги, входящие в список ЖНВЛП. Он отметил, что в перечень входят как оригинальные лекарственные средства, так и более дешевые аналоги — дженерики.
 
Ранее «Известия» писали, что по итогам прошлого года цены на ЖНВЛП снизились на 1,8%. До этого в последний раз эти лекарства дешевели в 2013 году — на 0,6%. Таким образом, в 2017-м был зафиксирован рекордный показатель за пять лет. 
 
В аптечной сети «36,6» подтвердили рост продаж медикаментов из категории ЖНВЛП. Этот список — инструмент повышения доступности основных категорий лекарств, отметили в «36,6».
 

Импорт медикаментов вырос впервые за три года

 
Зарубежные лекарства возвращаются на российский рынок
 
— Под доступностью понимается физическое наличие препарата, а также цена, которую регулирует государство. Присутствие или отсутствие препарата в списке не является показателем его высокой или низкой эффективности, — пояснили в сети.  
 
Директор фармдистрибьютора «Интер-С Групп» Настасья Иванова считает, что финансовая грамотность населения повышается, в том числе за счет интернета. В Сети есть порталы со списками аналогов дорогих препаратов, сайты, позволяющие сравнить цены в разных аптеках. 
 
— Производители и аптекари денежные потери из-за перехода населения в более дешевый сегмент компенсируют тем, что увеличивают цены на лекарства из других категорий. Поэтому они становятся еще менее привлекательными для покупателя, — рассказала Настасья Иванова.
 
«Известия» писали, что в России дорожают импортные лекарства — в прошлом году фиксировался рост цен на 14%. В этом году ожидается, что подорожают и отечественные медикаменты не из списка ЖНВЛП — на 7%, так как производители увеличили отпускные цены. 
Деловой квартал: На рынок Екатеринбурга выходит крупная фармацевтическая сеть [ссылка]

Фармацевтическая сеть Екатеринбурга: «Переизбыток продавцов будет способствовать снижению цен на лекарства». Ижевская сеть аптек дискаунтер-формата готовит к открытию две торговые точки.

В Екатеринбург заходит ижевская сеть аптек «Фармаимпекс». Межрегиональная фармацевтическая сеть открыла две аптеки в Екатеринбурге, одна из них расположилась на ул. Опалихинской, 27а, а вторая на ул. Челюскинцев, 25. Известно, что сеть позиционирует себя как жесткий дискаунтер, и планирует расширять присутствие в Екатеринбурге и области.

«Фармаимпекс» предлагает своим сотрудникам зарплату выше средней по рынку, так фармацевтам готовы платить 45 тыс. руб., а заваптекой - 60 тыс. руб. в месяц.

Иижевская сеть на сегодняшний день владеет более 500 аптеками в 19 регионах России. В 2017 г. DK.RU публиковал рейтинг крупнейших аптечных сетей России, в нем «Фармаимпекс» занял 11-е место с выручкой 14 202 млн руб.

Новая фармацевтическая сеть Екатеринбурга

Стоит отметить, что Екатеринбург является городом с одной из самых высоких в стране концентраций аптек. По данным сервиса Дубль ГИС, в городе работает порядка 850 аптек. При этом рост числа участников рынка продолжается. Одной из последних на рынок Екатеринбурга вышла башкирская аптечная сети «Фармленд». Тогда директор фармдистрибьютора «Интер-С Групп» Настасья Иванова рассказывала:

Переизбыток продавцов будет способствовать снижению цен на лекарства, что полезно для потребителя, но чревато уменьшением прибыли для аптекарей. А снижать цены придется, так как падение продаж медпрепаратов продолжается второй год. В условиях кризиса и конкуренции борьба за покупателей становится особенно жесткой.

Конкуренция действительно накладывает отпечаток на игроков рынка. Так, летом 2017 г. аптечная сеть «Классика» подала иск о банкротстве. Причиной таких действий стало тяжелое финансовое положение: общая сумма задолженности перед кредиторами составила более 1 млрд руб. В сентябре «Классика» была признана банкротом и сменила собственника, теперь аптеками управляет команда, близкая к руководству самарской сети «Имплозии». В январе 2018 г. также стало известно о возбуждении уголовного дела в отношении экс-руководителей «Классики». По мнению поставщиков, руководство сети в 2015–2016 гг. получало лекарства с «Областного аптечного склада», при этом уже тогда знало, что не сможет рассчитаться по счетам.

Московские Аптеки: Аптечная розница. О будущем аптеки и нации [ссылка]

Аптечная розница сегодня похожа на канат, который тянут в разные стороны торговля и здравоохранение. Кто окажется сильнее?

ФАРМАЦИЯ ОБЛАСТЬ КОНТРАСТОВ

Так можно сказать, изучая все те нововведения, с которыми аптеки столкнулись в минувшем 2017м и продолжают сталкиваться в наступившем 2018 г.

Стандарт Надлежащей аптечной практики и законопроект о лекарствах в супермаркете. Приказ Минздрава России №403н и дистанционный отпуск.

Продолжение дискуссии о лекарственном возмещении и "январские правила" для государственных и муниципальных аптек. После их вывода из-под действия Федерального закона №44-ФЗ прошло уже полгода, однако некоммерческая фармация никак не может оправиться.

Оптимистичная статистика говорит об увеличении числа аптечных организаций и одновременно сообщает о росте доли коммерческих аптек. Процент вырос во многом за счет массового закрытия тех самых ГУП и МУП. Вместе с ними закрылось в большинстве своем и экстемпоральное производство.

Вырастая в количестве, фармация, однако же, не приобретает в доходности. Аптек больше, выручка на одну организацию меньше.

НА КАЧЕЛЯХ КОЛИЧЕСТВО И КАЧЕСТВО

Данные о росте фармацевтического рынка (не только в рублях, но и в упаковках!) и все новые и новые сложности в отношениях между аптекой и дистрибутором. Если будет принят один из самых резонансных законопроектов сегодняшнего дня, число таких арбитражей может вырасти в разы.

Фармацевтика считается, тем не менее, одной из сильнейших отраслей отечественной экономики. При этом на растущем и сильном фармацевтическом рынке резкий спад - на целых 6% в ноябре, после того как аптеки успели поработать два месяца с оглядкой на приказ №403н.

Разговоры о повышении доступности лекарств и нормы, которые порой отрезают пациента от фармацевтической помощи.

Прогнозы о конце эпохи маркетинга и переходе к ориентированности на покупателя и тут же предложения отправить лекарства в непрофильный ритейл.

Долгожданные, пусть и неоднозначные стандарты для фармации, закрепляющие особый статус аптечной организации, и тут же приравнивание фармацевтической деятельности к торговле. Причем не только в сознании посетителя (потребитель часто лишь принимает на веру то, что стало ведущей тенденцией в обществе), но и на уровне законодательства.

К счастью, поправки в главные законы о медицинской помощи и ее неотъемлемой части - лекарственном обеспечении - пока еще в статусе проекта. Обсуждение по срокам завершилось 17 января.

А уже 18 января в Минпромторге прошло совещание- все по тому же проекту Федерального закона. В нем приняли участие представитель Минздрава, ААУ "СоюзФарма", СПФО, Ассоциация организаций розничной торговли и ряд крупных ритейлеров. По информации, полученной МА, прогнозы пессимистичны. Диалога между участниками не получилось, и, возможно, в ближайшем месяце освещать инициативу о лекарствах в торговом ритейле будет уже поздно... Ведь ее сторонники готовы сделать все возможное, чтобы законопроект стал законом до президентских выборов.

Минздрав России фармацевтическое сообщество поддержал. Минпромторг остался при своем мнении. И заметил: аптеки защищают свою монополию!

Монополистов, правда, более шестидесяти тысяч. "Исправить ситуацию" предлагают с помощью 940 тыс. торговых точек...

НОВОГОДНИЙ ПОДАРОК ОТ МИНПРОМТОРГА

Новогодней петардой для аптечной розницы назвало фармацевтическое сообщество проект федерального закона "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части реализации торговыми организациями лекарственных препаратов", выставленный Минпромторгом России в конце 2017 г. на общественное обсуждение. В нем предлагается закрепить право торговых организаций реализовывать лекарственные препараты, отпускаемые без рецепта, при наличии лицензии на осуществление фармацевтической деятельности. Документ опубликован на портале проектов нормативных правовых актов.

Идею отправить препараты в супермаркет отстаивают с упорством, явно достойным лучшего применения. 2009, 2012, 2014, 2016 год. И вот, "попытка номер пять".

Новый 2018й начинается с обсуждения все той же идеи.

Новое старое предложение перенести медикаменты в торговые сети все же "заслуживает внимания". Несмотря на вполне однозначные результаты голосования на сайте (десятки "за" и тысячи "против").

Документ уравнивает понятия "аптечная организация" и "торговая организация". Торговое предприятие вводится в понятийный аппарат Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации". А в Федеральном законе "Об обращении лекарственных средств" - стоит в одной строке с аптекой: "аптечные и торговые организации".

Само определение торговой организации позволяет считать таковой любую аптеку, которая реализует хотя бы одну биодобавку, поясняет Дмитрий Целоусов, исполнительный директор Ассоциации аптечных учреждений "СоюзФарма".

К чему приведет реализация лекарств в супермаркетах? Эксперты Темы номера МА считают, что в текущих условиях развития рынка эта законодательная инициатива вредна. "Ведь она рискует привести к росту цен на лекарства. Аптеки неизбежно будут терять часть выручки и вынуждены будут компенсировать, повышая наценки на другие ассортиментные группы", - убежден Николай Беспалов, директор по развитию компании RNC Pharma.

Неизбежные итоги инициативы проанализировали и другие эксперты Темы номера.

А сейчас скажем вкратце: сотрется не только грань между магазином и аптекой, исчезнет уважение к лекарству и процессу лечения, не поддерживаемое доверием к врачу и провизору.

САМОЛЕЧЕНИЕ ИЛИ САМОЛИКВИДАЦИЯ?

И если сегодня пациент, приходящий в аптеку, просит провизора то после перемещения препаратов в продуктовый ритейл он станет "сам себе доктор" и "сам себе фармацевт" одновременно, предупреждает Любовь Жовнерчук, заведующая аптекой "Нота бена" в Красногорске.

Уважение к лекарству вряд ли сохранит и ритейлер, он и сейчас не особенно воодушевлен перспективой соблюдать аптечные правила, замечают представители профессиональных фармацевтических ассоциаций, выступившие на декабрьском заседании РАФМ (подробнее - В статье "Территория сбыта: как фармрынку стать фармсистемой?"). Самолечение в таком формате приведет к успешному решению задачи... самоликвидации отечественного населения, для которого за последние годы медицинская и лекарственная помощь стали все более недоступны. Не та ли это глобальная задача государства по сокращению численности населения, о которой давно говорят на Западе?

Скорее у здравоохранения и фармацевтической отрасли нет хозяина. И "возникающие проблемы с развитием фармацевтической отрасли - это следствие несогласованных действий, полярных интересов участников рынка", как считает Давид Мелик-Гусейнов, директор НИИ организации здравоохранения Департамента здравоохранения Москвы.

ГРАЖДАНСКАЯ ВОЙНА ЗА ФАРМАЦИЮ

Сегодняшнему положению аптеки можно только посочувствовать. Здравоохранение и торговля борются друг с другом за право считать своей территорию лекарственного обращения. Даже законодательно в регулировании правил игры фармации участвует не только профильное ведомство Минздрав, но и Минпромторг, лоббирующий интересы крупного торгового ритейла, которому недостаточно разрастания своих торговых точек, необходимо еще расширение ассортимента за счет непрофильных товаров.

Аптека вынуждена подвергаться жесткому фармацевтическому контролю со стороны надзорных органов, с одной стороны, и выживать как коммерческая организация, с другой. Соблюдать все правила фармацевтического консультирования и в то же время бороться за средний чек.

Не будь этого подвешенного состояния, может быть, не возникало бы желания перебросить фармацию в торговлю? Это кажется проще, чем вернуть аптеку в здравоохранение. Но на чужом поле фармацевтическая деятельность прижиться не сможет. И дело не только и не столько в двойной дозе регулирования.

Изобилие проверок - ситуация сложная, но все же менее сложная, чем урезание ассортимента на безрецептурную часть, пусть даже и не всю. Особенно с учетом того, что в первом квартале нового 2018 г. ожидается принятие новой методики регулирования цен.

Сегодня инвесторам наиболее интересны безрецептурные портфели, замечает Анна Гусева, партнер, руководитель группы по оказанию услуг предприятиям розничной торговли и потребительских товаров, секторов "Фарма и Здравоохранение" в СНГ Ernst&Young.

ОТС - это, как правило, не ЖНВЛП, цены на которые вот упадут ниже низкого. Именно здесь скрыт источник выживания: тот самый коммерческий шаг, который дает возможность продолжать социальную функцию.

И даже предложение Федеральной антимонопольной службы России разрешить аптечным организациям увеличить наценку на парафармацевтику и БАД - на него обратила внимание Настасья Иванова, директор фармацевтического дистрибутора "Интер-С Групп", на деле аптеке не поможет. Поднять цены - еще не значит выжить!

Ведь косметика, средства личной гигиены и пищевые добавки есть и в крупных супермаркетах. В их пользу сыграют цена и привычка.

А если все же аптека - предприятие торговли, то она не должна быть ограничена в перечне товаров, которые может отпускать.

Несмотря на желание законодателей "запихнуть" аптеку в торговлю, сами они пытаются учитывать аптечных специалистов в Федеральном реестре медицинских работников, правила внесения информации о фармацевтическом специалисте до сих пор разрабатываются. Похоже, законодатель сам не определился: к торговле или к здравоохранению отнести аптеку.

Еще одно поле битвы, правда, уже завершившейся. В декабре прошлого года ААУ "СоюзФарма" получила письменный ответ Минздрава на ее обращение о том, почему индивидуальным предпринимателям нельзя работать с иммунобиологическими препаратами. "Ответ был развернутый и содержал даже такое положение, что индивидуальный предприниматель не имеет права на вывеску "Аптека" или "Аптечный пункт". Регулятор настаивает, что он должен обозначать себя как "индивидуального предпринимателя с правом осуществления фармацевтической деятельности". Но как донести до пациентов информацию, что это все же аптека?

И как разместить это определение на вывеске?" - негодует Дмитрий Целоусов, исполнительный директор ААУ "СоюзФарма". И откуда такая антипатия ведомства к ИП в фармации? В медицине другая ситуация. Известно, что ИП Кириллина С.И. - крупный поставщик медицинских перчаток в государственные клинические больницы по всей России (по данным РБК, ТОР-15 ИП, за последние 5 лет заключивших с государством самые крупные контракты).

Кроме того, в соответствии с пунктом 29 статьи 4 ФЗ "Об обращении лекарственных средств": субъекты обращения лекарственных средств - физические лица, в т.ч. индивидуальные предприниматели, и юридические лица, осуществляющие деятельность при обращении лекарственных средств. А пункт 35й этой же статьи дает определение аптечной организации без каких-либо исключений относительно ИП: аптечная организация - организация, структурное подразделение медицинской организации, осуществляющие розничную торговлю лекарственными препаратами, хранение, перевозку, изготовление и отпуск лекарственных препаратов для медицинского применения в соответствии с требованиями настоящего Федерального закона.

2017 год отметился большим количеством картельных сговоров, выявленных ФАС России на госзакупках лекарств и медицинских изделий, оно достигло 19% от всех дел о картелях. Больше нарушений только на строительном рынке. На первый взгляд - большая коммерческая привлекательность фармацевтического бизнеса и его криминализация, это, как говорят парфюмеры, - верхняя нота, то, что на поверхности. А нота сердца, или причина, - непоследовательность и пролоббируемость отечественного здравоохранения.

Посему и принимаются непонятные отрасли законы, мешающие ей развиваться и решать вопросы национального благополучия и здоровья населения.

Так что "гражданская война" в фармации развязана регулятором, преследующим отнюдь не интересы отрасли и своих граждан.

ДИСТАНЦИОНЫЙ ОТПУСК - ТА ЖЕ ПРОБЛЕМА С ЛЕКАРСТВАМИ В МАГАЗИНАХ

Увы, перед лицом современных фармацевтических законопроектов крупный игрок фармацевтического рынка имеет тот же масштаб, что и маленькая самостоятельная аптека. Дистанционный отпуск препаратов дает аптечным сетям, кажется, неоспоримое преимущество. Но они нужны интернет-гигантам только на время, предупреждает Павел Лисовский, управляющий партнер компании "Проектирование систем управления" и бизнес-коуч. Как только онлайн-ритейлеры почувствуют, что поняли фармацию, с представителями этой самой фармации они распрощаются.

Таким образом, в дистанционном отпуске лекарственных средств вот-вот произойдет то же самое, что и в аптеке, - переход препаратов в магазины, торгующие онлайн всякой всячиной. Виртуальная реальность не отстает от обычной - даже на просторах электронных сетей медикаменты думают покинуть фармацию ради торговли.

Проблема для аптечного рынка в том, что первенство в дистанционной торговле будет не за существующими структурами, а за новыми участниками. Например, такие гиганты, как Яндекс, обыграют любую сеть на своем поле.

Так что дистанционным отпуском лекарств, как и традиционным, должны заниматься сами фармацевтические работники. И аптечные агрегаторы им в помощь. Это не значит, что работник аптеки физически должен доставлять препарат на дом заказчику, это значит, что заказ должен выполняться аптекой, а не онлайн-магазином.

В начале нового года мы задаем нашим экспертам вопрос: какие решения могли бы улучшить лекарственное обеспечение в стране?

Сегодня ответ таков: "Включить аптеку в здравоохранение".

 

Московские аптеки: Аптеки ждет проверка на прочность [ссылка]

В целом, 2018 год обещает быть благоприятным для аптечного сектора и, в целом, для фармотрасли России. Итоги прошедшего года внушают оптимизм: налицо рост фармрынка (коммерческий рынок лекарств за первые одиннадцать месяцев увеличился 11,5% в рублевом эквиваленте и 11% в упаковках), при этом одним из основных драйверов роста стала вышедшая на финальную прямую программа «Фарма-2020» (выполнение основных положений, увеличение локализаций производств на рынке). Среди негосударственных аптечных учреждений продолжается тенденция увеличения их численности (до 63 тыс., 7%-ый рост по сравнению с 2016 г.), что в нынешней экономической ситуации можно считать достаточно высоким показателем. Рост числа аптек усиливает между ними конкуренцию, как за потребителя, так и за бюджеты фармпроизводителей на продвижение, в связи с чем трейд-маркетинговые мероприятия будут напрямую влиять на доходность аптеки. Работать становится всё сложнее: введение новых правил, высококонкурентная среда, падение доходов населения, в следствии чего трендом стало как усиление потребительского патриотизма (покупка недорогих отечественных препаратов), так и ситуация, при которой люди в аптеках просят провизора продать им более дешевые аналоги дорогостоящих лекарств.

Для аптечных учреждений прошлый год оказался плодотворным и в части законотворческих новшеств, среди которых особое место заняло внедрение новых правил отпуска ЛС и правил надлежащей аптечной практики, а также введение риск-ориентированного подхода к проверкам аптек, утверждение надлежащей практики хранения и перевозки ЛС, отмена закона 44-ФЗ для аптечных ГУП и МУП, что значительно облегчит их деятельность при осуществлении закупок лекарств и остановится сокращение ассортимента. В 2018 году процесс адаптации работников аптек к новым условиям работы завершится, но то, что этот процесс пройдет негладко стало заметно уже по итогам ноября 2017 года, когда объем коммерческого рынка по сравнению с предыдущим месяцем упал на 6%. Наряду с сезонными факторами и с некоторой стабилизацией в экономике, эксперты связывали это в т.ч. с утверждением новых правил отпуска лекарств, введение которых повлияло на аптечные продажи. Работа в новых условиях, а также возможное введение торговли ОТС-препаратами в продуктовых магазинах станет для каждой аптеки своеобразной проверкой на прочность. Чтобы снизить возможные негативные для аптечного сектора последствия этой инициативы государство в лице ФАС РФ даже предложило вывести аптеки из?под действия закона «О торговле», что позволит увеличить максимальный размер вознаграждения от поставщиков продовольственных товаров (БАДы, детское питание).

На развитие аптечной отрасли в 2018 году будут влиять новая система учета лекарств, а также введение обязательной маркировки всех лекарств, что, с одной стороны, позволит обеспечить полный контроль передвижения ЛС от упаковки до потребителя, но, с другой стороны, может вызвать дополнительный рост цен и ускорит процесс вымывания дешевых препаратов с рынка.  Законодательное регулирование отрасли продолжится, в 2018 год аптеки ожидает введение онлайн-продажи ОТС-лекарств, которые присутствуют в торговом зале и помещениях хранения, внедрение полноценной системы электронных рецептов (единая база, электронная подпись, штрих-код), установление единых правил описания ЛС для медицинского применения, единая процедура закупки ЛС для государственных и муниципальных нужд, введение новой системы учета операций, связанных с оборотом наркотических средств и психотропных веществ, внесение данных о сотрудниках в Федеральный регистр медработников. В целом, все перечисленные моменты являются важными нововведениями, которые сделают наше здравоохранение более доступным, а фармотрасль, учитывая ее социально-значимый характер, более цивилизованной. Тем не менее, в стране остаются нерешенными глобальные вопросы, такие как несовершенство законодательства, кризисное состояние российской экономики и недостаточное госфинансирования фармотрасли, а также и отраслевые проблемы: сложности при регистрации новых ЛС, неочевидная система регулирования ценообразованием и неоптимальная организация госзакупок лекарств.

Аргументы и факты: Конец бесплатного здравоохранения? Российская медицина может стать платной [ссылка]

Месяц назад шли разговоры о пилотном проекте в Москве: пусть часть медицинской помощи по ОМС… станет платной для москвичей. Среди вариантов «лимитированных гарантий» был и такой: безвозмездно начатое лечение может закончиться на коммерческой основе.

Мэр города Сергей Собянин высказался однозначно: никаких экспериментов на здоровье москвичей не будет. В Белгородской, Кировской, Липецкой и Тюменской областях, а также Республике Татарстан немногим ранее не удался эксперимент по проекту «ОМС+». Пациентам предлагали приобрести дополнительный полис и пользоваться по нему теми «услугами», которые не включены в современное всеобщее бесплатное здравоохранение.

Идею «все пациенты равны, но некоторые равнее других» поддержали… несколько сот человек в пяти не самых малых российских регионах. Да-да, число купленных полисов было именно таким.

Казалось бы, что обсуждать после таких результатов? Идея привязать доступность медицины к финансовым возможностям больного с треском провалилась. Её не принял даже тот населённый пункт, с которого шесть лет назад начиналась «оптимизация».

Но о софинансировании в здравоохранении неожиданно высказался… глава государства: «Нужно подумать, какая медицинская помощь должна оказываться бесплатно, а какая – с привлечением софинансирования. Человек должен понимать свою ответственность за собственное здоровье».

Стоит ли понимать слова президента как призыв к отказу от остатков системы Семашко и фактическому внедрению платной медицины? Или всё же расценить их как комментарий к многочисленным проектам вроде «ОМС+» или «лимитированных гарантий», предложенных год назад Научно-исследовательским финансовым институтом при Минфине, где ограничения предлагали установить даже на вызов «скорой»?

По какой причине могла возникнуть у здравоохранения необходимость в софинансировании

Предположим, что современная система медицинской помощи – это активно растущий организм. Строятся новые больницы, поликлиники и ФАПы, и измотанная кризисом экономика действительно не справляется. Для «стройки века» нужны вливания граждан. Правда, тогда непонятно, почему без них обошлись в эпоху индустриального строительства.

В пользу этой версии говорят, казалось бы, и данные Росстата. В 2015 году в нашей стране было 18,6 тысячи амбулаторно-поликлинических организаций. В 2016 году – уже 19,1 тысячи. 500 клиник – разве это не значительно? Однако рост произошёл за счёт негосударственных медицинских учреждений – их было 4,1 тысячи, а стало 4,5 тысячи, а также клиник частной формы собственности (4,2 тысячи в минувшем году против 3,7 тысячи в позапрошлом). Если сложить цифры, новых организаций получится не 500, а целых 900. Говоря языком документов, увеличение происходит «на фоне сокращения государственного присутствия в здравоохранении».

Догнать и перегнать… прошлый век

Объёмы платной медицинской помощи в 2016 году выросли на целых 11%. Такие данные приводила глава Счётной палаты России, а в недавнем прошлом глава Минздрава Татьяна Голикова.

По данным той же Счётной палаты, в 2017 году финансирование здравоохранения из консолидированного бюджета сократилось на 42,9% – в 84 российских регионах из 85.

Кстати, наш Минздрав уже догнал Минздрав СССР… образца 1932 года. 5,4 тысячи больниц в 2015 году? Так было и восемьдесят с небольшим лет назад. За пятнадцать лет количество стационаров сократилось почти вдвое – напомним, что в 2000 году в России было целых 10,7 тысячи больниц.

Число коек за те же 15 лет сократилось с 1,67 миллиона до 1,22 миллиона. То есть на 430 тысяч мест для пациентов, которым необходима стационарная помощь. Число станций скорой помощи урезано с 3276 на 2561.

Итак, растущим организмом логично признать скорее платную медицину. Но за счёт граждан она и так финансируется. Что касается источников для системы ОМС…

Своей точкой зрения о возможности финансирования государственной медицины поделилась руководитель Высшей школы организации и управления здравоохранением Гузель Улумбекова. Эксперт напоминает: в Стратегии развития здравоохранения Минздрав предлагает и далее развивать систему ОМС.?Среди направлений развития – институт страховых представителей, внедрение способа оплаты стационарных медицинских услуг по клинико-статистическим группам (КСГ), расширение ДМС (взамен «теневых» платежей граждан) с налоговыми льготами и «наказаниями» работников за нездоровый образ жизни.

Система ОМС не определяет, сколько средств запланировано на здравоохранение, а только администрирует их, подчёркивает Гузель Улумбекова. И надо серьёзно рассмотреть вопрос о необходимости системы ОМС как таковой. Ведь в мире она считается самым затратным механизмом администрирования государственных средств!

Более эффективной признана бюджетная модель, в которой средства аккумулируются и распределяются из бюджетов (федерального и региональных) напрямую в медицинские организации. Это не исключает внедрения эффективных способов оплаты, например, с учётом объёмов и качества оказанной медицинской помощи, эффективности расходов, а также большей интеграции и координации медицинской помощи пациентам.

Излишний контроль против доступности

В нашей стране необходимо не развивать КСГ, а внедрять такие прогрессивные способы оплаты медицинских организаций, которые будут способствовать повышению результативности их работы.

«Что касается института страховых представителей… Он является излишней, неэффективной и затратной надстройкой в системе ОМС, — продолжает Улумбекова. — Вопрос ведь не в необходимости дополнительных видов контроля со стороны этих представителей над медицинскими организациями, а в реальном увеличении доступности медицинской помощи».

Дифференцированное страхование граждан в зависимости от ведения ими здорового образа жизни

Эта норма может быть трудно реализуема. Это связано со сложностями как в её администрировании, так и в определении того, следует ли гражданин здоровому образу жизни, как давно он это делает и т. п.

Получается, дополнительные бюджеты скрываются вовсе не в карманах граждан, а в решении организационных вопросов системы здравоохранения. Но, быть может, у нас слишком много врачей и ресурсов государства не хватает на их зарплаты? Проверим и эту, вторую версию.

90% российских медиков перерабатывают. Акушер-гинеколог из Ангарска, погибшая после дежурства (у врача не выдержало сердце), – не исключение из правил, а лишь один из многочисленных случаев работы на износ, попавший на страницы газет и на сайты в Интернете… Продолжительность жизни среднего отечественного доктора явно недотягивает до целевых цифр, обозначенных Минздравом. Но, если врач не будет сгорать на работе, страна недосчитается тысяч граждан.

Даже министр здравоохранения Вероника Скворцова сообщила президенту: стране не хватает докторов. Дефицит специалистов – несколько десятков тысяч.

Сегодня самые смелые представители регионов сообщают о таких достижениях: коэффициент совместительства врачей удалось снизить… с 2,2 до 1,9. За два года – с 2014?го по 2016?й. Слово «достижения» употреблено без всякой иронии: чтобы привлечь новых докто­ров и создать комфортные условия тем, кто уже работает, действительно требуются усилия.

Остродефицитный специалист

Даже по приказам Минздрава на 70 тысяч пациентов положен один гастроэнтеролог. А это значит, что многие наши соотечественники – и не только в маленьких посёлках – абсолютно легально останутся без медицинской помощи. С пульмонологами ситуация аналогичная. А врач-кардиолог, который должен быть один на 20 тысяч человек взрослого населения… Много ли это для «государства сердечников»?

Депутат Госдумы Валерий Елыкомов, сам врач высшей категории и автор четырёх патентов, ещё 10 октября предложил обязать регионы устанавливать кадровые нормативы по обеспеченности врачами. В привязке к каждому населённому пункту. Резко отрицательной оценки – в отличие от «лимитированных гарантий» – идея не получила. Скорее наоборот: её поддержали приглашённые в Госдуму руководители региональных минздравов и крупнейших учреждений.

Но прошло полтора месяца, а реакции на инициативу фактически не было. Итак, вторая версия тоже оказалась несостоятельной. Быть может, дело в том, что наше население слишком много лечится и тревожит докторов без особой на то необходимости?

В октябре 2016 года известный фармпроизводитель и крупная социологическая компания провели исследование. Поскольку касалось оно посещений врача, выбраны были крупные города: Москва, Омск, Санкт-Петербург, Казань, Нижний Новгород, Саратов… Словом, населённые пункты, в которых трудно сослаться на отсутствие поликлиники. Возраст участников ограничили – от 25 до 50 лет.

То есть на вопросы социологов ответили те пациенты, которым в случае болезни придётся брать больничный.

70% опрошенных сообщили: посещать врача стоит только в случае крайней необходимости! Или не чаще чем раз в год, для профилактики… Больше половины респондентов сами ставят себе диагноз, когда заболевают.

45% стараются не брать больничный, даже если чувствуют себя плохо. 37% не считают себя заболевшими, если у них поднялась температура. И 56% жителей крупных городов… не отменяют своих планов, если понимают, что уже больны!

Итак, наш человек старается обращаться к врачу как можно реже. Россиянина не упрекнуть в том, что он «любит лечиться» и, подобно герою Джерома?К.?Джерома или студенту-медику 2–3 курса, нашёл у себя симптомы всех болезней, перечисленных в медицинской энциклопедии.

Несостоятельной оказалась и третья версия. Кстати, министр здравоохранения Вероника Скворцова заявила на конференции ВОЗ: «Предприятия нужно мотивировать заботиться о здоровье сотрудников». Вспоминается анекдот: лучшее лекарство от гриппа называется «Щас уволю». Быть может, рецепт эффективной системы медпомощи кроется в этом направлении?

Мнения расходятся

Как замечает эксперт в области фармацевтики Настасья Иванова, на данный момент представители государственной власти озвучили две абсолютно полярные точки зрения. Минздрав, ещё ряд министерств и даже главы регионов – против софинансирования в ОМС. А вот президент такую идею поддержал.

«Заявление главы государства уже назвали «концом бесплатного здравоохранения», — говорит Настасья. «Действительно, формально может оказаться нарушенной статья 41 Конституции, которая гарантирует бесплатную медицинскую помощь, — поясняет эксперт. — Тем не менее стало очевидным, что такая идея в органах власти активно обсуждается. Однако окончательного решения о том, каким образом она будет реализована, пока не принято. Скорее всего, именно точка зрения президента станет на текущий момент преобладающей. И общественное мнение к такой реформе будут постепенно готовить».

Вновь обратимся к цифрам. В консолидированном бюджете 2017 года государственное финансирование здравоохранения – это более 3 трлн рублей. 3,3 трлн рублей «инвестируют» в медицину и сами россияне, отмечает президент Лиги защитников пациентов Александр Саверский.

Таким образом, «софинансирование» медпомощи уже имеет место быть. И пациент мужественно несёт не менее (а то и более) 50% этого бремени. Если в ОМС «включаются» так называемые лимитированные гарантии, то пропорция будет уже не 50 на 50, а 75 на 25. То есть ни о каком «софинансировании» речи не будет, медицина окончательно перей­дёт в разряд платных услуг. А «пережитки» системы Семашко превратятся в льготный сегмент, право на который ещё надо доказывать. И тогда останется сказать: «Спасение заболевших – дело бюджетов самих заболевших…»

Московские аптеки: Новшеств нет, одни ужесточения норм [ссылка]

Настасья Иванова, директор фармдистрибьютора "Интер-С Групп":

Приказ Минздрава вызвал множество вопросов, касающихся применения новых правил отпуска ЛП на практике. В течение месяца с момента вступления правил в силу министерство было вынуждено уже несколько раз готовить к этому документу официальные комментарии, поскольку в его тексте оказалось немало спорных моментов и разночтений. Думается, что в процессе практического применения правил и с учетом разъяснений от профильного ведомства проблем будет становиться меньше. Однако, на данный момент экспертные опросы показали, что большинство фармспециалистов отнеслись к новым нормам негативно (около 90% опрошенных отметили, что правила могут уменьшить продажу рецептурных препаратов и увеличат бумажный документооборот, и лишь 7% посчитали, что такие изменения необходимы). Хотя, по сути, в работе аптек принципиальных изменений после принятия документа не произошло. Никаких новшеств, касающихся оборота ЛП и оформления рецептов правилами введено не было. Речь идет только об ужесточении норм отпуска некоторых категорий рецептурных лекарств. Нет никаких изменений и в списке препаратов, которые отпускаются по рецепту. Тем не менее, более обсуждаемого документа в аптечной среде, наверное, еще не было и до сих пор на множестве форумов ведутся дискуссии по поводу правильной трактовки различных пунктов правил. Не секрет, что в аптеках люди привыкли покупать различные препараты (гормональные препараты, антибиотики, некоторые обезболивающие, успокоительные и снотворные лекарства) без рецепта, хотя он для них необходим. Теперь сделать это будет очень сложно. Возможно, что от части сложности возникли из-за того, что в процессе разработки правила не были вынесены на публичное обсуждение, а после публикации множество аптек не смогли быстро адаптироваться к нововведениям и понять некоторые чисто технические моменты. Тем не менее, несмотря на наличие в до